Статья: ПЕРСПЕКТИВЫ НАУЧНО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ПАРТНЕРСТВА РОССИИ И КИТАЯ В АТОМНОЙ ОТРАСЛИ (2026)

Цель данного исследования - путем анализа текущего состояния легкового автомобилестроения России, действующих мер государственной поддержки и опыта других стран, выявить недостающие компоненты для достижения технологического суверенитета. К методам относятся институциональный и сравнительный анализы, а также кейс-метод. Что касается основных результатов, к ним можно отнести следующие: · стабилизация рынка без создания собственной технологически суверенной промышленности может быть лишь временной мерой; · нынешние меры государства поощряют локализацию, но не обеспечивают технологический суверенитет; · состояние автомобильной отрасли в РФ подтверждает институциональный разрыв; · опыт китайских добровольно-принудительных совместных предприятий является возможным примером для подражания; · протекционизм должен обрести определенность. Используемые государством инструменты ориентированы преимущественно на восстановление производства и стабилизацию рынка, в то время как достижение технологического суверенитета возможно лишь при использовании механизмов, таких как совместные предприятия по китайской модели, предполагающих участие отечественных производителей в управлении и контроле технологических процессов.

Цель данного исследования - путем анализа текущего состояния легкового автомобилестроения России, действующих мер государственной поддержки и опыта других стран, выявить недостающие компоненты для достижения технологического суверенитета. К методам относятся институциональный и сравнительный анализы, а также кейс-метод. Что касается основных результатов, к ним можно отнести следующие: · стабилизация рынка без создания собственной технологически суверенной промышленности может быть лишь временной мерой; · нынешние меры государства поощряют локализацию, но не обеспечивают технологический суверенитет; · состояние автомобильной отрасли в РФ подтверждает институциональный разрыв; · опыт китайских добровольно-принудительных совместных предприятий является возможным примером для подражания; · протекционизм должен обрести определенность. Используемые государством инструменты ориентированы преимущественно на восстановление производства и стабилизацию рынка, в то время как достижение технологического суверенитета возможно лишь при использовании механизмов, таких как совместные предприятия по китайской модели, предполагающих участие отечественных производителей в управлении и контроле технологических процессов.

В данной статье анализируется энергетическая безопасность Федеративной Республики Германия на современном этапе с учетом различий в условиях ее обеспечения до 2022 года и после начала изменений энергетической ситуации в стране. На первом этапе (до 2022 г.) энергетическая стратегия Германии основывалась на реализации концепции «Energiewende», предполагающей экологическую трансформацию экономики, развитие возобновляемых источников энергии и постепенный отказ от атомной генерации. Более того, при этом сохранялась высокая зависимость от импорта ископаемых энергоносителей, в особенности российского природного газа, тем самым оставаясь уязвимой в системе энергоснабжения. После начала Специальной Военной Операции и введенные санкций против Российской Федерации, Германия была вынуждена оперативно пересматривать свою структуру импорта и нормативно - правовую базу, компенсировав этим ценовое давление и укрепление социальной поддержки населения. Методологическую основу исследования составили контент - анализ нормативных актов, статистических данных и официальных отчетов, а также ивент - анализ, позволивший оценить влияние ключевых политико - экономических событий и решений - включая внедрение плана REPowerEU, санкционных мер, а также развитие инфраструктуры СПГ. Результаты исследования показали, что Германия достигла значительного прогресса в развитии возобновляемой энергетики (за первое полугодие 2025 г. доля ВИЭ составила около 50%), сокращении выбросов (в 2024 г. выбросы парниковых газов составили около 649 млн тонн, что на 3,4% ниже, чем за прошлый год) и стимулировании технологических процессов, но при этом, были выявлены социально - экономические риски, связанные с ростом стоимости энергоресурсов, угрозами снижения конкурентоспособности промышленности и увеличением нагрузки на малообеспеченные группы населения. А также был сделан вывод о том, что современная энергетическая безопасность Германии формируется как сложный баланс между экологическими целями, экономической устойчивостью и обеспечением надежного энергоснабжения в условиях внешних вызовов.

