Введение. Определение факторов суицидального риска позволяет оказать своевременную поддержку подростку и избежать необратимых последствий решения экзистенциальных проблем. Цель исследования заключалась в выявлении структуры и степени выраженности факторов суицидального риска и их взаимосвязи у средних и старших подростков. В исследовании выявлены сочетанные группы факторов, провоцирующие суицидальный риск на разных этапах подросткового возраста. Материалы и методы. Использована методика «Опросник суицидального риска» Т. Н. Разуваевой. В исследовании приняли участие 235 учащихся 7-10 классов (Мвозраст = 15,4 лет). Корреляционный анализ результатов осуществлен с помощью критерия Пирсона. Результаты исследования. В исследовании выявлены многочисленные взаимосвязи между факторами риска. Выявлены дифференциальные и типологические особенности структуры выраженности факторов риска и факторов защиты в разные возрастные периоды подросткового возраста. Наиболее выражены факторы «Слом культурных барьеров», «Социальный пессимизм» и «Максимализм», группу средне выраженных факторов составили «Аффективность», «Несостоятельность» и «Демонстративность», наименее выражены «Уникальность» и «Временная перспектива». Структура выраженности факторов подростков среднего и старшего возраста оказалась относительно инвариантной. В кризисном возрасте (13-14 лет) доминируют факторы «Социальный пессимизм» и «Аффективность». Обсуждение и заключения. Обнаруженные прямые средние взаимосвязи (0,6) между степенью выраженности фактора/рангом и числом высоких взаимосвязей между факторами подтверждают целесообразность рассмотрения факторов риска в качестве сочетанной интегрированной модели с низковариативной структурой. Иерархические компоненты структуры составляют факторы «Слом культурных барьеров», «Максимализм», «Социальный пессимизм» и «Аффективность». Сочетание этих факторов требует применения психокоррекционных приемов, направленных на снижение суицидального риска. Полученные результаты позволяют конкретизировать профилактическую работу с подростками с целью превенции суицидального поведения.
Введение. Статья посвящена изучению взаимосвязи временной перспективы и жизнестойкости у лиц с депрессивными расстройствами. Депрессия относится к числу наиболее распространенных психических заболеваний по всему миру, которое существенно снижает качество жизни. Одним из недостаточно изученных факторов, связанных с тяжестью протекания депрессии, является временная перспектива. Искажение временной перспективы может быть связано с депрессией и оценкой прошлого опыта, текущей ситуации и планов на будущее. В данном исследовании мы рассмотрим, как несбалансированная временная перспектива взаимосвязана со способностью человека преодолевать жизненные преграды и справляться с трудностями.
Материалы и методы. Для статистической обработки использовался параметрический критерий корреляции Пирсона, параметрический t-критерий различий Стьюдента, для вычислений использовалась статистическая программа «Jamovi». Теоретический анализ литературы, посвященной депрессивным расстройствам, теоретические исследования временной перспективы (К. Левин, Ф. Зимбардо), концепция жизнестойкости (М. Мадди). В качестве эмпирических методов использовались методики: «Шкала депрессии» А. Т. Бека (в адаптации Н. В. Тарабриной), «Тест жизнестойкости» С. Мадди (в адаптации Д. А. Леонтьева, Е. И. Рассказовой), «Временная перспектива» Ф. Зимбардо (в адаптации А. Сырцовой, Е. Т. Соколовой, О. В. Митиной).
Результаты исследования. Была выявлена корреляция между низким уровнем жизнестойкости, депрессией и несбалансированной временной перспективой. У здоровых респондентов уровень жизнестойкости был выше, а временная перспектива более сбалансирована. Данные указывают на позитивную ориентацию респондентов во времени, проявляющуюся в позитивном восприятии прошлого опыта, наслаждении настоящим и оптимистичных ожиданиях относительно будущего.
