Статья: Разработка стратегии новой евангелизации в документах Римско-католической церкви (2025)

Тихонова В. В. Движение трансцендентальной медитации в исторической перспективе: от универсализма к партикуляризму Рецензия на книгу: Sawyer D., Humes C. The transcendental meditation movement. Cambridge: Cambridge University Press. 2023. 80 р. Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии. 2025;(1):159-165. https://doi. org/10.28995/2658-4158-2025-1-159-165

Королев Р. С. «Все, что ты знаешь – ложь». Рецензия на книгу: Versluis A. American gnosis. Political religion and transcendence. Oxford: Oxford University Press, 2023. 296 p. Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии. 2025;(1):151-158. https://doi. org/10.28995/2658-4158-2025-1-151-158

Исследование посвящено тому, как создавалось и расширялось старообрядческое медиаполе в Интернете. На основе интервью со священнослужителями и активными представителями разных согласий, вовлеченных в развитие старообрядческого Интернета, а также наблюдений в цифровой среде прослеживаются истоки, основные этапы и особенности медиаполитики российских старообрядцев. Точкой отсчета можно считать появление новостной рассылки по электронной почте в конце 1990-х гг., а уже на рубеже 2000–2001 гг. у молодых старообрядцев, представителей РПСЦ и ДПЦ, возникла идея общестарообрядческого сайта. В статье рассматриваются процессы зарождения и расширения старообрядческого присутствия в Интернете, которые сопровождались дискуссиями, связанными с легитимацией пользования новыми технологиями, формированием представлений о границах допустимого, разработкой собственной медиаполитики и стратегий поведения в Интернете. На протяжении всей истории осуществляются попытки создания общестарообрядческих ресурсов, которые оказываются недолговечными из-за конкурирующих логик во взглядах как на развитие старообрядчества в целом, так и на функции медиаплощадок, отбора контента, личных предпочтений и др. В результате происходит фрагментация медиаполя, создается большое количество платформ, на которых общаются, ведут просветительскую и миссионерскую работу представители разных согласий.

Синтез эволюционных теорий и эзотерических учений является значимым примером соприкосновения науки и эзотеризма. В статье рассматриваются идеи британского биолога Джулиана Хаксли и его брата писателя Олдоса Хаксли на предмет их соответствия концепциям эволюционного эзотеризма (Э. Профет, В. Ханеграафф, Дж. Крайпл). Вводится разграничение понятий «эволюционный эзотеризм» и «эволюционный мистицизм». Ключевыми элементами «эволюционного мистицизма» предлагается считать следующие идеи: признание возможности перехода человека на новую стадию эволюции; активная роль человека в эволюции и рассмотрение его как двигателя ее развития; первичность психической эволюции по отношению к физической; необходимость развития «сверхъестественных способностей» как условия эволюции. Устанавливается соответствие проекта «Эволюционного гуманизма» Дж. Хаксли и взглядов О. Хаксли концепциям эволюционного эзотеризма Э. Профет и Дж. Крайпла. В статье демонстрируется сходство взглядов братьев Хаксли на эволюцию, в частности их вера в возможность группового прогресса через индивидуальное самосовершенствование, и утверждается возможность изучения их представлений об эволюции как части эволюционного эзотеризма.

В статье рассматривается вопрос о причинах широкой популярности энтеогенов среди представителей оккультизма конца XIX – начала ХХ в. и той роли, которую они выполняли в их теориях и практиках. Выдвигается гипотеза, что обращение оккультных авторов к энтеогенам следует рассматривать в свете конфликта науки и религии, который стремились преодолеть представители оккультизма. Энтеогены в их теориях служили средствами получения экспериментально воспроизводимого религиозного опыта, представая, c их точки зрения, инструментами научного подхода к религиозным феноменам. В первой части статьи поднимаются теоретические вопросы исследований места «оккультизма» в истории изучения западного эзотеризма. Во второй части рассматриваются несколько теологических споров, развернувшихся в XVI в. вокруг ведьмовских мазей в Европе и пейота в Новом Свете. По мнению автора, именно в этих спорах сформировался тип риторики, унаследованный оккультистами XIX в. Третья часть статьи посвящена анализу сочинений Л. А. Каанье и А. Кроули, в которых энтеогены рассматриваются как научные средства получения доказательств существования религиозных феноменов. В то время как идея использования энтеогенов как научных инструментов для исследования религии объединяет работы Л. А. Каанье и А. Кроули, между ними существует важное различие, прежде всего, обусловленное развитием академической психологии. Если для Л. А. Каанье видения, пережитые под воздействием энтеогенов, при условии возможности их воспроизведения, подтверждают объективное существование мира духов и нематериальной реальности, то трактовка энтеогенного опыта А. Кроули происходит в психологизированной манере, отсылая в первую очередь к факту религиозного опыта и высших состояний сознания. Такая психологизация свидетельствует о знакомстве оккультных авторов с актуальным научным дискурсом их времени. Обращение к энтеогенам и способ их трактовки как «научных» средств проверки религиозных феноменов переосмысляется оккультными авторами с учетом характерной для их времени научной оптики.

