Статья: СЕЛЕКТИВНЫЙ ВЗГЛЯД: ПОЛИТИКА ЗАБОТЫ В СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫХ ИНТЕРНАТАХ (2026)

В 2018 году одна из столичных клиник Камеруна приняла участие в международной инициативе под названием Pharma Intercare. Этот проект предлагает мобильное приложение для тех пользователей, чьи родственники нуждаются в медицинской помощи, но находятся в других странах. Многие молодые камерунцы живут и работают в других странах, но при этом берут ответственность за здоровье старших родственников: переводят денежные средства, договариваются о доставке лекарств или госпитализации. Предполагалось, что Pharma Intercare возьмет на себя роль посредника, который получает денежные средства от молодых и самостоятельно обеспечивает старших необходимой медицинской помощью.

Предмет этой рецензии — книга философа Оксаны Тимофеевой «Мальчики, вы звери» (Тимофеева 2024). Работа объединяет четыре текста, написанных в 2011–2023 годах, и представляет собой теоретическую рефлексию над наследием Зигмунда Фрейда. Переосмысливая классический психоанализ, Тимофеева предлагает трактовку психической травмы как коренящейся не в сексуальности, а в «зверином» измерении человеческого опыта

В статье анализируется опыт внедрения чат-ботов на основе больших языковых моделей в образовательную практику российского высшего образования через призму критической теории и идеологий учебных программ. Опираясь на концепцию «конвивиальных инструментов» Ивана Иллича и различие между инструментальной и коммуникативной рациональностью Юргена Хабермаса, авторы рассматривают LLM как технологию, способную действовать либо в манипулятивной логике (усиление иерархий, технократической рациональности и доминирования), либо в конвивиальной (способствование автономии, коллективному мышлению и коммуникативному действию). Способ внедрения и функционирования технологий во многом зависит от того, какая «идеология» лежит в основе учебной программы, построена ли она на вертикальных принципах производства и трансляции знания (академическая идеология) или на идеях педагогического конструктивизма и личностного самопознания (студентоцентричная идеология). Эмпирическая часть исследования основана на опыте Школы перспективных исследований (SAS) Тюменского государственного университета. Анализируются результаты 20 полуструктурированных интервью со студентами 2-4 курсов, участвовавшими в экспериментальных программах с использованием «ИИ персон», замещавших часть функций преподавателей. Курсы предполагали переход к интерактивным форматам обучения и введение роли медиатора («невежественного учителя»). Результаты показывают, что принудительное и инструменталистское использование чат-ботов воспринимается студентами как манипуляция, вызывает сопротивление, чувство дегуманизации, снижение мотивации и разочарование в утрате живого общения. Напротив, добровольное и рефлексивное применение LLMs раскрывает их потенциал как конвивиальных инструментов, способствующих совместному производству знания и эпистемической самостоятельности. В заключении авторы формулируют условия, при которых LLM могут стать подлинными инструментами конвивиальности в университетском образовании: добровольность использования, прозрачность конструкции, отказ от тотальной инструментализации, включение в коммуникативные практики.

В статье представлен первый этап исследования конфигурации различных символических ресурсов, объединенных в рамках риторической формулы «космическая мечта китайского народа», которая была популяризована Си Цзиньпином как часть новой национальной идеологии - «китайской мечты». Описана реконструкция сети смыслов, связываемых с космической программой КНР, и, таким образом, предложен ответ на вопрос, какие условия благоприятствовали интеграции образа китайской космонавтики в идеологическую политику. В частности, автор задается вопросом о том, что сделало возможным введение Дня космонавтики КНР в 2016 году. Отмечено, что, несмотря на возросшую медийную популярность образа китайской космонавтики в КНР, этот феномен изучали почти преимущественно с точки зрения политического утилитаризма, а риторическая конструкция «космическая мечта» вообще осталась за пределами академических интересов. Для представленного исследования выбрана культурсоциологическая оптика, разработанная Джеффри Александером, которая релевантна в двух отношениях. Во-первых, герменевтическая методология соответствует характеру объекта: риторические формулы, выдвигаемые политическими лидерами Китая, не наделяются «сверху» конкретным содержанием; их смысл должен быть установлен локальными акторами «снизу» в ходе собственной интерпретативной работы. Задача исследователя в таком случае - проделать подобную же работу. Во-вторых, культурсоциология - интегративная теория, которая позволяет связать локальные практики порождения смысла с социальными и культурными ресурсами. Автор статьи демонстрирует, как особенности эволюции медийного образа космонавтики могут быть объяснены отсылкой к подобного рода диалектическим отношениям. В статье доказывается, что «космическая мечта» - это перформативный ресурс, который позволил различным акторам солидаризироваться вокруг образа космических проектов.

