Исследование посвящено образу России в исторической политике Финляндии в контексте вступления страны в НАТО. Его цель — выявление изменений места России в обращении финской политической элиты к собственному прошлому, общей российско-финляндской и мировой истории. Для достижения цели автор анализирует выступления президента Финляндии С. Ниинистё, посвященные внешнеполитическим вопросам, в 2021—2024 гг.: до начала конфликта на Украине, во время процесса вступления Хельсинки в НАТО и после обретения членства в Альянсе. Теоретическими рамками работы служат концепции исторической политики в интерпретации А. Миллера и исторического нарратива Э. Зерубавеля. Основным методом исследования выступают дискурс-анализ в соответствии с подходом Э. Лаклау и Ш. Муфф. В результате проведенного анализа было выявлено, что наиболее активно С. Ниинистё обращался к прошлому в первый год конфликта на Украине и после подачи заявки Финляндией на членство в НАТО. С 2022 г. гораздо более активную роль в исторической политике вместо Хельсинского совещания 1975 г. приобретают Зимняя война и другие примеры российско-финляндского противоборства, которые помогают сформировать образ России как врага и угрозы в настоящем и прошлом и обеспечить поддержку Украины со стороны финнов. Исторический нарратив начинает представлять собой длительную и постоянную борьбу двух народов без опыта взаимовыгодного сотрудничества и диалога двух стран.
Рассмотрены обстоятельства, основные причины и цели подписания Францией и Польшей в 2025 г. Нансийского договора о дружбе и сотрудничестве и его содержание. Изучение соглашения вписано в два сравнительных контекста: исторический — польско-французских отношений после 1991 г., переживших подъемы и спады, и пространственный — политики Франции при Э. Макроне, нацеленной на подписание с Германией, Италией, Испанией и Португалией договоров, обновляющих их партнерство. Показано, что договор в Нанси призван закрепить очередное потепление польско-французских отношений, связанное с украинским конфликтом и неуверенностью сторон относительно будущей внешней политики США. Анализ содержания договора показывает, что по сравнению с предыдущим договором 1991 г. франко-польское партнерство серьезно укрепилось, а стороны видят друг в друге важную опору в свете противоборства с Россией, но воздерживаются от каких-либо новых гарантий безопасности. Сравнение Нансийского договора с четырьмя аналогичными текстами показывает, что Польша вовлекается в круг близких партнеров Франции в ЕС, но все же заметно «отстает» по степени сближения от Германии и отчасти — от Италии и Испании. Авторы заключают, что договор создает новые возможности для сотрудничества Франции и Польши, но их дальнейшая степень сближения зависит прежде всего от политической воли лидеров стран. Выдвинуто предположение, что договор может означать ставку Франции на Польшу как на ведущую державу в Восточной Европе, но окончательно судить об этом можно будет только после урегулирования украинского конфликта.
Исследуются современные особенности кооперации Германии и Польши в политической и военной областях. Методически использованы сравнительный анализ и теория строительства вооруженных сил (ВС). В условиях конфронтации между Евро-Атлантическим сообществом и РФ стратегия Польши была схожа с линией Западной Германией в Холодную войну. Республика Польша (РП) подчеркивала свое положение как крупнейшего государства — члена НАТО в передовой части ее зоны ответственности, укрупнила ВС, стала реципиентом масштабного присутствия США. РП рассчитывает войти в круг «западных держав». Но современная ФРГ сама стремится увеличить вес в НАТО. Это обусловливает сочетание кооперации и заметной конкуренции в отношениях Германии и Польши. На концептуальном и практическом уровнях ФРГ уделяла повышенное внимание «Веймарскому треугольнику» как выразителю интересов ЕС, особенно на постсоветском пространстве. Стремясь ослабить влияние Германии, Польша в 2010- е гг. прервала работу «Веймарского формата» и механизма межправительственных консультаций. К середине 2020-х гг. обе площадки возобновили работу, а ФРГ укрепила позиции в отношении РП. Прежде всего это обусловлено заметным ростом стратегического присутствия Германии в Восточной Европе вне Польши, взаимной обеспокоенностью из-за риска ослабления позиций Запада в Украине. Польша ускоренно наращивала ВС, выйдя (2024) по их численности на третье место в НАТО. Германия более инерционна, но рациональнее использовала бундесвер, особенно в «домашнем» для РП регионе, развернула наземное присутствие к северу и югу от нее. Делается вывод о перспективах сотрудничества, рисках для обороны России и Беларуси.