Обсуждение и заключения. Для лиц, страдающих депрессией, характерна несбалансированная временная перспектива, которая искажает их восприятие прошлого, настоящего и будущего, а также низкий уровень жизнестойкости. Эмпирический анализ показал, что лица, не страдающие депрессией, имеют более сбалансированную временную перспективу и более высокий уровень показателей жизнестойкости, таких, как: вовлеченность, контроль и принятие риска. У лиц, не страдающих депрессией, показатели временной перспективы оказались более сбалансированы, а уровень жизнестойкости был выше. Результаты исследования указывают на то, что несбалансированное восприятие времени может снижать жизнестойкость, ослабляя самоконтроль, мотивацию и повышая риск депрессии.
Введение. В статье представлен анализ различных аспектов учебной мотивации и удовлетворенности школой как важной стороны психологического благополучия детей в младшем школьном возрасте. Проанализированы отечественные и зарубежные исследования, посвященные этим вопросам.
Материалы и методы. В качестве методов исследования были использованы теоретический метод (анализ научных источников), экспериментальный метод (психодиагностические методики), методы обработки, интерпретации и представления экспериментальных данных. В исследовании приняли участие одаренные младшие школьники, 74 ученика, обучающихся в 3-4 классах школы с обогащенной программой. В качестве контрольной группы – 80 детей, обучающихся в 3-4 классах средней общеобразовательной школы.
Результаты исследования. Показано, что в мотивационном профиле у одаренных детей в большей степени выражена субъектная позиция по отношению к учебной деятельности, чем объектная, в то время как у их сверстников с нормативным интеллектуальным развитием эти позиции равно значимы. Показана также положительная связь удовлетворенности школой с субъектной позицией и отрицательная – с негативной позицией по отношению к учебной деятельности. Не выявлена связь удовлетворенности школой с объектной позицией.
Обсуждение и заключения. В результате проведенного теоретического анализа и экспериментальной проверки можно сделать вывод о том, что одаренные младшие школьники (с высоким уровнем интеллектуального развития, находящиеся в обогащенной образовательной среде) к концу обучения в начальных классах быстрее утрачивают значимость внешней мотивации, лежащей в основе объектной позиции и поэтому в большей мере ощущают себя субъектами учебной деятельности, чем их нормотипичные сверстники.
Введение. В статье рассматриваются отдельные результаты (конструктивный страх и показатели актуального самовосприятия) эмпирического исследования 127 студентов, находящихся в условиях самоизоляции в период пандемии COVID-19.
Материалы и методы. Для изучения статистических связей в работе использовался авторский метод, позволяющий изучать наряду с линейными связями простейшие нелинейные зависимости: с максимумом и с минимумом, далекие по форме от линейных монотонные и почти монотонные. Все это, расширяя спектр выявляемых зависимостей, дает возможность лучше понять сложный предмет психологического исследования, в том числе тревожность, явно не вписывающуюся в линейные модели.
Результаты исследования. В статье подробно проанализированы как с психологической, так и с методологической позиции (нелинейность природы психологических данных) результаты, посвященные феномену конструктивного страха у студентов и его зависимости от компонент актуального самовосприятия. Все линейные корреляции между показателями конструктивного страха и компонентами актуального самовосприятия не превосходят 0.21, т. е. они крайне слабые, и говорить о поставленной проблеме с позиции линейных моделей неприемлемо. Для двух показателей конструктивного страха и 26 показателей актуального самовосприятия в рамках модели зависимостей для кварт независимых переменных было выявлено три сильных простейших нелинейных зависимости, демонстрирующих ошибку 1 типа, когда корреляция крайне мала, меньше по модулю даже «значимого» значения (0.17), а потому связи нет в рамках линейной модели корреляционного анализа. При этом традиционного исследователя между показателями конструктивного страха и актуального самовосприятия, скорее всего, заинтересуют 6 «значимых» зависимостей, которые, несмотря на то, что они слабые и очень слабые, не превышающие 0.21 (0.17<|r|<0.21), он может рассматривать как достойный для интерпретации результат, что недопустимо с позиции объективного изучения феномена конструктивного страха, так как такие зависимости справедливы не более, чем для 15-20 % представителей изучаемой выборки.
