Среди мегатрендов современности особое место занимает трансграничная миграция. Она оказывает разнонаправленное экономическое, культурное и политическое воздействие на принимающие общества. Происходит и переформатирование состава миграционных потоков. В частности, актуализируется сравнительно малочисленная, но политически значимая так называемая ценностная миграция: в России на фоне СВО такой миграционный феномен получил распространение. Цель работы состоит в том, чтобы заложить основу для изучения проблематики импатриации методами политической науки. Авторы анализируют основные содержательные характеристики понятия «импатриация» через его манифестацию в информационной среде и в социальных реалиях в контексте локальных и международных социально-политических процессов, зарубежного и российского нормативно-правового, политико-практического и исторического опыта.
Методологическая основа исследования включает компаративный подход, методы анализа документов, дискурсов и кейсов. Результатом исследования является авторское определение понятия «импатриация»; характеристика зарубежных моделей, аналогичных российской импатриации, на примере Польши и Венгрии; классификация основных точек роста и наиболее вероятных ограничений, связанных с проведением Россией политики импатриации в ближайшей перспективе; выявлен институциональный дизайн механизма импатриации.
Переход к политике импатриации способствовал запуску ряда процессов организационной трансформации на локальном и региональном уровне, связанных с необходимостью обеспечения «бесшовного» приема и адаптации востребованных высококвалифицированных иностранных специалистов. Обозначена роль импатриации на двух контурах – внешнем (импатриация как инструмент продвижения российских интересов за рубежом) и внутреннем (импатриация как вспомогательный фактор сохранения и развития человеческого капитала) – для реализации целей развития России.
В статье исследуется уникальный феномен влияния молдавской диаспоры на электоральные процессы в Республике Молдова. Автор анализирует исторические, экономические и социальные факторы, способствовавшие массовой миграции граждан РМ за рубеж, а также процесс формирования диаспорных сообществ. Особое внимание уделяется роли диаспоры в президентских выборах 2020 и 2024 гг., когда ее участие стало решающим для итогов голосования. На примере этих выборов показано, как прозападные политические силы, в частности партия «Действие и солидарность» и президент М. Санду, успешно мобилизовали диаспору для достижения своих целей. В статье также рассматриваются программы и инициативы, направленные на взаимодействие с диаспорой, и их влияние на политическую динамику страны. Автор приходит к выводу, что диаспора превратилась в мощный политический инструмент, способный кардинально менять результаты выборов, несмотря на внутренние расколы в молдавском обществе.
В статье рассматривается поэтапный процесс формирования афганских диаспор. Путем сравнительного анализа на основе концепции социальных порядков сопоставлено их положение в политических контекстах евроатлантических и восточных государств. В ряде стран афганские диаспоры смогли интегрироваться в местные социумы и консолидироваться с целью организованного продвижения своих интересов, в других – не только не приобрели возможностей влияния на местные власти, но и оказались в роли дискриминируемых социальных групп. Кроме того, в работе рассмотрено состояние самих диаспор, определены основания, обусловливающие их фрагментированный характер, что отражает, по мнению авторов, незавершенный процесс формирования общеафганской идентичности.
Предметом исследования являются также формирование условий, создающих возможность использования эмигрантских диаспор институтами государств пребывания в качестве прокси-инструментов внешней политики, и готовность диаспорных элит к выполнению таких функций, что подчеркивает актуальность исследования вопроса для понимания ряда текущих политических процессов. В этом же контексте оценивается и потенциал афганских диаспор в разных странах с точки зрения возможностей их влияния на процессы, происходящие в Афганистане. Анализ вовлеченности диаспор в реализацию внешнеполитических интересов государств-реципиентов показывает разнообразие ситуаций и отсутствие какой-либо прямой зависимости подобной практики от типа обществ в рассмотренных кейсах. В статье представлена авторская периодизация процесса афганской эмиграции начиная от последствий свержения монархии в 1973 г. и заканчивая временем проведения исследования.
Конфликт в Сахеле, начавшийся в 2012 г., тесным образом связан с феноменом транссахарских нелегальных потоков, пролегающих через Мали, Нигер и Ливию. Эти потоки представляют собой вид транссахарской торговли, в настоящее время состоящей из набора трафиков: наркотрафика, трафика мигрантов, трафика нелегально добытого золота. В данной статье рассматривается фактор этих потоков в конфликтной политэкономии Сахеля. Утверждается, что появление и интенсификация этих потоков усилили межэтнические и внутриэтнические противоречия между основными племенами, задействованными в этой торговле: туарегами, арабами и тубу. Используя теоретико-методологические наработки по политэкономии конфликтов, авторы показывают: эти потоки не только поддерживали деятельность вооруженных этнических группировок, но сами по себе предоставляли возможность традиционно маргинализированным группам пересмотреть свое положение в социально-экономической иерархии. Этот феномен анализируется в статье на примере трех взаимосвязанных регионов: севера Мали (Азавад), севера Нигера (Агадес) и юго-запада Ливии (Феццан). В статье также рассматривается эволюция географических маршрутов нелегальных потоков и стратегий государственных акторов по их кооптации. Авторы приходят к выводу о центральном характере этих потоков не только в рамках политэкономии конфликта в Сахеле, но и в целом для экономики пустынных регионов, что говорит об устойчивости феномена транссахарской нелегальной торговли.