В статье исследуется категория надежности стратегического партнерства в системе международных отношений в условиях санкционного давления, технологических блокад и гибридных угроз. Показано, что классические реалистские подходы в большей степени описывают достигнутый уровень взаимодействия, чем его способность сохраняться и развиваться под внешним воздействием. Предложено уточненное определение надежности стратегического партнерства как динамического системного качества межгосударственного взаимодействия, включающего функциональность, адаптивность и устойчивость к энтропии. Разработана система критериев оценки надежности стратегического партнерства (экономических, технологических, финансовых, политико-институциональных, инфраструктурных и информационно-коммуникативных). Эмпирическая проверка предложенной системы критериев выполнена на материале партнерства России со странами БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) в 2022-2025 гг. и позволяет выявить особенности адаптации партнерств в период усиления внешних ограничений.
Сделан вывод о том, что надежность стратегического партнерства определяется не институциональной «однородностью» участников, а способностью поддерживать функциональные связи в ключевых измерениях при сохранении различий политических и экономических моделей.
В статье исследуется взаимосвязь международного, транснационального и кросс-граничного аспектов внутригосударственного вооруженного конфликта на примере серии ливийских кризисов после 2011 г. Представлены концептуальные различия между указанными измерениями конфликтной динамики, к которым относятся: вмешательство внешних государственных акторов (международное измерение), роль транснациональных сетей негосударственных акторов (экстремистские группировки, племенные союзы, нелегальные контрабандистские сети) и кросс-граничное распространение нестабильности на территории сопредельных государств. На основе метода кейс-стади проанализированы механизмы «интернационализации» ливийского конфликта, включая зарубежные интервенции, региональные «перетекания» насилия и его последствий, потоки наемников и оружия, а также обратное влияние этих процессов на эскалацию конфликта.
Заключается, что сочетание данных измерений носит системный характер: они образуют взаимоусиливающие (положительные) и, в меньшей степени, балансирующие (противодействующие, отрицательные) контуры обратной связи, что провоцирует высокий уровень региональной нестабильности.
Данные выводы имеют особое значение с точки зрения учета системной связанности указанных факторов в рамках попыток сдерживания и урегулирования региональных конфликтов со стороны международных акторов.