Формирование нового миропорядка в XXI в. находится в стадии становления, а нарастающее противоречие между международными акторами продолжает усиливаться. США, стремясь сохранить однополярность и противодействуя многополярности, придерживаются концепции информационного противоборства, вовлекая в этот процесс остальной мир. Конфликтность в международных отношениях сохраняется, а диалог часто воспринимается либо как проявление слабости, либо как спланированный маневр оппонента.
Цель исследования - выявление особенностей аксиологического и технического аспектов информационного противоборства в многополярном мире. Отдельно рассмотрены два ключевых аспекта информационного противоборства: информационно-психологический и информационно-технический. Анализ применения инструментов информационного противоборства позволяет установить направленность действий глобальных акторов, основные используемые методы, преследуемые цели и достигнутые результаты. Методология исследования основана на системном и аксиологическом подходах, позволивших информационное противоборство как форму некинетического воздействия на ценностные и институциональные основы противника. В качестве метода применен герменевтический анализ первоисточников с элементами лексико-семантического разбора. Авторами сделан вывод, что информационное противоборство, главным субъектом которого остаются США, представляет серьезную угрозу формирующемуся многополярному миру и безопасности его сторонников, при этом отмечается наличие у них потенциала к сопротивлению, который, вероятно, будет раскрываться в будущем. В заключении приводятся возможные направления для дальнейших исследований, такие как практика взаимодействия союзных государств, препятствующих восстановлению однополярного мира и информационному давлению со стороны США и коллективного Запада; переход России в информационном противоборстве от оборонительных действий к наступательным; анализ новых инструментов и методов ведения информационного противоборства и другие актуальные темы.
Рассмотрена трансформация «большой стратегии» Китайской Народной Республики (КНР) через призму продолжающегося долгосрочного стратегического соперничества КНР - США. В последние годы среди исследователей растет популярность изучения «большой стратегии» КНР в глобальной политике, хотя до сих пор в международном академическом сообществе в изучении этой темы доминирует американская школа, основанная на американском реализме. Задачи исследования - взглянуть на «большую стратегию» Китая с точки зрения самой КНР, изучить эволюцию китайской политики США и трансформацию «большой стратегии» КНР в эпоху стратегического соперничества. В частности, продемонстрирована связь между эволюцией «большой стратегии» КНР и состоянием китайско-американских отношений. Также проанализированы последствия трансформации «большой стратегии» КНР. Методологически исследование опирается на сравнительный анализ. Описана концептуальная структура, иллюстрирующая, как политика и подходы США в отношении КНР управляют китайско-американским соперничеством и трансформируют «большую стратегию» КНР, оказывая влияние на реализацию внешней политики Китая. Автор приходит к выводу, что именно стратегическое соперничество и политика США в отношении Китая приводят к трансформации «большой стратегии» КНР из защитной в наступательную модель. Блоковая политика выступает одним из определяющих факторов китайско-американского противостояния, однако в случае США явная антикитайская направленность блоков, создаваемых Вашингтоном, может вызвать негативную реакцию потенциальных союзников. В свою очередь, Китай, опираясь на государства Глобального Юга, также выстраивает сеть глобальных партнерств, в которой значимую роль могут сыграть такие структуры, как БРИКС, которая становится все более притягательной для развивающихся стран, и Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), которая в случае нового расширения способна стать крупнейшим военно-политическим блоком на евразийском пространстве.
Актуальность исследования обусловлена тем, что на фоне трансформации механизмов дипломатического взаимодействия за счет расширения состава участников и диверсификации сфер международного сотрудничества Российская Федерация стремится использовать потенциал сетевой дипломатии для выстраивания диалога с заинтересованными партнерами из числа государств-единомышленников, а также представителей неправительственного сектора.
