Публикации автора

The flip side of the European Union’s policy aimed at accelerating the fourth energy transition has been energy isolationism — namely, the pursuit of quantitative indicators characterising a country’s energy balance without considering their impact on the energy balance of neighbouring countries. This article examines energy isolationism using the example of Lithuania’s 2022 initiative, which called on the three Baltic States to disconnect from the BRELL synchronous power grid — linking them to Russia and Belarus — before 2025. According to a plan developed in 2018, they were originally scheduled to disconnect in 2025. However, Latvia and Estonia did not support Lithuania’s initiative and, after negotiations lasting until mid-2023, agreed to adhere to the original timeline. The article analyses these negotiations as minilateral — multilateral discussions involving a small number of participants — which differ in nature from both bilateral negotiations and large-scale multilateral negotiations with numerous participants. Using game theory, the article presents a model of these negotiations. In practical terms, the ‘three-player, three-option’ model explains why the failure of negotiations followed by Lithuania’s unilateral desynchronisation from BRELL was the least probable scenario from the outset. More broadly, the model demonstrates that no two Baltic States with similar negotiating positions could accept any outcome other than their most preferred one, even if accepting a different outcome would allow the third state — with a divergent negotiating stance — to avoid its least preferred option. The article concludes that the inability of the majority to compromise with the minority prevents minilateral cooperation among the three Baltic States from evolving to a higher level — comparable to the more advanced minilateral cooperation seen among the Nordic countries

Обратной стороной политики Европейского союза по форсированию четвертого энергетического перехода стал энергетический изоляционизм - стремление к достижению количественных показателей, характеризующих энергетический баланс в отдельных странах, без учета влияния этого стремления на энергетический баланс в соседних странах. В статье в качестве примера энергетического изоляционизма рассматривается выдвинутая в 2022 г. Литвой инициатива, призвавшая три страны Балтии отключиться от энергетического кольца БРЭЛЛ, связывавшего их с Россией и Беларусью, ранее 2025 г., когда они должны были сделать это по плану, разработанному ими ранее. Латвия и Эстония не поддержали инициативу Литвы, которая в результате переговоров, длившихся до середины 2023 г., согласилась придерживаться первоначального плана. Методология, созданная в рамках теории игр, позволяет построить представленную в статье модель этих переговоров, которая является частным случаем модели с тремя участниками, вынужденными сообща выбрать один из трех вариантов исхода переговоров. В прикладном плане эта модель позволяет объяснить, почему провал переговоров с последующим односторонним отключением Литвы от БРЭЛЛ изначально был наименее вероятным вариантом исхода переговоров. В теоретическом плане эта модель заставляет обратить внимание на тот факт, что в случае переговоров между тремя странами Балтии никакие две из них, имеющие схожие позиции, пока не готовы согласиться с не самым выгодным для себя вариантом исхода переговоров даже в том случае, если это позволит третьей стране с иными переговорными позициями избежать необходимости согласиться с наименее выгодным для себя вариантом исхода переговоров. В статье демонстрируется, что подобная неготовность большинства к уступкам в отношении меньшинства становится препятствием для выхода минилатерального сотрудничества стран Балтии на новый уровень, сравнимый с тем, какого достигли, например, Северные страны.