Статья посвящена анализу репрезентации этнического танца в китайской живописи второй половины XX века как значимого визуального инструмента в процессе формирования образа многонационального Нового Китая. Автор рассматривает изображение этнического танца в живописи как символическую форму культурной коммуникации, выполняющую функции интеграции и диалога между центром и периферией, традицией и современностью. Методологической основой исследования выступает концепция диалога М. Бахтина, дополненная теориями культурной гибридности Х. Бхабхи, семиотической модели культуры Ю. Лотмана и герменевтическими подходами П. Рикера. Исследование демонстрирует, что в творчестве таких китайских художников ХХ века, как Е Цяньюй, А Лао, Хуан Чжоу и Чэнь Гуанцзянь, этнический танец приобретает статус визуального высказывания, наделенного политико культурной значимостью. Через анализ художественных техник, иконографии и стилистических стратегий автор выявляет, как живопись трансформирует этническое в универсальный символ национального единства. Статья показывает, что изображение танца в китайской живописи стало механизмом визуального мифотворчества, легитимирующего культурное многообразие как основу целостной национальной идентичности.
Статья посвящена изучению аспектов развития хореографического искусства, освещаемых на страницах литературно художественного журнала «Рубеж», издаваемого дальневосточной ветвью русской эмиграции с 22 августа 1926 года по 10 августа 1945 года. Несмотря на заявленную направленность журнала как литературно художественного, журнал наполнялся статьями и фотографиями на разнообразную тематику: хореография, мода, медицина, конкурсы красоты, кулинария, политика, некрологи и др. Есть материалы, посвященные китайскому изобразительному искусству. Авторы статьи приходят к выводу, что журнал «Рубеж» ценный источник для изучения хореографического искусства дальневосточной ветви эмиграции, подробно описывающий творческую и педагогическую деятельность русских эмигрантов, развернувшуюся как на территории Харбина, Шанхая и Тяньцзиня, так и в рамках гастрольной деятельности по Японии, Индии, Филиппинам и пр. Фундаментом обучения в многочисленных школах и студиях, открытых на территории Китая, стала русская школа классического танца. Русскими эмигрантами были поставлены спектакли классического балетного наследия, а также современный для того времени «фокинский» репертуар, что отражено на страницах издания.
В статье исследуется художественная трансформация образа танца в изобразительном искусстве Древнего Китая от неолита до династии Тан. На основе анализа наскальных росписей, погребальных рельефов, пещерных фресок и станковой живописи прослеживается эволюция визуальной репрезентации танца от сакрального ритуального знака архаической эпохи, через этическую модель конфуцианской нормативности эпохи Хань к духовной метафоре в буддийской и даосской иконографии и, наконец, к самодостаточному эстетическому феномену танской эпохи. Показано, что танец в китайской визуальной культуре никогда не был просто декоративным мотивом, но выступал как семиотически насыщенная форма, в которой тело в движении становилось языком выражения космологического порядка, социальной иерархии, духовного состояния и эстетического совершенства. Особое внимание уделено трансформации художественного языка на протяжении двух тысячелетий: от схематичной графики, условной стилизации и строгой симметрии архаических и ханьских памятников к асимметрии, ритмической текучести, композиционной невесомости и пластической индивидуализации, характерным для пещерных фресок эпохи Суй Тан и светской живописи династии Тан. В статье проводится идея о том, что изображение танца функционировало как форма визуального мышления, в которой композиция, жест и поза несли онтологическую, этическую и эстетическую нагрузку.