В фокусе внимания статьи – исследовательская программа Русского общества экспериментальной психологии под руководством биолога Николая Петровича Вагнера. Деятельность общества рассматривается в контексте становления экспериментальной психологии конца XIX столетия. Его появление было обусловлено, с одной стороны, научными убеждениями Н. П. Вагнера, полагавшего, что изучение психики при помощи методов экспериментальной психологии может дать новые сведения о природе человека. С другой стороны, интерес Н. П. Вагнера к парапсихологии, опиравшейся на физическую, биологическую и психологическую теории, был продиктован его спиритуалистическими воззрениями. Придерживаясь концепции духовной эволюции, утверждавшей целесообразный характер эволюционного процесса, Н. П. Вагнер стремился выявить особенности человека, которые бы свидетельствовали в пользу сохранения его индивидуальности после смерти биологического организма. Русское общество экспериментальной психологии охарактеризовано как первое отечественное парапсихологическое общество. Исследовательская программа общества, усматривавшего своей конечной целью доказательство истинности предметов веры, охарактеризована как находящаяся на пересечении естественно-научной методологии и естественной теологии, чем объясняется, в частности, повышенный интерес к деятельности общества со стороны деятелей русской религиозной философии, занимавшихся разработкой проблем психологии с идеалистической точки зрения. Изучение материалов общества и, прежде всего, материалов Н. П. Вагнера, размышлявшего о создании оригинального подхода к исследованию субъективных явлений психики, показывает необходимость для историков психологии обращаться к истории религии, в частности истории эзотеризма, способной прояснить мотивы некоторых научных поисков в рамках экспериментальной психологии конца XIX столетия.

Статья посвящена исследованию историографической концепции о существовании дуалистической религиозной традиции, воплощавшейся в форме различных еретических движений средневековой Европы и Ближнего Востока. В центре исследования находится история болгарской ереси богомилов, игравшей важную роль в данной исторической концепции как связующее звено между ближневосточными дуалистическими сектами и более известными западноевропейскими катарами. Показано, как в болгарской историографии эта концепция о преемственности, при сохранении своей общей структуры, переосмыслялась в различных идеологических контекстах. Анализ дискурса болгарских историков проведен на основе методологических наработок, сформулированных в ходе современных дискуссий между исследователями катарской ереси. «Богомильский миф» болгарской историографии рассматривается как существовавший на пересечении различных дискурсивных полей: религиозного, из которого была заимствована модель генеалогии еретических учений; академического, включавшего различные идеологические интерпретации; эзотерического, которое рассматривается на примере адаптации данной концепции болгарским теософским сообществом начала XX в. – Всемирным белым братством, которое использовало образ богомилов для легитимизации своего учения через конструирование исторического мифа.

В статье предлагаются критические размышления над проектом переопределения принципов религиоведческих и культурологических исследований, предложенных Воутером Ханеграаффом в рамках его изучения западного эзотеризма. За отправную точку взяты идеи самой последней монографии В. Ханеграаффа «Герметическая духовность и историческое воображение: альтернативные состояния знания в античности». Показано, что этот труд вобрал в себя все основные концепции, разрабатываемые амстердамским профессором с начала его академической карьеры: конструирование академического знания; проблема маргинализации одних форм знания за счет моды на другие; измененные состояния сознания и практики конструирования себя; большой полемический нарратив монотеизма; религиозный опыт; гнозис; оппозиция классической герменевтики и постмодернистской деконструкции. Дается развернутый очерк нового проекта реконструирования герметизма, предложенного Ханеграаффом, демонстрируется его оригинальность по сравнению с классическим периодом изучения темы, также показываются его отличия от новой историографии, возникшей в 1980-е гг. Показывается, что исследования Ханеграаффа не дают представления о картине античного герметизма, а являются проекцией стереотипов и религиоведческих мод конца XX в. Дана развернутая критика концепции измененных состояний сознания и связанной с ней современной категории гнозис, показана как теоретическая, так и эмпирическая их сомнительность. Параллельно подвергается критическому рассмотрению проект приложения категории измененных состояний сознания к религии древних греков в монографии Юлии Устиновой, на которую в значительной мере опирается Ханеграафф. Установлена аисторичность и тенденциозность предложенной Ханеграаффом реконструкции духовного опыта. Подвергнута критике идея выделения в западной культуре трех составляющих: религии, науки и гнозиса. Делается вывод, что настоятельное продвижение диалектики опытного гнозиса и рационально-догматического христианства, которой пронизаны труды Ханеграаффа, сыграло плохую службу в развитии религиоведения, создавая прецедент ложного теоретизирования, упрощающего сложную картину, части которой благодаря успехам в изучении гностицизма в последние десятилетия начинают понемногу проясняться.