Статья: Психологические доказательства бытия Божия в XIX в.: ключевые аргументативные ходы (2025)

Cтатья посвящена тому, как представлены отношения между Ветхим и Новым Заветами на страницах журнала «Фома» – православного издания, работающего на стыке религиозных медиа и традиционных СМИ. Медиатизация религии, которая создала дополнительное пространство для открытых дискуссий по религиозным вопросам, привела к актуализации тем, казавшихся ранее изученными. Однако при обсуждении в новом – медийном – пространстве такие вопросы, как, например, интертекстуальность Ветхого и нового Завета оказываются представлены по-новому. В основе исследования анализ материала десяти сентябрьских выпусков журнала «Фома». С опорой на эссекскую школу дискурсанализа, развиваемую Э. Лакло и Ш. Муфф, выявляются узловые точки дискурса о Ветхом Завете и общее смысловое поле, в котором Ветхий и Новый Завет упоминаются вместе, работая на укрепление того или иного аргумента, легитимизируя Новый Завет. Это смысловое поле затрагивает основы христианства, любовь, пришествие и пророчества мессии. Рассматриваются и цепочки эквивалентности – ключевые темы, которые стабильно связаны с одним из текстов и имеют оппозиционную пару для второго текста, позволяющие авторам статей в журнале провести границу между практиками Ветхого и Нового Заветов, противопоставляя их. В системе этих развернутых оппозиций выстраивается и граница между несколькими религиозными сообществами, что позволяет прояснить религиозные корни восприятия «другого», без прослеживания коммерциализации этого различения, что зачастую характерно для медийного пространства и его борьбы за аудиторию.

Изучение крестного родительства, т. е. связей духовного родства, стало определенным вызовом для западной социальной антропологии, поскольку его «открытие» не вписывалось в уже существующие теории систем родства. Первые антропологические исследования исходили из необходимости описания наблюдаемых эффектов и функций этого института, заключающихся в социальной интеграции местных сообществ, выстраивании отношений обмена между домашними хозяйствами, а также замещении функций биологического родства, по аналогии с авункулатом или случаями фиктивного родства. Такой «утилитарный взгляд» не позволял объяснить специфическое христианское значение этого сложного комплекса отношений в сравнении с другими подобными институтами. Для поиска более адекватных интерпретаций его роли антропологи обратились к изучению источников церковного права и начали выявлять значения употребляемых в обыденном языке категорий с обращением к их богословской интерпретации. Крестное родительство определяют как народно-христианский институт, для которого ключевое значение имеет укорененность догматики в местной традиции. Опираясь на выводы из исследований института компадразго, комплекса отношений, связывающих естественное и духовное родство, мы хотим акцентировать внимание на расширение области значений понятия семьи, которое вытекает из данных выводов. Антропологи, опирающиеся на богословские аргументы о «втором рождении» и о родительстве «по благодати», с одной стороны проводят оппозицию между естественным и духовным родством, что объясняет ряд правил института компадразго, возвышающих духовное родство. С другой стороны, они определяют его как механизм расширения естественных границ семьи за счет включения в отношения родства духовных связей и поддержания христианской семейной идеологии внутри отношений естественного родства, а также внутри местных общин. Исследования, сравнивающие католический институт компадразго и православный институт кумовства, также указывают на влияние института крестного родительства на расширение значения семейных связей, выходящего за рамки естественного родства.

В статье рассматривается онтологическое доказательство бытия Бога – один из ключевых аргументов в философской теологии, восходящий к Ансельму Кентерберийскому (XI в.) и получивший развитие в схоластике, Новое время и современной философии. Несмотря на различные критические нападки на это доказательство, особенно со стороны Фомы Аквинского, И. Канта и современных материалистов, история этого доказательства демонстрирует, что интерес к нему не ослабевает, а наоборот, возникают все новые и новые варианты этого доказательства. Особенно интересным с нашей точки зрения является доказательство, предложенное русскими православными философами – еп. Михаилом (Грибановским) и С. Л. Франком, который показал, что по своей сути это доказательство было предложено еще Плотином. Кроме того, при обсуждении этого аргумента появляются и другие вопросы, касающиеся познания Бога и Его отношения к миру и человеку. Это проблема всемогущества Бога и теодицеи, вопрос существования времени, философии математики и др.