Цель работы - оценка перспектив развития сетевой дипломатии России в Евразии в качестве ключевого инструмента налаживания связей с региональными и внерегиональными («внешним контуром») акторами. Научная новизна исследования состоит в том, что на примере Евразийского региона комплексно рассматриваются различные институты и механизмы сетевого взаимодействия - от широкопрофильных региональных форматов до узкоспециализированных рабочих групп по отдельным трекам. При проведении анализа применялся системный подход. Глубокому изучению особенностей функционирования различных форматов сетевой дипломатии, в частности таких, как гибкость, отсутствие иерархии и открытость, способствовало применение институционального метода исследования. Выявлено, что в Евразии сетевая дипломатия позволяет России решить сразу несколько задач. Во-первых, подобная дипломатия востребована на начальном этапе развития интеграционных процессов и опирается на модель разноскоростной разноуровневой интеграции, что подтверждает пример евразийской интеграции до образования Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Во-вторых, сетевая дипломатия ориентирована на углубление отраслевого сотрудничества в рамках рабочих групп региональных структур - ЕАЭС и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), объединяющих правительственных экспертов и представителей неправительственного сектора. В-третьих, на постсоветском пространстве, в том числе в Евразии, были апробированы такие инструменты сетевой дипломатии, как форматы по урегулированию конфликтов. В-четвертых, потенциал сетевой дипломатии используется для формирования единого интеграционного контура в Евразии. Авторы приходят к выводу о важной роли сетевой дипломатии в Евразии в контексте создания дополнительных возможностей для равноправного диалога с государствами - членами региональных многосторонних структур и другими заинтересованными странами, в том числе странами, входящими в Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и ШОС, предотвращения риска фрагментации Евразии. Наиболее перспективным в этой связи представляются инициативы Большого Евразийского партнерства - проекта, аккумулирующего потенциал и ресурсы государств, многосторонних объединений (ЕАЭС, ШОС, АСЕАН) и инициатив отдельных региональных акторов («Один пояс, один путь»).
Южная и Центральная Азия имеют тысячелетнюю историю взаимодействия, которая включает эпоху империй и соперничества великих держав. Неудачи США в установлении мира в Афганистане демонстрируют важность региональной инициативы по урегулированию ситуации в этой стране. Авторы подчеркивают значимость выдвигаемых узбекским руководством идей, которые могут способствовать налаживанию многоплановых отношений между странами Южной и Центральной Азии. Методологической основой исследования является геополитическая концепция Х. Макиндера, смысл которой заключается в выделении северо-восточной части Евразии в качестве особого и значимого пространства - Хартленда. Узбекистан за последние годы зарекомендовал себя как ответственный региональный актор, выполняющий взятые на себя обязательства. Центральная и Южная Азия обладают демографической взаимодополняемостью, которая может изменить правила игры для народов Евразии. Авторы приходят к выводу, что у Узбекистана есть все шансы привлечь внимание международного бизнеса, поскольку он располагает дешевой рабочей силой и достаточными возможностями для того, чтобы стать евразийским деловым центром. Сегодня Ташкент стоит на пороге нового этапа своего участия в мирном процессе в Афганистане. Предыдущие предложения, хотя и были приемлемыми, не получили широкой международной поддержки и адекватного информационного и политического продвижения внутри страны. Установлено, что эволюция стратегии Узбекистана свидетельствует о четком намерении активно участвовать в урегулировании конфликта и последовательной реализации позиции страны по этому вопросу. Каким бы ни был будущий сценарий развития ситуации в Афганистане, Узбекистан по-прежнему будет заинтересован в минимизации негативных последствий событий в соседней стране и продолжит играть важную роль в процессе урегулирования ситуации. В свете развивающихся событий Узбекистану следует продолжить афганскую стратегию, своевременно адаптируя ее к меняющимся региональным и международным реалиям. Узбекистан, с одной стороны, стал полноценным региональным лидером, предлагая своим соседям самим обсуждать и решать вопросы взаимодействия. С другой стороны, благодаря гибкому подходу Ташкент пытается избежать конкуренции и развеять опасения своих соседей по поводу возросших амбиций страны.
