Вопрос о мониторинге ущерба, причиненного Российской Федерации, ее субъектам, муниципальным образованиям, гражданам и организациям иностранными источниками в ходе специальной военной операции относится к числу актуальных и малоисследованных проблем. Ключевым для этого мониторинга стал Указ Президента Российской Федерации от 19 мая 2025 г. № 335, которым на органы прокуратуры были возложены организация, сбор, проверка и систематизация сведений об указанном ущербе, а также ведение соответствующего Регистра. Новый механизм мониторинга направлен на решение задачи централизованной фиксации ущерба. Однако из Указа неясно, какие действия предполагает совершить государство после установления объема причиненного вреда. Не исключена внешнеполитическая направленность нового механизма мониторинга – Регистр позволит в ходе международного диалога апеллировать к задокументированным сведениям о причиненном ущербе. Мониторинг осуществляется на всех уровнях публичной власти, при этом значительное бремя по оценке и возмещению ущерба ложится именно на субъекты Российской Федерации, которые затронули военные действия и террористические атаки. В статье проанализированы нормативно-правовые, методические и судебные аспекты оценки и возмещения ущерба, что позволило сделать вывод о выстраивании государством системной работы в сфере мониторинга ущерба, причиненного Российской Федерации, ее субъектам, муниципальным образованиям, гражданам и организациям иностранными источниками. Вместе с тем в субъектах Федерации пока не сложился единообразный подход к определению такого ущерба. Различия в его оценке и порядке возмещения обусловлены разными масштабами понесенного ущерба, а также разным уровнем социально-экономического развития регионов и устойчивости их бюджетов. В связи с этим назрела необходимость совершенствования нормативно-правовых и организационных аспектов мониторинга и возмещения ущерба, причиненного иностранными источниками, а также активизация освещения данного процесса в публичном информационном поле.
Действующая Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 г. не решила ряда стоящих в данной сфере задач. Высоким остается уровень дифференциации социально-экономического развития субъектов Российской Федерации, их бюджетной, и инфраструктурной обеспеченности. Не обеспечен равный для граждан доступ к гарантированным государством услугам. Действующие механизмы размещения производительных сил и расселения населения зачастую носят несистемный характер. Кроме того, к настоящему времени существенно изменились внешние и внутренние условия раз - вития экономики и социальной сферы страны. В состав Российской Федерации вошли четыре новых региона. Концентрация населения и объектов инфраструктуры в крупнейших городских агломерациях мешает преодолению региональных диспропорций. Актуальной остается задача обеспечения единства правового, экономического, финансового, социального, культурного и образовательного пространства. Остро стоит вопрос продолжающегося сокращения численности населения тер - риторий Севера, Сибири и Дальнего Востока, а также Арктической зоны Российской Федерации. Недостаточное развитие транспортной и энергетической инфраструктуры ограничивает потенциал регионов, сдерживает решение задач по повышению связанности территории страны. Поэтому задача по сглаживанию межрегиональных диспропорций посредством максимально полного раскрытия собственного потенциала регионов и муниципальных образований, по созданию комфортной среды жизнедеятельности граждан на всей территории страны имеет стратегическое значение. На это направлен проект разрабатываемой Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2030 г. с прогнозом до 2036 г. В статье предпринята по - пытка ответить на вопрос: насколько новый вариант Стратегии способен решить накопившиеся в данной сфере проблемы?
Развитие опорных населенных пунктов в настоящее время провозглашено одним из приоритетных направлений пространственного развития России. В настоящее время государством проводится ра - бота по правовому и методическому обеспечению создания опорных населенных пунктов, сформирован перечень из более чем 2 тыс. таких пунктов. В субъектах Российской Федерации идет подготовка долго - срочных планов социально-экономического развития опорных населенных пунктов. Утверждены долгосрочные планы комплексного социально-экономического развития 22 агломераций и городов, расположенных в Дальневосточном федеральном округе, а также перечень опорных на - селенных пунктов в Арктической зоне Российской Федерации. Положения о Едином перечне опорных населенных пунктов инкорпорированы в разрабатываемую Стратегию пространственного развития Российской Федерации на период до 2030 г. с прогнозом до 2036 г. Эти процессы высветили ряд проблем в рассматриваемой сфере, в связи с чем концепция опорных населенных пунктов нуждается в дальнейшей проработке, теоретическом осмыслении, анализе информации о практической реализации данного инструмента и соответствующем нормативно-правовом закреплении необходимых новаций.
В 2021 г. стал применяться новый инструмент развития городов – мастер-планы. Изначально их планировалось использовать для 25 городов Дальнего Востока, но со временем речь шла уже не просто о строительных планах, а о задании вектора долгосрочного развития территорий. В то время как генеральные планы характеризуются не - достаточной гибкостью и превращаются в формальные документы, предполагается, что разработка мастер-планов позволит снять эти проблемы, обеспечив баланс между интересами жителей, бизнеса, властей и инвесторов. Вместе с тем неопределенность со статусом и содержанием мастер-планов провоцирует различные коллизии, в частности, с градостроительными нормами и планами землепользования и застройки, т. к. мастер-план в настоящее время не интегрирован в иерархию градостроительной документации. Его преимущество, с одной стороны, в том, что порядок принятия этого инструмента развития слабо урегулирован регламентами, благодаря чему он сохраняет гибкость и комплексность. Но с другой стороны, неурегулированность мастер-плана нормами законодательства может привести к повышенной коррупциогенности его реализации. В нормативном обеспечении мастер-планов на сегодняшний день остается множество пробелов, влияющих на эффективность их практической реализации. В статье делается вывод о необходимости тщательной проработки нормативной базы во избежание коллизий мастер-планов с другими градостроительными документами и документами территориального и стратегического планирования, а также зарегулированности этого нового инструмента развития территорий.