Статья демонстрирует эволюцию онтологического аргумента от средневековой схоластики до современных философских дискуссий, показывая его силу и уязвимости. Несмотря на критику (особенно со стороны Канта), доказательство остается влиятельным, возникая в новых формах и сохраняя актуальность в современной философии религии.

Проблематика статьи заключается в прояснении значения онтологического аргумента в его неклассической форме в мышлении бытия и веры Откровения в немецкоязычной теологии и русской религиозной философии XX в. Решение указанной проблемы предполагает обращение к тематизации онтологического аргумента в контексте его событийной, вербальной и эмоциональной природы.

В статье речь пойдет о феноменологической модели онтологического доказательства бытия Бога у немецкого католического теолога Б. Вельте и метафизической у русского философа Н. Лосского.

Католический теолог полагает, что в онтологическом аргументе мышление не мыслит только само себя. Оно идет путем трансцендирования, превращаясь в экзистенциальный, личностный акт. Дистанцируясь от метафизической презумпции, он отождествляет онтологический аргумент с поиском мышлением изначального смысла. Доказательство у Б. Вельте – это один из путей обоснования и объяснения возможности смысла в бытии.

Онтологический аргумент раскрывает смысл бытия в позитивном ничто (священном). Б. Вельте вписывает онтологический аргумент в обновленную феноменологией томистскую метафизику. Откровение для Б. Вельте приобретает черты экзистенциально-вербального события. Онтологический аргумент у Н. Лосского опирается на идею интуитивного знания, то есть прояснение очевидности в сознании понятия Абсолюта. Бог реально усматривается в идее Бога, как субъект любого общего понятия. Каждый шаг усмотрения нечувственного (умственного) предмета предполагает сосредоточение на нем внимания, а в отношении Абсолюта созерцание его в единстве понятия и бытия. Подлинное онтологическое доказательство не опирается на закон противоречия, но на сознание единства объективного и субъективного, единичного и общего. Суждение «Бог существует», – это в начале аналитическое суждение, потом оно становится синтетическим. Происходит дифференциация понятия Бога для нас. Суждение «Бог существует» Н. Лосский относит к типу экзистенциальных суждений. Их субъектом выступает не вещь, а существование вещи. Н. Лосский и Б. Вельте по-своему выводят онтологический аргумент из-под его критики И. Кантом, продлевая ему жизнь в культуре модерна и постмодерна.

В статье исследуется критика Фомой Аквинским онтологического аргумента Ансельма Кентерберийского, в частности, ее модальные аспекты. Хотя традиционные возражения Аквината (ошибка предвосхищения основания и несамоочевидность определения Бога) хорошо изучены, их модальная интерпретация требует дополнительного анализа. Фома отвергает аргумент Ансельма, поскольку тот смешивает онтологическую необходимость существования Бога с эпистемической возможностью его отрицания из-за когнитивных ограничений человека. Анализируются пять ключевых текстов Аквината, где он последовательно опровергает Ансельма, утверждая, что бытие Бога самоочевидно лишь по природе, но не для человеческого разума. В модальной версии критики внимание уделяется отрицанию транзитивности отношения между мирами: невозможность познать божественную сущность в земном состоянии не позволяет перейти к необходимости знания о существовании Бога. Фома настаивает на эпистемическом барьере, делающем онтологический аргумент несостоятельным для человеческого познания. В заключении отмечается, что критика Аквината, хотя и соответствует общехристианскому скепсису относительно познания божественной реальности человеком в его земном бытии, не опровергает саму возможность необходимого существования Бога.

Статья посвящена исследованию роли интерпретации онтологического аргумента Ансельма Кентерберийского в творчестве Карла Барта, одного из крупнейших представителей протестантского богословия XX в. Автор акцентирует внимание на том, как Барт формулировал этот аргумент в рамках своей словоцентристской теологии, стремясь отвергнуть любые формы зависимости от философии. Цель исследования – выявить особенности понимания роли онтологического аргумента в двух ключевых традициях изучения творчества Барта: первая, представленная Гансом Урсом фон Бальтазаром, а вторая – Брюсом МакКормаком. Бальтазар подчеркивает значение двух «обращений» Барта, в особенности того, что происходило от диалектической теологии к аналогии веры (analogia fidei) и которое фиксируется с выходом работы «Fides quaerens intellectum». МакКормак, напротив, делает упор на плавном и постепенном развитии и считает знаковой работой для Барта «Гёттингенскую догматику», но не «Fides quaerens intellectum». В статье проводится детальное сопоставление подходов обеих традиций к пониманию интерпретации Бартом онтологического аргумента, демонстрируя, каким образом каждая из них интерпретирует как интеллектуальное развитие Барта в целом, так и его мысль в «Fides quaerens intellectum». Также в статье рассмотрены взгляды современных ученых на роль работы «Fides quaerens intellectum» и их связь с парадигмами Бальтазара и МакКормака.