К настоящему моменту уже произошло полноценное осознание того факта, что глобальные процессы цифровизации, начавшиеся примерно во второй четверти ХХ в., привели к коренному переосмыслению теоретико-методологических основ современных конфликтов, а также политической практики в области обеспечения международной безопасности. Современный виток стратегической конкуренции, в котором постсоветское пространство выступает одной из основных арен международного противоборства, характеризуется повсеместным использованием комплекса гибридных методов воздействия на противника, в котором информационно-психологический компонент занимает одно из центральных мест. Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) на сегодняшний день является единственным механизмом обеспечения коллективной безопасности на постсоветском пространстве, поэтому активизация совместных усилий государств-членов в области обеспечения безопасности в информационно-психологической сфере является одним из приоритетов деятельности организации.
Цель исследования - выявить место и роль информационно-психологического компонента в системе коллективной безопасности на уровне ОДКБ, а также сформулировать теоретико-методологическую платформу для повышения политического статуса данных вопросов в Повестке деятельности Парламентской Ассамблеи ОДКБ (ПА ОДКБ) на ближайшие годы. Помимо общенаучной методологии (анализ, синтез, индукция, аналогия) автор опирался на специальные методы и подходы (контент-анализ, критический дискурс-анализ, анализ документов, информационный и неофункциональный подходы). Наряду с официальными документами, российскими и зарубежными научными публикациями по теме исследования автор использовал рабочие материалы заседаний Экспертно-консультативного совета при ПА ОДКБ, членом которого он является. Предложен комплексный взгляд на формирование и обособление информационно-психологического компонента коллективной безопасности на уровне ОДКБ, а также впервые предложен анализ информационно-психологической безопасности в ракурсе текущей Повестки деятельности ПА ОДКБ. Выявлена роль информационного фактора в современных условиях стратегической конкуренции. Определены теоретические контуры информационно-психологической безопасности и дано авторское определение данному понятию. Исследованы информационно-психологические аспекты обеспечения коллективной безопасности на уровне ОДКБ. Представлены результаты анализа вопросов, касающихся обеспечения информационно-психологической безопасности в текущей Программе деятельности ПА ОДКБ. В 2025 г. завершается Программа деятельности ПА ОДКБ по сближению и гармонизации национального законодательства государств-членов на 2021-2025 гг. Проведенное исследование способствует разработке проектов законотворческих инициатив для внесения в Программу деятельности ПА ОДКБ на 2026-2030 гг.
Мировая валютно-финансовая система как форма организации международных валютно-финансовых отношений призвана обеспечивать рамочные условия для беспрепятственного обмена между странами товарами, услугами и капиталами с целью поддержания устойчивого экономического роста. В настоящее время функциональность международного валютного стандарта подвержена воздействию обусловленных ростом геополитической напряженности дезинтеграционных процессов в мировой экономике и мировых финансах.
Цель исследования - выявить и охарактеризовать основные институциональные аспекты фрагментации мировой валютно-финансовой системы с учетом их влияния на трансформацию мировой финансовой архитектуры. Методологически исследование опирается на историко-логический и системный подходы, позволившие установить, что текущий кризис международных отношений - это форма проявления глобального противоборства между действующим и потенциальным лидером мировой экономики за контроль над основными сферами корпоративного бизнеса в условиях современных технологических трансформаций. Обсуждаются такие основные тенденции, характеризующие фрагментацию мировой валютно-финансовой системы, как институциональная дисфункциональность, блоковое противостояние между текущим и формирующимся финансово-экономическими центрами, дедолларизация международных резервов и цифровизация международных расчетов. Обосновано влияние этих тенденций на трансформацию мировой финансовой архитектуры, которая проявляется в кризисе институциональных основ мировой валютно-финансовой системы и хаотичной реорганизации международных валютно-финансовых отношений под влиянием процессов цифровизации. Определены такие причины институциональной дисфункциональности мировой валютно-финансовой системы, как снижение роли Международного валютного фонда (МВФ) в качестве кредитора последней инстанции и утрата государственного контроля над ростом денежной массы в мировой экономике. Рассмотрены факторы, объясняющие мотивацию центральных банков в диверсификации структуры официальных валютных резервов. Особое внимание уделено проблеме введения цифровых валют центральных банков как метода противодействия асимметричному использованию доллара США на международном уровне и способа повышения международной финансовой стабильности. Сделан вывод, что изменение в мировой финансовой архитектуре позиций доллара США как ключевой международной ликвидности зависит от усилий стран мирового большинства в создании системной альтернативы действующему международному валютному порядку на основе передовых финансовых технологий.
