Публикации автора

Статья вводит в научный оборот прежде не фиксировавшийся в источниках термин святочного ряженья кесарúны, записанный Топонимической экспедицией Уральского университета в Чухломском районе Костромской области в ходе полевого сезона 2025 года. Сообщается, что слово бытует в узком ареале на вологодско-костромском пограничье и обозначает в первую очередь святочных ряженых, а кроме того, участников святочных ритуальных бесчинств, ряженых на свадьбе и персонажей, которыми пугают детей. Авторы обосновывают его производность от хрононима (Василий) Кесарийский — названия дня памяти св. Василия Кесарийского 1/14 января. Для доказательства этой версии, во-первых, демонстрируется значительная роль этого дня в народном календаре, вследствие чего соответствующий хрононим и отхрононимические дериваты широко представлены в обрядовой лексике и в фольклоре. Во-вторых, показано существование темпоральной модели в номинации святочных ряженых. В-третьих, обнаруживаются костромские названия персонажей низшей демонологии, образованные от хрононима Василий Кесарийский, и прочерчиваются смысловые связи между обозначениями ряженых и нечистой силы. Наконец, это решение обосновывается и с точки зрения формы: подчеркивается, что производящая основа кесарин- весьма популярна в диалектных деэтимологизированных вариантах агионима, хрононима и отхрононимических дериватов.

В статье рассматривается происхождение и функционирование слова супúр и его вариантов (супúрчик, супéрик и др.) со значением ‘перстень, колечко со вставкой из камня или стекла’. Эти слова прежде (в 2009 г.) уже подробно изучались И. Г. Добродомовым на страницах «Вопросов языкознания», где были представлены случаи их употребления (в основном в художественной литературе) и сделаны выводы о заимствованной природе этих слов — их происхождении от фр. soupir ‘вздох’ с актуализацией идеи кольца как памятного подарка. Авторы настоящей работы полагают, что этой версии недостает семантических и социолингвистических оснований, и, присовокупляя к уже имеющимся данным об использовании этих слов обширные диалектные материалы с широкой географией, предлагают версию об их исконном происхождении в рамках гнезда с корнями пир- / пер- / пор- (дериватов праслав. *perti, *pьrǫ). Таким образом, по мнению авторов, во внутренней форме этих слов отражен признак «запертости» камня в кольце, его закрепленности в нем, — существенный признак для подобных ювелирных изделий

Статья написана по полевым материалам, собранным сотрудниками Топонимической экспедиции УрФУ (Екатеринбург) в сентябре 2023 г. в нескольких населенных пунктах Беломорского района Карелии (Поморский берег Белого моря): сс. Сумский Посад, Колежма, д. Лапино, г. Беломорск и др. В статье содержатся некоторые результаты, касающиеся отражения фактов истории, культуры, социальной, этнической и конфессиональной специфики региона в коллективных прозвищах и прозвищных рассказах, которые конструируются вокруг них. Рассматриваемые в статье локально-групповые прозвища, складывающиеся в микро систему, функционируют в ряде населенных пунктов Поморского берега: сс. Шуерецкое (репоéды), Вирма (кочега́ры), Сумский Посад (меща́не, церко́вные сралú), Колежма (лопарú) и Нюхча (цари́, во́ры), а также в удаленных от береговой линии дд. Лапино (ре́пники), Коросозеро (вшúвики), Пулозеро (пúсаные батогú), Ендогуба (линдýшники), которые находятся на границе поморской и материковой зон. Отмечены факторы, способствующие бытованию большого числа локальных наименований в Беломорье вообще и на Поморском берегу в частности по сравнению с материковой частью Русского Севера и другими традиционно земледельческими зонами. Представлены мотивировки прозвищ, существующие сегодня в сознании населения Поморского берега старшего возраста (информантов экспедиции). Предложены мотивационные решения для ряда коллективных прозвищ, а также описан исторический и социокультурный фон, на котором и благодаря которому они были сформированы, с опорой в том числе на исторические и этнографические источники.