Богопознание является ключевой задачей христианина в богословском наследии Ансельма Кентерберийского. Неоднозначный, наполненный глубоким смысловым содержанием термин «intelligere», который в данной статье мы будем переводить словом «разуметь», многократно встречается в трудах средневекового богослова. Его значение для понимания мысли святого Ансельма важно еще и потому, что, образуя большое количество однокоренных терминов, «intelligere» встречается в трудах Ансельма во многих вариациях, таких как: intellectus fidei, credo ut intelligam и др. В статье мы рассмотрим, как средневековые варианты понимания этого безусловно важного для схоластических богословов понятия, так и место и значение «intelligere» в трудах самого Ансельма Кентерберийского. В ранних работах протестантского теолога ХХ в. Карла Барта богопознание не является одним из ключевых теологических вопросов. Более того: богопознание, по Барту, вообще практически невозможно в силу бесконечной отдаленности Творца от творения. Однако обратившись к наследию Ансельма, Барт смягчает свою достаточно радикальную богословскую позицию, расширяя границы того, что человек может познать и сказать о Боге. Интерпретируя знаменитое онтологическое доказательство бытия Бога, Карл Барт последовательно рассматривает и толкует все ключевые для понимания «Прослогиона» термины, одним из которых является «intelligere». В статье мы будем исходить из того, что средневековое латинское понятие «intelligere» является одним из основополагающих в богословском наследии Ансельма Кентерберийского и с этой целью обратимся к оригинальному латинскому тексту «Proslogion», что позволит нам проследить особенности его употребления в контексте источника и сделать необходимые выводы. Отметим, что и Карл Барт, интерпретируя онтологический аргумент, работал непосредственно с оригинальным текстом, приводя оттуда выдержки на языке оригинала и снабжая их собственным вариантом перевода. В связи также и с этим нам представляется особенно важным обратиться к латинскому первоисточнику. «Intelligere» рассматривается наравне и в паре с «credere» (верить), образуя дихотомию разуметь/верить, пронизывающую все творчество Ансельма. Последовательно «развертывая» онтологический аргумент «Прослогиона», Карл Барт поэтапно его разбирает, среди прочих уделяя особое внимание понятию «intelligere». Его интерпретация аргумента Ансельма в конечном счете оказывается решающей для его собственной богословской мысли: процесс богопознания в теологии Барта становится возможен во многом благодаря обращению протестантского богослова к наследию Ансельма, исследованию им онтологического доказательства и принятию Бартом его аргументации.

Первые главы «Прослогиона» Ансельма Кентерберийского и заключающийся в них «онтологический аргумент» рассматриваются в этой статье не столько с точки зрения доказательства бытия Бога, сколько с точки зрения понятия о Боге, которое, как утверждает Ансельм, необходимо заключает в себе доказательство реальности своего предмета. В центре внимания автора статьи находится вопрос о том, обладает ли Ансельмово понятие Бога специально-философским происхождением, или оно, несомненно коррелируя с философской мыслью, само по себе органично для религиозного благочестия христианина в той его первичной форме, которая выражена в текстах Библии. Для ответа на этот вопрос разбирается ряд примеров из Библии, которые, по мнению автора статьи, заключают в себе вариации понимания Бога как того, «больше чего нельзя ничего помыслить», и даже того, что «больше, чем можно помыслить». Примеры подобраны из Псалтири, книги Премудрости Сираха и 2-го послания к Фессалоникийцам, с параллелями из книги Иова и других библейских текстов. В итоге автор приходит к выводу, что «метафизичность» традиционного библейского понятия о Боге не должна недооцениваться, хотя его «историчность» и остается на первом плане.