Обсуждение и заключения. Рассмотренные в статье результаты показывают, что при изучении тревожности, только переход к простейшим нелинейным моделям позволяет находить новые сильные связи между изучаемыми показателями и строить на их основе содержательные интерпретации, избегая традиционных ошибок, при ориентации на линейные модели.
Введение. Современный информационный мир внес коррективы в развитие познавательных функций поколений. Многие исследователи отмечают снижение памяти, внимания, мыслительных способностей. В меньшей степени изучается внимание поколения Z (2000– 2018 годы рождения), особенно студентов. Больше внимание уделяется особенностям внимания школьников. Обзор литературы свидетельствует о том, что представители поколения Z погружены в цифровую среду в процессе обучения в вузе и это накладывает определенный отпечаток на их познавательные процессы. Отмечается, что у молодых высока отвлекаемость, снижена концентрация внимания, большая зависимость от электронных игр, они визуально ориентированы в процессе обучения.
Материалы и методы. Для исследования внимания применяли методики: «Корректурная проба», методика «Расстановка чисел»; для исследования слуховой кратковременной, оперативной памяти – «Двойной тест». Респонденты 370 чел. – студенты, 1, 2 курс, возраст 17-19 лет, г. Ростов-на-Дону.
Результаты исследования. Установлены средние показатели по производительности внимания. Точность внимания в группах преимущественно выше среднего. Но по сравнению с исследованием 2016 г. точность снижена. Устойчивость концентрации внимания высокая по группам, но в 2016 г она была гораздо выше. Произвольность внимания в среднем по группам была ниже среднего, но она выше в сравнении с исследованием 2013 г. Установлены высокие показатели оперативной и кратковременной слуховой памяти студентов. Производительность внимания выше оказалась у студентов 2 курса.
Обсуждение и заключения. Отмечено, что поток информации, в котором существуют и обучаются студенты велик, высока утомляемость и тревожность студентов, что может снижать показатели внимания. Предлагается организовывать занятия со студентами по управлению содержанием информации, с целью не перегружаться, что в свою очередь будет развивать возможности внимания студентов.
Введение. Увеличение требований к профессионализму управленцев общеобразовательных школ в условиях стремительности и динамичности изменений влечет за собой усиление давления на их личностные структуры, что приводит к перенапряжению и профессиональному выгоранию администраторов, а в дальнейшем к ухудшению организационной среды школы. Обнаруживается противоречие между требуемой от руководителя школы мобилизацией энергетических, личностных ресурсов, профессиональных компетенций и наличием реальных внутренних резервов. Управленческая компетентность выступает основной среди профессиональных компетенций администраторов школ. В исследовании управленческие способности рассматриваются в рамках модели, предложенной М. Вудкоком и Д. Фрэнсисом. Целью исследования выступило определение наличия и характера влияния профессионального выгорания на управленческие способности руководителей общеобразовательных школ.
Материалы и методы. Выраженность профессионального выгорания руководителей школ изучалась с помощью опросника профессионального выгорания К. Маслач, управленческие способности измерялись при помощи методики «Анализ своих ограничений» М. Вудкока и Д. Фрэнсиса, теста Н. Холла «Эмоциональный интеллект». В исследовании участвовали 40 руководителей общеобразовательных сельских школ, из них 30 % – директора школ, 70 % – заместители директоров. Средний возраст участников исследования 43,5 года (стандартное отклонение SD=9,29). Стаж работы от 1 года до 39 лет. Результаты исследования. Результаты исследования показали, что общий уровень профессионального выгорания руководителей сельских школ находится в диапазоне средних значений, при этом высок уровень деперсонализации, что значимо отличает их от городских управленцев школ. Средние значения характерны для интегрального показателя и всех параметров управленческих способностей, а также большинства показателей эмоционального интеллекта администраторов сельских школ, при этом руководители наилучшим образом оценивают свой навык влияния на окружающих и управление эмоциями других, наихудшим – осознание собственных ценностей и управление собственными эмоциями. Профессиональное выгорание детерминирует реализацию управленческих способностей. Наибольшую роль в этом играет снижение чувства собственной профессиональной компетентности и продуктивности, потеря смысла в работе. В наибольшей степени профессиональное выгорание руководителей сельских школ препятствует внедрению и применению инноваций в управлении образовательной организацией.
