Цель настоящей статьи - показать, как изучалась концепция остатка Израиля, изложенная в Книге пророка Исаии. В статье были проанализированы исследования, посвящённые изучению этой темы. Работы рассмотрены в хронологическом порядке. В результате проведённого анализа были выявлены основные положения представленных работ и определён их вклад в изучение обозначенной темы. В выводах статьи были сформированы ключевые тезисы проведённого исследования, которые показывают, что мотив остатка занимает значимое место в богословии Книги пророка Исаии, являясь связующим звеном между темами суда и спасения. Также этот мотив тесно связан с учением о Мессии, Который часто изображается в Книге Исаии в образах остатка, что позволяет говорить о Мессии как о персонифицированном остатке.
Статья посвящена малоизученному в православной библейской герменевтике вопросу, связанному с проблемой генезиса, бытования и развития экзегетической традиции. Автор ставит перед собой задачу ответить на вопросы: каким общим закономерностям подчиняется жизнь традиции толкования Священного Писания и что можно считать её семантическим инвариантом? Для решения этой задачи, он обращается к понятийно-терминологическому аппарату феноменологической герменевтики, а именно к тем идеям, которые развивает в своей монографии «Время и рассказ» П. Рикёр. В частности, в статье уделяется внимание рассуждениям французского философа о базовых принципах, которые находятся в основе взаимодействия человеческого сознания и временно́го опыта. Детально рассматривается учение П. Рикёра о миметической деятельности, которая по своей сути является деятельностью герменевтической и благодаря которой возникает как отдельный нарратив, так и культурная традиция в целом. По мнению автора статьи, те выводы, к которым приходит П. Рикёр, отличаются фундаментальным характером, и могут быть продуктивно использованы в рамках библейской герменевтики, что иллюстрируется в рамках статьи конкретными примерами.
В статье предпринимается попытка критически проанализировать существующие интерпретации образа Мелхиседека у Филона Александрийского (De congressu eruditionis gratia 99), а также прочитать его в контексте параллельных фрагментов этого автора. Существуют три подхода к интерпретации этого фрагмента. В соответствии с наиболее распространённым из них, фигура Мелхиседека трактуется как аллегория божественного Логоса. Согласно другому подходу, Мелхиседек понимается как историческое лицо. Третий вариант интерпретации предполагает, что Мелхиседек служит аллегорией человеческой разумной способности. В итоге автор приходит к выводу, что первые две интерпретации являются некорректными и предлагает отказаться от них в пользу третьей, которая, в свою очередь, дополняется и уточняется им в свете параллельных фрагментов.
В данной статье предпринимается попытка рассмотреть и разрешить некоторые проблемы использования и понимания термина tropologia в современной литературе и древних латинских христианских экзегетических памятниках. Данный термин рассматривается в контексте отдельных латинских экзегетических произведений в свете узуса западной традиции IV-XVI вв. В целом традиция использования греческого термина τροπολογία со времени блж. Иеронима сохраняет связь с античным определением этого термина как системы и последовательности тропов в литературном произведении. Однако группа авторов под влиянием прп. Иоанна Кассиана Римлянина начинает использовать этот термин узко для обозначения духовно-нравственной аллегории, что является особенностью исключительно латинской экзегезы. Впрочем, такое понимание никогда не было всеобщим. Узус отдельных авторов и даже разных произведений одного и того же автора может существенно отличаться.