Рассматриваются методы работы чукотских косторезов в художественных мастерских начиная с 1930-х гг. Особое внимание уделено результатам работы с чукчами и эскимосами первого художественного руководителя чукотских косторезных и мехопошивочных мастерских А. Л. Горбункова, а также анализу влияния, которое оказал Горбунков на дальнейшее развитие чукотско-эскимосского косторезного промысла. Автор исследует каждый этап жизни чукотских косторезных мастерских после возвращения Горбункова «на материк»: под руководством В. М. Леонтьева, И. П. Лаврова, во время командировок на Чукотский полуостров специалистов из Научно-исследовательского института художественной промышленности, а также специфику работы Уэленской косторезной мастерской после распада Советского Союза. Полевые материалы, собранные в ходе экспедиций на Чукотку в 2023-2024 гг., позволяют дать объективную оценку современного состояния косторезного промысла в чукотских косторезных мастерских. Анализ работы чукотских мастеров на протяжении века приводит к выводу о том, что ключевую роль в развитии косторезного промысла сыграли художественные руководители, а наиболее эффективной является модель работы местных мастеров в тандеме с профессиональными художниками. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Исследуется динамика отношений коренных народов Чукотки (чукчей и эскимосов) с государством через призму трансформации архитектуры и строительства в их поселениях с древности до конца XX в. Используя подход архитектурной антропологии, автор анализирует жилища и инфраструктуру не как объекты материальной культуры, но как арены и инструменты социально-политических изменений. На основе исторических, этнографических, архивных данных и полевых наблюдений выделены ключевые этапы: контактно-традиционный период, период диффузии, период революционной модернизации и кризисный период - от автохтонного развития устойчивых форм жилищ (яранги, землянки), адаптированных к климату и хозяйственному укладу, до массового жилищного строительства и урбанизации, и последующего частичного возвращения к автономным стратегиям выживания на фоне краха централизованных инфраструктур в конце XX в. Автор показывает, как архитектура стала инструментом политики: от диалога с традициями в раннесоветский период до унификации в более поздний. В работе иллюстрируется инерция модернизации: в XXI в. регион снова оказался в эпицентре масштабного инфраструктурного проекта, наследующего советскому. Исследование демонстрирует противоречия между внешней экспертизой и локальным знанием и возможности их союзничества, выявляя отдельные успехи и неудачи в политике взаимодействия государственной власти и коренного населения на Чукотке. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Анализируются особенности современной торговли на Чукотке, однако авторы фокусируются не столько на продажах, сколько на анализе факторов, которые сдерживают или препятствуют процессу реализации товаров. На примере полевых материалов, собранных в рамках четырех экспедиционных выездов в Анадырский и Чукотский районы Чукотского автономного округа в 2023 и 2024 гг., рассматривается темпоральное измерение торговых отношений в удаленных селах, анализируя возможные причины, ведущие к отсрочке, замедлению продаж дефицигных товаров, на которые имеется повышенный спрос. Рассматриваются локальные стратегии управления временем в контексте торговых отношений, анализируются используемые продавцами способы увеличения срока хранения продукции, что позволяет манипулировать сроком ее реализации. В данном контексте временное измерение предстает как относительное и изменяемое посредством активных действий самих местных агентов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Авторы вводной статьи очерчивают круг вопросов, которые позволяют проследить качественную составляющую динамики материальности на Чукотском полуострове. Особенность населенных пунктов Чукотки - множественные дефициты снабжения и особая темпоральность привоза и циркуляции вещей, материалов, пищевых продуктов. В данном контексте фокус смещается непосредственно с инфраструктурных объектов и их динамики на роль человека в реализации государственных и собственных задач. Рассматривается, каким образом человек своими активными действиями креативно преобразует мир вещей, создает не только новые объекты архитектуры, но и новые предметы искусства, осуществляет снабжение и перераспределение, управляет различными процессами. Важнейшим динамическим аспектом является особая темпоральность (сочетание различных процессов во времени), рассматриваемая на макро- и микроуровне. С одной стороны, на нее оказывают влияние различные модели взаимодействия человека и материальных объектов, создаваемые и сопровождаемые административными решениями и с участием институтов государства. С другой стороны - это микропроцессы, происходящие непосредственно в селах и реализуемые при непосредственном участии самих акторов - местных жителей. Также авторы характеризуют набор связанных с деятельностью человека факторов, влияющих на динамику материальных объектов в удаленных селах Чукотки. