Текст статьи посвящен нравственно-значимым аспектам памяти. Хотя в справочно-философских источниках понятие «память» не выделено среди ведущих – термины «патриотизм», «пессимизм», «поведение», «профессиональная этика» более явно сопрягаются с основной проблематикой этической науки – тем не менее очевидно и то, что памятливость или забывчивость неспроста подвергается нравственной оценке. То, какая у нас память и как мы ею пользуемся, в значительной степени характеризует нас как нравственных субъектов. Автор выделяет ключевые компоненты ситуации, в которой срабатывает память, и применительно к каждому из указанных компонентов называет основные нравственно значимые аспекты, высказывая надежду, что от нас самих в решающей степени зависит то, станет ли память бременем или инструментом созидания
В предлагаемом тексте автор делится опытом вчитывания в книгу одного из известных современных отечественных литераторов Михаила Иосифовича Веллера – ЕВРЕЙСКАЯ НОТА. Книга опубликована изрядным тиражом, 10000 экземпляров. Стало быть, есть надежда, что хотя бы одному читателю удастся высказать слово в ответ. Здесь, надо подчеркнуть, от моего лица предлагается не отзыв, не рецензия, а именно отзвук читателя. По ходу погружения в текст возникало немало ассоциаций, подчас несогласий. Наблюдения, логика, выводы М. И. Веллера, как бы он себя ни позиционировал, где бы ни получал современной прописки, касаются мировой истории и сегодняшней нашей жизни, которые, конечно же, нужно осмысливать как можно более объективно и культуротворчески
Понятия «соперничество», «спор», «соревнование», «состязание», «конкуренция», «конкурсный отбор» – не просто обиходно распространены, но и обозначают такие явления, которые самым прочным образом укоренены в нашу жизнь. Даже в окружающей человека природе существует естественный отбор. Тем важнее всмотреться в ситуацию противостояния субъекта субъекту, чтобы понять возможности и угрозы, которые возникают в пространстве культуры. В предлагаемом тексте ситуация соперничества рассматривается в нравственно-ценностном ракурсе, на основе выделения ключевых ее компонентов: КТО, С КЕМ, В ЧЕМ, ГДЕ СОПЕРНИЧАЕТ, КАКОВЫ ЕГО ПЕРЕЖИВАНИЯ, КАК ОН ОСМЫСЛИВАЕТ СИТУАЦИЮ, КАКОВО ЕГО ПОВЕДЕНИЕ, КАКОВЫ РЕЗУЛЬТАТЫ СОПЕРНИЧЕСТВА, КАКОВО ОТНОШЕНИЕ К ЭТИМ РЕЗУЛЬТАТАМ. После всматривания в каждый из данных компонентов может стать яснее, что соперничество – важный вид взаимодействия людей в культуре, и что оно в любом случае является не самоцелью, но важным инструментом общения, который включается в более широкий контекст взаимоотношений, желательно – взаимоуважительных, справедливых
В условиях постоянного накопления больших данных и развития систем искусственного интеллекта появляются новые и трансформируются уже имеющиеся в социальном воображаемом образы будущего. Если в качестве ключевой технологии будущего представить большие данные, можно обозначить совокупность позитивных образов будущего как датаоптимизм, негативных - как датапессимизм и умеренных - как датареализм. В качестве критерия оценки образов будущего можно использовать уровень моральных рисков, представляющих собой ситуации, в которых вероятность поступить «не по совести» возрастает. Признаками морального риска являются: эгоистические соображения, ситуация ценностно-нормативного конфликта, высокий уровень неопределенности последствий принятого решения. Моральные риски в датаоптимистическом будущем связаны с высоким уровнем доверия технологиям, основанным на больших данных. В этом образе будущего за людьми сохраняются навыки определения ситуации ценностно-нормативного конфликта, но деформируются навыки принятия решений без опоры на предиктивную аналитику. Датапессимизм характеризуется моральными рисками, связанными с гиперподталкиванием к благу, определенному большими данными, но не самим человеком. В датапессимистическом будущем люди не доверяют технологиям, но подчиняются им, постепенно теряя мотивацию к нравственному совершенствованию. Датареализм, несмотря на формирование взвешенного отношения к большим данным и смежным технологиям, опасен для совести человека неопределенностью границ применения принципа предосторожности и ростом уровня неопределенности в целом. Чем меньшие моральные риски несет образ будущего, тем более желательным он является, при условии, что такие риски не устраняются полностью.