Статья переосмысляет ранние работы Рене Фокс - в первую очередь ее монографию «Experiment Perilous» (1959) - сквозь призму связи важных для нее тем неопределенности и заботы в клинической практике и производстве научного знания. Стандартная рецепция Фокс как исследовательницы профессиональной социализации и ролевых ожиданий в медицинской работе редуцирует эту тематику, игнорируя эпистемическую и аффективную проблематику практических процессов клинико-исследовательской работы. Реконструируя влияние Мертона, проявляющееся в методологической рамке ролевых конфликтов, статья показывает, что Фокс уже в ранних работах смещает фокус с воспроизводства норм на механизмы эмоциональной регуляции, возникающие в условиях многоуровневой неопределенности: непрозрачности индивидуального и коллективного медицинского знания, онтологической нестабильности исследуемых объектов, а также сложности аффективных взаимодействий между врачами и пациентами. Работая с заложенными Парсонсом понятиями двойной контингентности и роли больного, Фокс рассматривает болезнь как моральный процесс, в котором от различных форм заботы о пациенте и от его поведения зависит не только его состояние, но и формирование нового знания в ходе научных экспериментов. Описанные Фокс аспекты заботы рассматриваются в статье как неотъемлемая часть как эмоциональной регуляции врачей, так и конструирования научных фактов. Статья помещает ранние работы Фокс в контекст традиции функционализма, освещая те моменты, в которых ее внимание к неопределенности, заботе и производству знания выходит за рамки мертоновского проекта, открывая путь к дальнейшему изучению как аффективной проблематики в медицине, так и процессов конструирования медицинских фактов.

Предлагаемое исследование посвящено роли феномена заботы в изучении пространства архитектуры в философии Джорджо Агамбена. Цель данной работы состоит в интерпретации архитектуры в контексте проекта биополитики Агамбена и в критике его подхода через призму концепции заботы. Биополитическое измерение архитектуры раскрывается через центральные понятия Агамбена: голая жизнь, zoon/bios, homo sacer. Ставится проблема «необитаемости» городских и архитектурных пространств от торговых моллов до лагерей для беженцев. Рассматривается агамбеновская интерпретация понятий заботы у М. Фуко и М. Хайдеггера, предлагается анализ понятия пользования как альтернативы понятию заботы. Забота о себе М. Фуко и забота М. Хайдеггера представлены в контексте поиска критики биополитического управления. Понятия chresis у Фуко и обращения с подручным (Umgang, Zuhandenheit) у Хайдеггера образуют условия для понимания пользования. В понятии пользования предполагается существование внутри привычного обращения с жильем вне управления и обладания. Концепция обитания как пользования Д. Агамбена раскрывается на основе работ урбаниста Камилло Боано. В исследовании лагерей для беженцев и других кризисных зон Камилло Боано демонстрирует актуальность не только обитания как пользования, но и концепта заботы для дискуссии вокруг критики биополитики архитектуры. Подобное смещение акцентов продиктовано расширением идеи обитания как пользования и интересом к хрупкости и уязвимости жилых пространств в рамках маргинальных зон города. Боано изучает заботу людей друг о друге в сообществе, живущем в пространстве постоянно разрушающейся материальности, поддержания и ремонта. Забота как сущность человека, как техника заботы о себе уступает феномену заботы в контексте проблематизации коллективного тела и сообщества, живущего в непростых материальных условиях, но через заботу обнаруживающего возможность для противостояния биополитике.

Статья рассматривает проблему чувствительного (sensible) объекта и исследования чувствительных тем в социологии на примере пилотного исследования корейской диаспоры в Алматы (Казахстан), проведенного в 2025 году, включавшего интервью с представителями диаспоры, а также анализ ее институциональной среды. С теоретической точки зрения 133 исследование чувствительных тем и объектов требует отказа от «сильных» нарративов, как позитивистских, так и конструктивистских, доминировавших в социологии до начала 1990х годов. Обращение к «слабым» описаниям, которое стало активно развиваться с началом 2000-х годов, рассматривается в статье на примере двух подходов: лирической социологии Эндрю Эбботта и ускользающих (заботливых) исследований Джона Ло. Хотя между двумя подходами нет теоретических или методических пересечений, в статье показано, что они работают с проблемой субъективности и их методы дополняют друг друга, что позволяет предложить полноценную альтернативу «сильному» социологическому нарративу. На эмпирическом примере публичной репрезентации корейской диаспоры в Казахстане и ее ускользающего характера показано, как могут дополнить друг друга на разных уровнях приближения к объекту и обнаружения его чувствительности сильные нарративы, лирические описания и ускользающие исследования. В результате сделан вывод о том, что один и тот же объект исследования может принимать в различных ситуациях и устойчивую, открытую для обсуждения, или сенситивную, чувствительную форму: изменчивый характер объекта, его недоступность для формализации и четкого описания делают его ускользающим и чувствительным к взглядам извне.