Обсуждение и заключения. Руководители сельских школ поддерживают собственный эмоционально-энергетический баланс с помощью эмоциональной отстраненности и формализма в работе. Реализация ими управленческих функций базируется на навыке влияния, умении сопереживать и обучать. Ограничениями в их управленческой деятельности выступают размытые личные ценности, слабое новаторство и недостаточный навык саморегуляции. Профессиональное выгорание администраторов сельских школ ухудшает реализацию управленческих компетенций, прежде всего таких, как: творческий подход, навык влияния, руководства, организаторские способности и эмоциональный интеллект. Следовательно, профилактика выгорания и восстановительные психогигиенические мероприятия являются залогом продуктивности управленческой деятельности. Помимо обогащения эмоциональными ресурсами, важно поддерживать в администраторах школ уверенность в себе, фиксировать успехи, осуществлять мотивационные мероприятия, проводить качественную, современную и своевременную управленческую подготовку.
Введение. Проблема создания психолого-педагогических условий подготовки специалистов глобальных рынков высоких технологий является одним из актуальных направлений в современном образовании. Особенно значима данная проблематика в современных социально-экономических условиях, требующих учета личностных характеристик и закономерностей реагирования в конфликтной ситуации в процессе обучения студентов.
Материалы и методы. Для решения поставленных задач были использованы следующие методы исследования: теоретические (анализ психолого-педагогической, методической литературы и диссертационных исследований по изучаемой проблематике, сравнение, синтез сущностных характеристик понятий, обобщение практического опыта); эмпирические (наблюдение, опрос, анализ образовательного процесса, эксперимент (констатирующий этап)). Эмпирические методы: психодиагностические методики: «Опросник Келлермана – Плутчика», методика многофакторного исследования личности Р. Кеттелла (16PF-опросник), методика диагностики предрасположенности личности к конфликтному поведению Томаса. Методы описательной и непараметрической статистики с использованием программы SPSS. Проведено исследование, направленное на изучение влияния личностных особенностей студентов, обучающихся по направлению «Управление в технических системах», на механизмы их психологической защиты и закономерности реагирования в конфликтных ситуациях.
Результаты исследования. Анализ личностных черт испытуемых студентов показал, что их характеризуют высокий интеллект, независимость, самостоятельность, самоконтроль. Для изучения взаимосвязей личностных характеристик студентов с их стратегиями психологической защиты и моделями поведения в конфликтах, собранные эмпирические данные подверглись математической обработке методом однофакторного дисперсионного анализа (ANOVA). Исследование выявило связь между личностными чертами и стратегиями поведения в конфликтах. Студенты, предпочитающие избегание (низкая кооперация и стремление к целям), обладают следующими особенностями: мягкость, зависимость, эмпатия и сопереживание. Испытуемые студенты, склонные к стратегии компромисса в конфликтах, имеют определённые личностные черты. Они проявляют открытость и доброжелательность, коммуникабельность и приветливость. В общении отличаются естественностью и непринуждённостью, показывая заботу, доброжелательность и отзывчивость. Они активно взаимодействуют с окружающими, участвуют в решении конфликтов, доверчивы и восприимчивы к критике. Их эмоциональная сфера отличается непосредственностью и открытостью. В ходе исследования нами выделены направления психолого-педагогического сопровождения студентов в период обучения в вузе.