Противостояние, в котором оказались Россия и Запад из-за конфликта на Украине, явило всему миру очередной, причем беспрецедентный пример политизации мировой энергетики. Политизация энергетики - важное явление в международных отношениях, которое пока не получило должной теоретической проработки.
Цель исследования - комплексное рассмотрение и типологизация основных международных проявлений политизации энергетики как в истории, так и в современных международных отношениях с особым фокусом на «энергетическом противостоянии» России и Запада, возникшем в ходе конфликта на Украине. Теоретически исследование опирается на существующую концептуальную проработку термина «политизация», а также видение международных отношений сторонниками социального конструктивизма и политического реализма. Применяются методы исторического, системного и сравнительного анализа, а также метод аналогии. Автор приходит к выводу, что политизация энергетики, будучи неотъемлемым атрибутом международных отношений за последние 50 лет, может быть скрытой или открытой, умеренной или крайней. Крайняя форма политизации, в отличие от умеренной, предполагает применение «энергетического оружия» в политических целях, что приравнивает ее к энергетической войне. Энергетические войны могут быть ограниченными или полномасштабными; односторонними (безответными), двусторонними или многосторонними. Конфликт на Украине спровоцировал открытую и крайнюю политизацию энергетики, которая после начала специальной военной операции (СВО) приобрела форму полномасштабной, двусторонней энергетической войны. США и их союзники, желая повлиять на российскую политику в отношении Украины, применили в полной мере свое «энергетическое оружие», и Россия ответила тем же, правда, в ограниченном масштабе.
Актуальность изучения исламистского терроризма обусловлена его не снижающимся с начала 2000-х гг. деструктивным влиянием на национальную и глобальную безопасность, а также на диалог между западными и восточными, в частности мусульманскими, обществами. Исламистский терроризм закрепляет укоренившиеся предрассудки в отношении ислама и мусульман, демонизирует их, препятствуя конструктивному взаимодействию сообществ, исповедующих разные религии, и установлению отношений, основанных на взаимном доверии.
Цель исследования состоит в апробации методики балльной оценки террористической активности исламистских групп с привлечением эмпирических данных о количестве терактов, совершенных исламистами в 2000-2020 гг., и жертв этих атак. На основе Глобальной базы данных о терроризме и авторской выборки из 155 группировок, транслирующих исламистскую идеологию, выделено три этапа развития исламистского терроризма, подтверждено наличие прямой пропорциональной связи между количеством терактов и числом жертв в них, а также проанализирована география террористической деятельности исламистов. Методологически исследование опирается на сочетание двух подходов - изучения терроризма как политического явления и как формы религиозной манифестации, а сами исламистские террористические группировки рассматриваются как политические проекты, только маскирующиеся под сообщества, преследующие религиозные цели. Установлено, что теракты 11 сентября 2001 г. не оказали существенного влияния на активизацию терроризма исламистов в отличие от дестабилизации Ирака, который стал еще одной площадкой для подготовки террористов наряду с Афганистаном. Количественный анализ позволил установить, что Ближний Восток и Северная Африка ошибочно воспринимались как «эпицентр» исламистского терроризма в 2000-2020 гг., поскольку в 2000 г. первое место по числу терактов занимала Юго-Восточная Азия, а в 2003, 2005-2013 и 2018-2020 гг. лидером по этому показателю была Южная Азия. Обозначены возможности и ограничения предлагаемой методики, описаны перспективы ее дальнейшего применения в научных исследованиях исламистского терроризма.