В контексте исследований заботы часто возникает вопрос о доме - в зависимости от его концептуализации, акценты в социальной политике могут быть расставлены по-разному. В статье подвергается критическому анализу концепция «обладания» домом. Эта концепция формируется на основе нескольких логик представлений о доме: с одной стороны, дом понимается как физическое пространство, которое можно наполнять или опустошать, терять и обретать, переустраивать и менять; с другой - дом понимается как пространство, наделенное символическим или эмоциональным значением, которое обживается человеком. И в том, и в другом случае результатом является фиксация момента, когда человек становится «владельцем» своей версии дома, и именно в этой точке дискуссия о доме зачастую завершается. В статье демонстрируется, что «дом» является результатом трансформаций и смещений инфраструктур, а не стабильным физическим пространством, обеспечивающим онтологическую безопасность. Рассматривается идея темпорализации дома и предлагается концепт «вне-домности», который смещает акцент от дихотомии дом/ бездомность к множественным версиям дома как динамическому осуществлению. Такой подход позволяет учитывать не только материальные условия, но и воспоминания, ритуалы, способы обживания пространства, практики по синхронизации с другими людьми и (не) материальными объектами. Понятие внедомности демонстрирует ограниченность проектов, сводящих помощь бездомным лишь к обеспечению жильем, и подчеркивает необходимость анализа того, как дом динамически пересобирается даже после обретения человеком крыши над головой.

Авторы ищут ответы на вопрос: каковы альтернативные представления о маскулинности, которая была бы совместима с обозначившимся трендом на этику заботы? Такие дебаты ведутся в поле исследований маскулинности в связи с обсуждением пределов экономического роста, экономическим кризисом, гендерным эгалитаризмом и переходом к обществу заботы. Важный эффект этой установки - расширение задачи социального воспроизводства, прежде предписанной женскому гендеру в приватной и публичной сфере, в том числе и на мужчин. Самой дискутируемой является концепция «заботящейся маскулинности» (в противовес гегемонной маскулинности) Карлы Эллиотт, которая включает этику заботы, где нет места доминантному поведению и связанным с ним качествам, где фокус смещается на позитивные эмоции и взаимозависимые социальные отношения, - с собственно маскулинной идентичности к реальным практикам заботы. Анализируя теоретические исследования в этом поле, авторы характеризуют во многом парадоксальное для распространенных гендерных контрактов сочетание заботы и маскулинности, которое подразумевает, что мужчины, вовлеченные в практики заботы, сами будут изменяться, формируя новую идентичность и ценности. Но концепция заботящейся маскулинности, хотя и открывает многообещающие перспективы в процессе перераспределения власти/авторитета, противостоит понятию гегемонной маскулинности, которое содержит ресурсы гибридных стратегий адаптации, перехватывающих дискурсивную повестку. Апроприация отдельных дискурсивно привлекательных практик альтернативных маскулинностей и ценностей заботы обеспечивает внутреннюю диверсификацию гегемонной маскулинности, гибридизирует гегемонный маскулинный альянс в целях адаптации. Как следствие, заботящаяся маскулинность остается этической и отчасти утопической концепцией, недооценивающей адаптивность патриархатной власти к социальным изменениям и критический потенциал социологии заботы.

В статье предлагается радикальное переосмысление феномена немощи, традиционно воспринимаемого как проявление слабости, упадка и утраты достоинства. Авторы критикуют доминирующие в научном и социальном дискурсе подходы, сводящие немощь либо к медицинским диагнозам, либо к нравственному недостатку, и аргументируют необходимость рассмотрения немощи как социально сконструированного, экзистенциального и этического феномена. На основе качественного исследования, проведенного в 2025 году в шести регионах России (более 200 интервью с участниками системы долговременного ухода), показано, что страх перед немощью часто превышает страх смерти и связан с представлением о себе как об «обузе». Однако жизненные нарративы людей с тяжелыми физическими ограничениями (включая получателей ухода с инвалидностью) демонстрируют иной путь: немощь может стать основой для выстраивания реципрокных, взаимообогащающих отношений заботы, а не одностороннего «обслуживания». Авторы выделяют три ключевых аспекта: 1) взаимозависимость и реципрокность как основа ухода; 2) социальное конструирование немощи через восприятие и институциональные рамки; 3) изоморфность немощи самой жизни - ее хрупкости, уязвимости и подлинности. В этом свете немощь перестает быть дефицитом и обретает ценность как форма проявления человечности, способствующая укреплению социальных связей и утверждению достоинства даже в условиях полной зависимости. Это позволяет переосмыслить не только практики ухода, но и саму этику взаимодействия с уязвимыми членами общества, утверждая ценность жизни во всех ее проявлениях - даже в условиях глубокой зависимости и хрупкости. Авторы призывают перейти от парадигмы автономии к парадигме встречи, где уход - это совместное пребывание в пространстве взаимного признания.

Режиссер Александр Клюге в беседах с драматургом Хайнером Мюллером говорит: «Несчастье состоит в том, что варварство будет вечно повторяться, если оно уже однажды случилось» (Клюге, Мюллер 2024, с. 89). Пронизанность повседневности, науки и искусства пессимизмом, обреченностью и зыбким ощущением невозможности изменений — общее место в разговорах и теоретических дебатах. Антрополог Джоэл Роббинс описывает эту ситуацию в науке как доминирование эпистемологического «слота» страдающего субъекта (suffering subject): «Субъект, живущий в боли, бедности, в условиях насилия или угнетения, сегодня очень часто оказывается в центре антропологической работы» (Robbins 2013, р. 448)