Цель статьи — изучить нелинейное влияние кризисных ситуаций на политическую динамику интеграционных структур на материале четырех кейсов с опорой на теоретический, эмпирический и сравнительно-аналитический исследовательский инструментарий. Представлен новый объяснительный подход к тому, как интеграционные структуры реагируют на кризисные ситуации различной глубины и интенсивности. Постулируется, что не природа или сила кризиса, а зрелость и плотность институционального устройства интеграционного объединения, а также фактический баланс власти между уровнями управления в нем в конечном итоге определяют, будет ли организация продолжать консолидацию или начнет распадаться. Исследование, основанное на опросе 409 специально отобранных экспертов по вопросам интеграции, показывает, что сильно интегрированные союзы укрепляются в периоды кризиса, но сталкиваются с дезинтеграционным откатом после его завершения. Напротив, слабо интегрированные союзы снижают интенсивность своих связей во время кризиса, но вскоре после него быстро восстанавливают способность к сотрудничеству. Данная модель апробирована на материале четырех кейсов, отражающих влияние кризиса на Украине в 2022 г. и его последствий на интеграционную динамику ЕС (с фокусом на энергетический кризис), НАТО, БРИКС и квазиинтеграционную сеть, образуемую ведущими мировыми университетами.
С середины 2010-х гг. ФРГ заметно скорректировала подходы к использованию бундесвера, перенацелив стратегическое внимание с зон в отдалении от Евроатлантического сообщества на деятельность внутри и вблизи него. Это актуализировало проблему поиска фокусных партнеров в Восточной Европе, углубления и расширения сотрудничества с ними. В статье исследуется эволюция политической и военной составляющих диалога Германии и Литвы на современном этапе. Показывается подход ФРГ к оценке фактора исторической памяти, стремление позиционировать себя в роли защитницы национальной государственности партнера. При этом в начале XXI в. имел место дефицит стратегического внимания Германии к Литве, что проявилось в спаде диалога 2014-2015 гг. В условиях конфронтации «западных демократий» и РФ ФРГ реализовывала стратегию плавно, но неуклонно наращиваемого давления на Россию. Восприятие этого подхода в Вильнюсе менялось от негативного до все более позитивного по мере роста вовлеченности Германии в «сдерживание» РФ. Исследуется развертывание и наращивание (до «ядра» многосторонней бригады) контингента бундесвера в Литве под эгидой НАТО. Особое внимание уделено влиянию этого процесса на развитие политического сотрудничества, что показано на примере запуска (2018) и функционирования формата «B3 + 1» (страны Балтии и ФРГ) на высшем уровне. Делается вывод о появлении определенной зависимости от Литвы вследствие повышенного желания сохранить ее в качестве надежного младшего партнера.
Распад СССР и ревизия Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений повлекли за собой тектонические изменения в регионе Балтийского моря: оказалось, что еще недавно северный фланг наиболее вероятного театра военных действий между Североатлантическим альянсом и Организацией Варшавского договора имеет историческую возможность превратиться в регион интенсивного политического, экономического, образовательного и культурного взаимодействия - а именно под такими лозунгами развернулось построение новой региональной модели международных отношений рубежа XX и XXI в. В статье изучается эволюция региональной модели международных отношений от «региона согласия» к современному «региону конфликта» через изучение опыта построения и динамику развития региональных кооперационных сетей в условиях общего кризиса мировой системы международных отношений. Исследование опирается на традиции историко-политического анализа регионов как субъектов системы международных отношений, на массив релевантных документов и материалов международных организаций, внешнеполитических ведомств и иных органов государственной власти стран Балтийского региона. В заключительной части реализовано прикладное измерение исследования: сформулирован вывод о необходимости экспертного поиска постконфликтной региональной повестки и представлены предложения по ее возможному содержанию.