Проанализированы природа современных конфликтов и перспективы адаптации систем коллективной безопасности в условиях становления полицентричного мирового порядка. В качестве ключевых выступили такие факторы, как гибридизация конфликтных взаимодействий в современном мире, актуализация цивилизационного подхода в практической международной политике, а также легитимность, в той или иной мере присущая коллективным действиям.
Цель исследования - дать ответ на вопрос, сохранится ли в будущем за международными организациями роль регуляторов и страховочных механизмов от новых глобальных конфликтов. В числе задач - охарактеризовать международный контекст, формирующий и одновременно отражающий изменения в природе конфликтности, выявить ключевые изменения в природе современных конфликтных взаимодействий, а также определить новые требования к системам коллективной безопасности в условиях полицентричного мира. Параметры рассматриваемой проблемы определяются тем, что природа конфликтов существенно трансформировалась за последние полвека и продолжает меняться, в то время как изменения в базовых принципах существования международных организаций либо не происходят вовсе, либо представляют собой достаточно скромные попытки определить приемлемые для мирового сообщества форматы. Именно этот разрыв выступает в качестве одной из ключевых проблем современной мировой политики, отражающих структурные изменения в системе международных отношений. В качестве методологической базы исследования наряду с системным анализом был привлечен триадический подход, позволяющий определять комплексные характеристики тех или иных явлений. Применение триадического подхода с целью определения характеристик современных конфликтов (путем «сопряжения» феноменов стратегии, суверенитета и гибридности) и систем коллективной безопасности в условиях полицентризма (используя триаду «цивилизация - коллективные действия - безопасность») позволило определить основные параметры изменений природы современных конфликтов в переходный период и требования к системам коллективной безопасности в новых международно-политических реалиях, а также наметить контуры новых подходов к анализу международной обстановки с учетом современных глобальных потрясений.
В центре внимания исследования - феномен «культа безопасности», пока не получивший должного рассмотрения в науке о международных отношениях. Цель и новизна работы заключается в восполнении этого пробела и теоретическом осмыслении данного явления с точки зрения международной политики. Ключевое внимание уделяется вопросу происхождения культа безопасности, которое связывается с процессом расширения трактовки безопасности в политической практике и исследовательской литературе. В ходе работы автор обращался к конструктивистскому, герменевтическому подходам, а также историографическому анализу. Материалами для исследования послужили два направления научных изысканий, отразивших тенденцию к расширительной трактовке безопасности: стратегические исследования и исследования проблем мира. Автор приходит к выводу, что расширение трактовки безопасности, наблюдаемое с 1960-х гг., внесло невольный вклад в становление культа безопасности в международной политике. Его главной особенностью является постепенное распространение практик безопасности, связанных с воспроизводством и конструированием общественных страхов на все сферы жизни человека и общества. В перспективе принимаемые меры безопасности еще больше подстегивают беспокойство и конфликтность в международных отношениях, приводя к дальнейшему усилению этих мер, отмене базовых принципов либерализма и превращению избыточного контроля в часть обыденной политической жизни. В современных условиях культ безопасности складывается из ряда взаимосвязанных тенденций: расширения трактовки безопасности, обострения глобальных геополитических противоречий, медиатизации публичной политики и деятельности «профессионалов безопасности». Указанные тенденции в совокупности могут оказывать долгосрочный эффект на политическую жизнь современных обществ, выходя за рамки текущих геополитических противоборств. В заключении приводится ряд примеров проявления культа безопасности в современной политической практике. Констатируется многообразие проявлений данного феномена в международной жизни, а также необходимость дальнейших изысканий по данной теме.