Обсуждение и заключения. В работе определена взаимосвязь между личностными качествами и защитными механизмами и тактикой поведения в конфликте. Обозначены направления учета личностных характеристик студентов специальности «Управление в технических системах» в процессе обучения в вузе.
Введение. Дан анализ теоретических подходов к изучению сопротивляемости личности, который позволил определить важность создания специально организованной образовательной среды для ее развития. Представлена программа по формированию сопротивляемости личности трудным жизненным ситуациям, исходя из авторской концепции психологической структуры сопротивляемости, и ее реализация в образовательной среде школы, вуза. Проведен анализ динамики результатов исследования важнейших личностных образований, составляющих психологическую структуру сопротивляемости личности подростков, старшеклассников, студентов по итогам формирующей программы.
Материалы и методы. Выборка: 623 человека, из них 196 студентов, 427 школьников. Программа формирующего эксперимента. По завершении формирующей программы был проведен контрольный срез по изучению компонентов психологической структуры сопротивляемости. При проведении контрольного среза был использован тот же психодиагностический инструментарий: опросник С. С. Гончаровой «Способы преодоления негативных ситуаций», Тест на незаконченные предложения (Дж. Сакс и С. Леви), методика диагностики личности на мотивацию к успеху (Т. Элерс), методика диагностики личности на избегание неудач (Т. Элерс), опросник аффилиации А. Мехрабиан, методика «Копингповедение в стрессовых ситуациях» («Coping Inventory for Stressful Situations», Н. С. Эндлер в соавторстве с Д. А. Паркер), опросник толерантность к неопределенности (М. Маклейн), тест жизнестойкости (методика С. Мадди, адаптация Д. А. Леонтьева). Обработка результатов проводилась при помощи методов математической статистики (Т-критерий Стьюдента, корреляционный анализ), компьютерная программа STATISTIKA (версия 10.0).
Результаты исследования. По итогам реализации формирующей программы увеличилось число стратегий, связанных с социальной поддержкой в трудной жизненной ситуации среди всех возрастных групп, наблюдается положительная динамика и ускорение по освоению стратегии способов преодоления негативных ситуаций через переключение на различные виды активности во всех возрастных группах; значительно снизилось количество среди подростков, студентов, выбирающих уход, а не решение проблемы; среди старшеклассников и студентов наблюдается положительная динамика снижения выбора стратегии поиска виноватых; наблюдается динамика повышения позитивного отношения к себе среди всех возрастных групп; сократилось количество во всех возрастных группах с низким уровнем мотивации к успеху; отметился рост выборов проблемно-ориентировочного поведения; рост числа обучающихся, показавших высокий уровень принятия в сложной, неопределенной ситуации во всех возрастных группах; наметилась положительная динамика вовлеченности в происходящее, заинтересованности в деятельности во всех возрастных группах; положительная динамика показателя общей жизнестойкости среди респондентов всех возрастных групп.
Обсуждение и заключения. Можно заключить, что полученные данные свидетельствуют в пользу эффективности предложенной программы. Следует отметить положительное влияние формирующей программы, способствующей ускоренному и целенаправленному формированию важнейших личностных образований, составляющих психологическую структуру авторского понимания сопротивляемости личности подростков, старшеклассников и студентов.
Введение. В статье представлен теоретический анализ отношений, складывающихся между участниками образовательного процесса. Основная идея – обучение и воспитание не являются ни односторонним целенаправленным воздействием учителя на ученика, ни оказанием образовательных услуг учителем ученику, а представляют собой процесс, предполагающий активное участие обеих сторон.
Цель статьи – анализ возникающих обменных отношений, складывающихся между преподавателем и студентом. Объектом исследования является психологический контракт между преподавателем и студентом. Предметом исследования является содержание представлений о взаимных ожиданиях и обязательствах преподавателей и студентов вуза.
