В статье рассматривается художественная специфика повести Э. Н. Успенского «Школа клоунов». Актуальность статьи вызвана включением произведений Эдуарда Николаевича, в том числе и исследуемой повести, в школьную программу по литературе, а также повышенным интересом к творчеству этого автора, наблюдаемым в наши дни. Повесть изучается как своеобразное художественное развитие идей, впервые реализованных Успенским при создании сценариев к телепередаче «АБВГДейка». Образы главных героев, осваивающих в произведении основы грамоты, трактуются в тесной связи со спецификой советской культурной традиции, в рамках которой клоуны являлись символами счастливого детства, оказывались «Своими», лишались какой-либо связи с архаическими ритуалами. В соответствии с законами цирковой культуры абсурдное, фантастическое становится в рамках повести нормой, практически не способно удивить персонажей, в то время как изучение алфавита, напротив, порождает у героев исключительно яркие, позитивные эмоции, что призвано сформировать у маленьких читателей и слушателей устойчивую радость от процесса учёбы. Первая публикация повести, осуществлённая на страницах журнала «Мурзилка», обусловила специфику её композиции (включение в текст многочисленных ребусов, шарад, игр и т. д.), в целом сохранившуюся и в книжных версиях. Несмотря на большое количество переизданий, в научной литературе повесть исследуется впервые.
Романы Гузель Яхиной часто разворачиваются на фоне «большой истории», основываясь на семейных хрониках, и исследуют темы выживания и взросления «маленьких людей». Её произведения отражают как взлёты и падения широких масс, так и сложные перипетии индивидуальных судеб, создавая масштабное повествование, основанное на исторической памяти, коллективных чувствах и личном опыте. Реки, как географическое пространство, становятся идеальным сценарием для построения грандиозного нарратива, описания индивидуальной судьбы и духовного поиска в её романах. Ангара и Волга, как природные пейзажи, интегрируются в её эстетическую перспективу, превращаясь в культурный ландшафт, наполненный духом субъекта, и возвышаясь до уровня духовного пространства, где переплетаются образы, эмоции и историческая культура. В данной статье с использованием методов внимательного чтения текста и сравнительного анализа исследуются многозначные символические значения рек в романах Яхиной «Зулейха открывает глаза» и «Дети мои», а также их роль в развитии персонажей и сюжета. Река в её произведениях является не только символом женщины, метафорой жизни и смерти, спасения и ухода, но и духовным источником коллективной памяти и национальной идентичности.
В статье рассматривается художественная специфика повести Э. Н. Успенского «История про Гевейчика, гуттаперчевого человечка». Актуальность статьи вызвана повышенным интересом к творческому наследию писателя, проявляющимся как в большом количестве переизданий его произведений, так и в создании их многочисленных экранизаций. Успенский в последний раз в жизни стремится привлечь внимание малышей приключениями новых героев, ориентируясь в то же время и на возможность создания торгового бренда, в который войдут игрушки, паззлы, мультфильмы и т. д. В связи с этим автор отказывается от линейного сюжета и создаёт множество коротких глав, способных стать литературной основой для эпизодов будущего мультсериала. Персонажи повести лишены сложной мотивации и способности к развитию. Равно как и герои самого первого крупного произведения Успенского для детей «Крокодил Гена и его друзья», они являются детскими игрушками, и Эдуард Николаевич активно подчёркивает близость художественных миров обеих книг. В то же время в большей степени акцент здесь делается на специфике мира игры, замкнутой на себе, лишённой связи с внешним миром. Автор, пытаясь быть доступным самым маленьким читателям, полностью отказывается и от «взрослого текста», характерного для его позднего творчества, и от реализации тех или иных дидактических и воспитательных задач. Несмотря на большое количество переизданий, в научной литературе повесть исследуется впервые.
В статье рассматривается проблема различного восприятия героями романа звуков и запахов довоенного и военного времени. При этом делается определенный акцент на сравнительно-сопоставительном анализе изменений в восприятии слухо-обонятельных впечатлений, полученных в разные периоды жизни героев произведения. Описание услышанных звуков дается с точки зрения психологических особенностей человека в тот или иной период, когда звуковой фон становится дополнительным источником определения духовно-нравственного состояния личности героев. Исследование опирается на детальный текстологический анализ, который сопровождается пояснениями и комментариями, проливающими дополнительную ясность в вопросе функционирования разнообразных звуковых оттенков, представленных в романе. Центральным в исследовании становится внутренний мир человека, спокойно жившего в мирное время, наслаждавшегося всеми его красками и внезапно оказавшегося в условиях боевых действий, когда переворачивается все сознание человека, ломается его восприятие. Именно восприятие звуков и запахов косвенно показывает, насколько люди меняются в условиях реальных боевых действий по сравнению с мирной обстановкой. Различные звуки войны воспринимаются по-новому, а привычные звуки прежней мирной жизни приобретают другую окраску и тональность, становясь яркими признаками изменившегося уклада жизни. Запахи, приближаясь по своей силе к натуралистичности, тоже становятся знаковым явлением для характеристики происходящего и отражают в основном контраст между мирным и военным временем. Все это в совокупности создает особый колорит романа Б. Васильева «В списках не значился».