Рассматривается речевой жанр «пожелание», представляющий собой эмоционально-волевое коммуникативное событие, содержанием которого является высказанное желание об осуществлении чего-либо приятного либо неприятного в чьей-либо жизни. Грамматическим способом прямого выражения этого жанра выступает оптатив как особая разновидность наклонения. Речеактовая структура пожелания предполагает некоторое положение дел, вызывающее эмоциональную реакцию говорящего. В качестве этикетного речевого действия в ответ на благопожелание обычно произносят слова благодарности. В случае злопожелания, выраженного в диалоге, общение переходит в ссору с ответным злопожеланием. Частотными объектами благопожелания являются здоровье, счастье, благополучие, успех и удача. Благопожелание может сочетаться с упреждающей критикой, обвинением, упреком и просьбой. Этот речевой жанр распадается на дискурсивно нейтральный и специфический типы (в речи военных, моряков, студентов), существуют этномаркированные благопожелания для людей старшего возраста и для особых ситуаций, в частности для свадьбы. Злопожелания, в прошлом используемые в качестве магических заклинаний, в наши дни употребляются как бранные или шутливо-бранные высказывания. Злопожелание часто сочетается с оскорблением
В основе особого направления пиарологии как науки о связях с общественностью – жанровой пиарологии – лежит критерий многообразия форматов PR-информации в условиях мультиканальной публичной коммуникации. В качестве предмета жанровой пиарологии рассматривается конвергенция информационных форматов PR-текста в условиях мультиканального PR-дискурса. В жанровой ревизии PRкоммуникации в социальных сетях на жанровые трансформации PR-текстов влияют следующие факторы: 1) технологический, 2) интенциональный, 3) структурный. В технологическом отношении PR-тексты, функционирующие в пространстве социальных сетей, характеризуются поликодовой структурой, предполагающей равноценность вербального и невербального уровней означивания; трансгрессивным характером публикации, определяющим мультипликацию сообщения и его трансгрессию (перемещение) в цифровом пространстве. PR-тексты полиинтенциональны по своей природе. В структурном отношении PR-тексты в социальных сетях подвергаются конвергенции трех видов: 1) собственно структурной, или презентационной, 2) дискурсной и 3) жанровой. Структурная, или презентационная, конвергенция PR-текстов в социальных сетях связана с выделением в структуре поста презентации (собственно текст и иконические материалы) и реакции (комментарии читателей). Дискурсная конвергенция PR-текста связана с диффузией институционального и интенционального типов дискурса, межинституциональным дискурсным взаимодействием (PR и реклама). Жанровая конвергенция PR-текстов представляет собой жанровый симбиоз трех типов – конвергенцию первичных и вторичных речевых жанров, конвергенцию первичных простых жанров PR-текста, интермедиальную конвергенцию.
Рассматривается мошеннический дискурс – особый тип дискурса, целью которого является завладение чужим имуществом и получение выгоды путем обмана или злоупотребления доверием. Осуществляется дифференциация правового понимания феномена «мошенничества» и его восприятия в обыденной картине мира. Доказывается, что в понятие мошеннического дискурса целесообразно включать ряд коммуникативных актов, квалифицируемых Уголовным кодексом Российской Федерации как кража или вымогательство. Центральным жанром мошеннического дискурса является речевой жанр «развод» / «разводилово», основанный на сознательном и целенаправленном манипулятивном воздействии инициатора коммуникации (мошенника) на адресата (жертву). Широкое распространение в современном мире дистанционной связи определяет преобладание «разводов» с использованием различных технических средств, обеспечивающих синхронное или асинхронное взаимодействие между субъектами коммуникации. Жанр «развод» / «разводилово» воплощает формульность мошеннического дискурса и реализуется через ограниченное число стратегий, в каждой из которых используется устойчивый набор средств воздействия. Основными стратегиями являются апелляция к страху, апелляция к удаче и создание иллюзии рутинности. В рамках cтратегии апелляции к страху выделяются три тактики, а именно: тактика внушения страха за свое материальное благополучие, тактика внушения страха за безопасность близкого, тактика внушения боязни общественного порицания. Анализ осуществляется методом сплошной выборки на материале сообщений (более 400 единиц) потенциальных или состоявшихся жертв технически опосредованного мошенничества, изложенных в форме нарратива и размещенных на различных ресурсах в медиапространстве
В статье рассматривается вежливость медицинских работников – как она отражается в отзывах о потреблении медицинских услуг, опубликованных в Интернете. Методологически работа вписывается в традиции дискурс-исследований, семантических и стилистических штудий. Теоретически статья опирается на идеи медиалингвистики, дискурсологии, жанроведения, семантического синтаксиса и стилистики. Анализ небольшого корпуса текстов названного жанра, опубликованных на официальном сайте Министерства здравоохранения Новгородской области, позволил установить, что вежливость как параметр речевого поведения и одновременно характеристика отношения медика к пациенту входит в число регулярно оцениваемых параметров медицинской коммуникации пациентами и их близкими. При ее обсуждении в отзывах актуализируются такие ее параметры, как готовность к общению, жанровый репертуар, важность невербальных средств общения, в частности, улыбки, перлокутивные эффекты вежливых высказываний. Описан круг языковых средств, с помощью которых обозначается этот параметр речи медиков, – лексемы, аналитические выражения, идиомы. Сделаны выводы о дифференцированности вежливости по линии сфер коммуникации, дискурса, жанра и социального типажа коммуниканта; обозначены перспективы ее дальнейшего изучения в интересах дискурсивных исследований, медиалингвистики и лингводидактики