Материалы и методы. Статья представляет собой теоретическое исследование отношений социального обмена между преподавателем и студентом. В качестве методологической основы используются теория социального обмена и теория психологического контракта. База исследования – отечественные и зарубежные публикации, размещенные в базах данных РИНЦ, Science Direct, Willey.
Результаты исследования. Отношения между участниками образовательного процесса могут быть рассмотрены с позиции теории социального обмена. В основе отношений между участниками образовательного процесса находится психологический контракт, включающий взаимные ожидания и обязательства. Сторонами психологического контракта в контексте образовательного процесса могут выступать студент-преподаватель-непедагогический работник-университет. Содержание психологического контракта преподаватель-студент отличается от содержания психологического контракта работник-работодатель, хотя сами структурные элементы контракта могут быть одинаковыми. Психологический контракт между участниками образовательного процесса предполагает обмен разными ресурсами.
Обсуждение и заключения. Показан вклад проведенного исследования в теорию социального обмена, теорию психологических контрактов и ресурсную теорию.
Введение. Представлена краткая история появления понятий «ассертивность» и «ассертивное поведение», даются их определения. Показана важность ассертивного поведения для развития личности. Аргументируется необходимость исследования структурных компонентов ассертивного поведения.
Материалы и методы. В качестве методов исследования применялись: структурный анализ современной научной литературы по проблеме исследования, обобщение, сравнение, систематизация и интерпретация данных.
Результаты исследования. На основе анализа, сравнения и систематизации понятий ассертивности и ассертивного поведения, представленных в современной отечественной и зарубежной научной литературе, выделен комплекс наиболее значимых структурных составляющих ассертивного поведения. К ним следует отнести: уверенность в себе, автономность, ответственность, самоконтроль, коммуникативные умения, позитивные и толерантные установки, конструктивные способы решения конфликтов и спорных ситуаций. Представлена модель ассертивного поведения. Показано, что в работах, направленных на повышение ассертивности и ассертивного поведения, делается акцент на улучшение отдельных качеств личности, однако такой подход не даст оптимального результата, т. к. необходимо комплексное воздействие на все компоненты структуры ассертивного поведения.
Обсуждение и заключения. Изучение теоретических подходов к исследованию ассертивного поведения позволяет предложить расширенное определение этого понятия как целостного образования, обозначить его основные структурные элементы, разработать модель ассертивного поведения. Показано, что при разработке формирующих программ ассертивного поведения необходимо комплексное воздействие на все компоненты его структуры.
Введение. В период отпуска по уходу за ребенком самоотношение матери является индикатором ее благополучия, удовлетворенности собой. Также претерпевают изменения темпоральные особенности матери, такие как ее временной сценарий, направленность и отношение ко времени. Проблема самоотношения и темпоральных особенностей женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребёнком, нуждается в дополнительном эмпирическом анализе и обобщении.
Цель исследования – выявить и описать взаимосвязь временного сценария, отношения к времени и временной направленности с параметрами самоотношения матерей, находящихся в отпуске по уходу за ребенком, а также установить различия в типах темпоральности женщин с разным отношением к себе.
Материалы и методы. Респондентами выступили 207 женщин в возрасте от 25 лет до 31 года, находящихся в отпуске по уходу за ребенком (возраст ребенка от 7 до 9 месяцев). Использовали комплекс авторских методик: опросник «Отношение к себе», «Субъективная оценка временной направленности», «Временной сценарий личности», «Шкала субъективного отношения к времени». Методами математической статистики выступили первичные описательные статистики, критерий сравнения, корреляционный анализ.
Результаты исследования. Результаты эмпирических исследований подтвердили наше предположение о существовании различий в отношении к себе у женщин с разными темпоральными особенностями, находящихся в отпуске по уходу за ребенком, а также гипотезу о том, что отношение к времени и временной сценарий являются индикаторами конструктивного (деструктивного) самоотношения женщин в декретном отпуске.