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Анализируется формирование основных положений веры в современной викке в контексте теории религиозного поля Пьера Бурдьё и концепции религиозной традиции Талаля Асада. В качестве источниковой базы рассматриваются труды основателей викки и наиболее влиятельных ее популяризаторов: Джеральда Гарднера, Дорин Валиенте, Стьюарта Фаррара, Стархоук, Рэймонда Бакленда, Скотта Каннингема и Айдана Келли. Особое внимание уделяется двум текстам, которые считаются священными внутри викканской традиции, - «Мифу о Богине» и «Воззванию к Богине», а также исследуются четыре устойчивых тематических блока, присутствующих в главах об основах веры: концепция божественного начала, представления о реинкарнации, история викки как религии и морально-этические принципы. Эти элементы рассматриваются как дискурсивные механизмы, обеспечивающие воспроизводство и обновление традиции. В ходе анализа демонстрируется, что эти четыре ключевые составляющие не являются фиксированными доктринами, но формируются и переосмысливаются в зависимости от эпохи, традиции и воззрений того или иного автора. Образы Бога и Богини постепенно переходят от конкретных персонажей к более универсальным воплощениям божественного, способным принимать любые имена и выполнять любые функции в любой мифологической системе. Представления о реинкарнации расширяются: от элитарной идеи перерождения к универсальному механизму преемственности, поддерживающему институт истории и памяти. Исторические нарративы эволюционируют от конструирования древности к идее, что традиция поддерживается аутентичной верой самих практикующих. Этические нормы - прежде всего принцип ненанесения вреда и идея тройного воздаяния - постепенно становятся центральным инструментом внутренней регуляции, где интериоризация всегда превалирует над внешним кодексом. Таким образом, общие положения викки представляют собой не статичный канон, а набор тем, в которых традиция постоянно пересобирает и обновляет собственные смыслы. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.
Рассматриваются исторические и институциональные факторы, объясняющие кардинальные различия в развитии оленеводства в Ямало -Ненецком и Чукотском автономных округах после распада СССР. В первом регионе поголовье оленей выросло за счет активного развития частно-семейного сектора, во втором - оленеводство переживало сокращение и стагнацию, несмотря на масштабную государственную поддержку. О причинах таких различий идет активная дискуссия в печати. Анализируются материалы государственных архивов Ямало-Ненецкого и Чукотского округов и полевые материалы автора. Выявлено, что среди многих факторов важнейшим может быть ключевое различие в отношениях между частно-семейным (личным) и общественным (совхозным) оленеводством в советский период. На Ямале, несмотря на давление, частный сектор никогда не был полностью подавлен; власти вынужденно поддерживали его, осознавая его роль для коренного населения. Оленеводы Ямала использовали для сохранения личных стад различные неформальные механизмы. Сегодня здесь наблюдается своеобразный хозяйственный симбиоз между частными кочевыми хозяйствами оленеводов и муниципальными предприятиями. На Чукотке, напротив, была реализована жесткая модель «совхозизации», которая привела не только к сокращению до минимума частного сектора, но и к полной «обезличке» оставшихся личных оленей. Фактически была ликвидирована экономическая основа частно-семейного оленеводства, а пастухи - демотивированы. Таким образом, успех ямальского оленеводства обеспечен за счет сохранности и неформальной адаптации кочевых частно-семейных хозяйств, а проблемы оленеводства Чукотки связаны с систематическим подавлением здесь частного сектора в советский период. Целесообразно критическое осмысление опыта Ямала путем перенаправления мер по поддержке оленеводства кочующим бригадам и семьям. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.