Рассмотрена дореволюционная историография народного протестного движения под руководством Степана Разина — крупнейшего народного антиправительственного выступления в России XVII в. До сих пор многие вопросы, связанные с этим движением, остаются нерешенными или дискуссионными. Начало их изучения было положено в XVIII в. в работах дворянских историков, писателей и общественных деятелей Ф. И. Соймонова, С. Г. Гмелина, А. П. Сумарокова, М. М. Щербатова, продолжено в трудах историков XIX — начала XX в. А. Н. Попова, С. М. Соловьева, Н. И. Костомарова, С. Ф. Платонова, А. П. Щапова, С. И. Порфирьева. Проанализированы их концепции, в целом малоизвестные для неспециалистов, и сделан вывод, что они отличаются субъективизмом и предвзятостью. Отмечено, что почти все дореволюционные историки и писатели (за исключением А. П. Щапова) не скрывали своей враждебности к народному возмущению, это во многом объясняется их дворянским происхождением и корпоративной солидарностью. Показано, что в целом не было предпринято попыток выявить социальные причины восстания, не соблюдался принцип исторического объективизма, при этом в работах дореволюционных историков был выдвинут ряд интересных предположений, например, о связи движения С. Разина с Расколом, не потерявших актуальности в настоящее время.
Рассмотрены особенности раннего этапа советской историографии 1920-х — начала 1930-х годов, посвященного изучению народного протестного движения под руководством С. Разина. Проанализированы работы известных и малоизвестных историков, занимавшихся изучением этой темы: Н. А. Рожкова, М. Н. Покровского, Н. Н. Фирсова, В. М. Фирсова, В. И. Пичеты, Г. В. Ладохи, Б. Н. Тихомирова, С. Г. Томсинского и др. Дана общая характеристика их концепций, выявлены достоинства и недостатки работ, их вклад в развитие отечественной историографии разинского движения. Сделаны выводы об общем направлении развития историографии протестного движения под руководством С. Разина, стремлении выявить объективные предпосылки этого движения, прежде всего в социально-экономической плоскости, чего не было в дореволюционной историографии. Отмечено, что историки 1920-х — начала 1930-х годов выдвинули целый ряд предположений и гипотез, представляющих интерес для отечественной науки, однако при этом недостатками их работ было применение конъюнктурного подхода, а также то, что они исходили из догматически понятых и вульгаризированных марксистских построений, отличались явным осовремениванием и идеологизацией при оценке сущности описываемых событий.