Обсуждение и заключения. Женщинам с активно-позитивным отношением к себе присущ ресурсный тип темпоральности – разрешающий временной сценарий, ресурсная временная направленность (на настоящее и будущее) в сочетании с гибким отношением ко времени; у респондентов с неустойчивым самоотношением выражен невротично-фиксированный тип темпоральности – запрещающий временной сценарий, фиксация на прошлом и будущем, в сочетании с временной зависимостью как ведущим видом отношения ко времени; обследованным женщинам с пассивно-позитивным самоотношением свойственна инфантильно-фиксированная темпоральность с выраженным равнодушным отношением ко времени, инфантильно-разрешающим временным сценарием и фиксацией на настоящем.
Введение. Многочисленные научные исследования показывают тенденцию распространения социофобии у студенческой молодежи, что объясняется факторами неопределенности, глобального риска, резким изменением условий получения высшего образования, а также, преимущественно, личностными особенностями студентов. Однако большую роль в ее формировании играет семейная детерминация, которая недостаточно изучена. Привязанные к родителям, но ощущающие себя малозначимыми в семье, юноши и девушки оказываются недостаточно подготовленными к принятию новых вызовов вне семьи – их социальная тревога может усилиться до уровня социофобии. Цель исследования заключалась в выявлении особенностей семейной детерминации социофобии у студентов, определяемых по их близости к родителям и значимости в родительской семье.
Материалы и методы. Выборку составили студенты II и III курсов московских вузов (125 юношей и 125 девушек), не состоявшие ранее и не состоящие в браке на момент обследования. Использовались методики социально-психологической диагностики: «Семейная социограмма» Э. Г. Эйдемиллера и О. В. Черемисина; опросник социальной тревоги и социофобии О. А. Сагалаковой и Д. В. Труевцева (СТиСФ). В процессе исследования проводилась групповая дифференциация: по уровню социальной тревоги выделялись 2 группы (студенты с социофобией и без нее); по положению в семье – 4 группы (близкие к отцу, близкие к матери, одинаково близкие к обоим родителям, «отчужденные» от родительской семьи). Эмпирические данные подвергались математико-статистической обработке на основе пакета MS Office Excel, IBM SPSS Statistics 23. Межгрупповые различия определялись по t-критерию Стьюдента; корреляционный анализ выполнен по r-критерию Пирсона.
Результаты исследования. В совокупной выборке обнаружено около 29 % студентов с низкими показателями общего уровня социофобии, около 27 % – с повышенными показателями и около 44 % с высоким общим уровнем СТиСФ. Показатель общего уровня составил 47,8 балла, что соответствует повышенному уровню социальной тревоги с тенденцией к высокому. В выборке студентов-социофобов обнаружена меньшая процентная доля близких к отцу и большая – близких к матери, а также в равной степени близких к обоим родителям по сравнению с выборкой студентов без социофобии. Студенты-социофобы имеют достоверно более низкий статус в родительской семье, но межгрупповые различия в показателях близости к отцу или к матери не обнаружены (в обеих группах много студентов как близких с каждым родителем, так и отчужденных от них). Отмечено отсутствие тесных связей между показателями близости студентов к родителям, их значимости в родительской семье и показателями социофобии в совокупной выборке и выборке студентов-социофобов, однако выявлены их значимые корреляции в выборке студентов без социофобии.
Обсуждение и заключения. Положение студентов-социофобов в родительской семье является высоким по близости к обоим родителям, но невысоким по значимости в семье, тогда как положение студентов с низким уровнем СТиСФ характеризуется умеренной степенью значимости в семье и низкой равной степенью близости к обоим родителям. Возникновение социофобии менее вероятно у студентов, имеющих равную невысокую степень близости к обоим родителям и умеренную (в пределах 6-7 баллов) с тенденцией к высокой степени значимости в семье.
- 1
- 2