Публикации автора

В статье анализируется роль родного языка в условиях двуязычия на примере языковой ситуации в двух непохожих регионах: Беларуси и Республике Хакасия. С точки зрения языковой ситуации эти территории объединяет одна общая особенность – значимая роль русского языка, который, наряду с родным (этническим) языком признан государственным. Несмотря на официальное двуязычие, в коммуникативном пространстве рассматриваемых регионов языки титульных народов играют разную роль: в Беларуси она, скорее, символическая, в то время как в Хакасии родной язык используется лишь в некоторых сферах жизни. Факт вымывания родного языка осознается в обоих сравниваемых регионах, однако именно в Хакасии эта проблема воспринимается как угроза этнической идентичности. В Беларуси из-за этнической близости русских и белорусов и их языков доминирование русского языка не вызывает напряженности. Авторы приходят к выводу о нескольких ипостасях бытия родного языка в условиях двуязычия: в жизни его носителей он присутствует как средство фиксации и сохранения культурного наследия, как маркер этнической идентичности и как символ духовного единства титульного народа

В условиях затяжной безработицы происходит изменение сферы труда и занятости в сельской местности: меняется рынок труда, распространяются неформальные практики, появляются новые формы занятости, растет число сельчан, не желающих или отвыкших работать и др. Фокус данной статьи направлен на выявление трудовых практик среди неработающего населения удаленных территорий (на примере Хакасии). Географическая удаленность играет роль дополнительного фактора, ограничивающего возможности трудового поведения сельского населения. Исследование проведено на материалах социологического опроса жителей удаленных территорий региона (n = 404). Сравниваются группы сельчан, не имеющих работу разное по продолжительности время: от нескольких месяцев до года; несколько лет; никогда не работавшие. Социально-демографический состав этих групп, как и стратегии их трудового поведения, различаются. Первую группу опрошенных можно отнести к фрикционно безработным. В основном это трудоспособное население, проживающее в больших селах с относительно высоким уровнем достатка и ориентированное на различные трудовые стратегии. Вторая группа достаточно разнообразна по своему составу, в ней представлены практически все слои сельского населения. Опрошенные этой группы занимаются личным подсобным хозяйством, которое рассматривается как альтернатива формальной занятости. Третью группу образуют никогда не работавшие женщины репродуктивного возраста, не нацеленные на поиск работы или других форм самозанятости, поскольку основной вид их деятельности связан с ведением домашнего хозяйства и уходом за детьми. Распространены среди неработающего населения и случайные заработки (калым), и промысловая деятельность, однако доход от таких занятий невысокий и нестабильный. В целом трудовые практики неработающего населения удаленных территорий зависят от разных факторов, однако наибольшее влияние оказывает личная мотивация сельчан, определяющая стратегию их трудового поведения.