Статья посвящена новым тенденциям в развитии никелевой промышленности Индонезии, связанным, в частности, с новым направлением в развитии отрасли - применении технологии кислотного выщелачивания под высоким давлением (HPAL) для производства смешанного гидроксида никеля и кобальта (MHP), промежуточного продукта, в дальнейшем перерабатываемого в сульфат никеля, применяемого в производстве элементов аккумуляторов для электромобилей. Целью данного исследования является анализ современного состояния никелевой промышленности Индонезии, а также освещение последних мер правительства по регулированию отрасли, направленных на недопущение истощения природных запасов никелевых руд, а также применении наиболее передовых технологий для получения никелевой продукции. Кроме этого, важной задачей исследования является изучение компаний, применяющих новейшую технологию, что может иметь прикладное значение и для российских металлургических предприятий. В методологическом плане в работе используются методы экономического и статистического анализа, системный подход, синтез и анализ. Сделан вывод о том, что несмотря на доминирующие позиции Индонезии на никелевом рынке, перед национальным правительством стоит ряд проблем, требующих оперативного реагирования, включая угрозу истощения никелевой базы страны ввиду стремительной экспансии китайского капитала в эту отрасль экономики. Одновременно сложилась ситуация, в результате которой из-за перепроизводства никелевой продукции в Индонезии, мировые цены на этот металл снизились, что привело не только к снижению маржинальности китайских перерабатывающих предприятий, но и к сокращению поступлений в государственный бюджет самой Индонезии. В этой связи руководство страны ввело ряд фискальных и ограничительных мер, что привело к приостановке деятельности некоторых крупнейших предприятий отрасли, посчитавших убыточной работу в новых условиях. Важнейшим шагом правительства Индонезии стало сначала введение ограничений на строительство новых электроплавильных производств (смелтеров), а затем и введение запрета на сооружение и новых смелтеров, и предприятий гидрометаллургии, производящих только промежуточный продукт - МНР.

Одновременно автором делается вывод, что практически слабо контролируемые государством, не спланированные госорганами иностранные инвестиции в переработку минерального сырья, столь ожидаемые властями Индонезии при принятии решения о развитии его переработки внутри страны, имели и немалые негативные последствия, связанные с перепроизводством никеля, падением цен на него, и значительными потерями для госбюджета, что сопровождается существенным истощением рудных запасов и катастрофическим загрязнением окружающей среды.

В статье приведен анализ взаимной торговли и инвестиционного сотрудничества России и Венгрии за последнее десятилетие. Обозначены обстоятельства, сдерживающие кооперацию, выявлены ключевые тенденции и дана оценка возможностей расширения взаимодействия. Отмечается нарастающее доминирование минеральных ресурсов в структуре взаимной торговли и сокращение доли не сырьевых товаров в товарообороте. Проанализировано взаимное снижение присутствия или уход с рынка компаний (Grand Polus Group) и кредитных организаций (Сбер, ОТП банк) и сворачивании инвестиционных проектов (компанией Mol Group и др.), в рассматриваемых странах, хотя, при наличии возможностей адаптации к санкционному давлению, предприятия стремятся остаться на рынке и продолжать деятельность, как венгерский фармацевтический гигант Gedeon Richter. Наращивание взаимодействия по представляющим взаимный интерес направлениям, таким как энергетика и фармацевтический сектор, будет в полной мере соответствовать интересам обеих стран на перспективу и носит долгосрочный и стратегический характер, закрепленный в международных соглашениях, в частности о поставках энергоресурсов и строительстве АЭС в Венгрии. Автором рассчитан индекс интенсивности взаимной торговли, оценены перспективы и возможные направления увеличения товарооборота, рассмотрены ключевые инвестиционные проекты, включая проект «Пакш-2».

В статье выявляется роль многосторонних механизмов и инициатив в модернизации экономики КНР. Достижение целей 15-го пятилетнего плана (2026-2030 гг.) и целей «Двух столетий» ( лянгэ ибайнянь, 兩个一百年), а именно преобразование модели роста в ориентированную на собственный технологический и инновационный потенциал, требует адекватной трансформации глобальной стратегии, чтобы учитывать сдвиги мировой экономики и обращать их в интересах национального развития. Сообразно поставленным целям в китайской научной среде систематизируются и обновляются подходы к многостороннему сотрудничеству. Важным следствием стало изложение формулы «подлинной многосторонности» ( чжэньчжэн дэ дуобянь чжуи, 真正的多边主义) - переосмысления концепции многостороннего взаимодействия с упором на китайские политэкономические идеологемы. В исследовании выявлено, что в качестве научной основы данного дискурса выступает комплекс теорий содействия международному развитию (СМР), которые объясняют как национальные экономические интересы (НЭИ) КНР по мере модернизации китайской экономики трансформируются в макрорегиональные и глобальные. В работе на основе иностранного (преимущественно китайского) и российского подходов к содействию развитию делается вывод, что использование актуальных и перспективных многосторонних механизмов и инициатив становятся одним из инструментов решения задач модернизации экономики Китая, поскольку с их помощью открывается потенциал для воздействия на другие субъекты мировой экономики, направляя ресурсы институтов глобального управления на воплощения национальных интересов КНР.