Публикации автора

На картах XVIII-XX вв. прослежено эволюционное развитие поселений Нового времени Караларского побережья в северной части Керченского полуострова. В ходе археологических раскопок могильников XIV в. Бабчик Восточный и у с. Золотое получены сведения, характеризующие верования средневекового населения восточной части Крымского полуострова, в которых ярко выражено преобладание атрибутов христианства над практически не отмечаемым в предметах культового значения влиянием мусульманства. Это наблюдение согласуется со сведениями письменных источников, в том числе упоминанием арабским путешественником Ибн Батутой христиан сельской округи Керчи, простиравшейся до Каффы, летописного свидетельства об эпидемии черной оспы, затронувшей русский город Корчев в период «великой замятни» в Золотой Орде. По данным космических снимков и автомобильно-пеших разведок намечены местонахождения, перспективные для выявления и исследования поселений раннего и развитого Средневековья, отсутствующих на исторических картах или отмеченных на них как руины.

Статья посвящена введению в научный оборот данных, полученных в ходе разведок и раскопок многочисленных однотипных «пойменных» средневековых поселений, занимающих уникальную ландшафтную позицию - на первой пойменной террасе в изгибах балок, впадающих с восточной, левой стороны в озеро Донузлав в Северо-Западном Крыму. Выявлено 6 таких поселений, занимающих все значительные балки, имеющие удобный спуск к озеру, в средней его части. Поселение Донузлав 1 частично исследовано с помощью раскопок, поселение Донузлав 11 - с помощью шурфовок. Предварительно сделано предположение о том, что поселения представляют собой сезонные «зимники» кочевников-скотоводов. Исследования с целью определения хронологии и характера этих поселений будут продолжены в ближайшее время.

На примере обществ эпохи поздней бронзы Северо-Западного Крыма рассмотрены системы жизнеобеспечения древнего населения как взаимосвязь трех компонентов: ресурсной базы, хозяйственной модели и социальной сферы. Показано, что ресурсная база обществ эпохи поздней бронзы соответствовала, в целом, современной либо превышала ее. Основой экономики сабатиновско-белозерского населения являлось скотоводство с явной специализацией на разведении крупного рогатого скота. Доля овец в стаде была заметно ниже. При этом выявлено существенное варьирование костей лошади на поселениях, расположенных в разных ландшафтных условиях. Охота не вносила заметного вклада в экономику. Следы рыболовства крайне незначительны. Земледелие как отрасль экономики отсутствовало. Значимую роль в системе жизнеобеспечения играло собирательство. Результаты анализа зерен крахмала на терочниках показывают, что в пищу использовались корневища тростника. В строительстве загонов для скота широко применялся камень, однако в предполагаемых жилых постройках камнем лишь облицовывали котлованы, а наземная часть жилища, предположительно, создавалась из кож или войлока. Разница в геоморфологической позиции памятников, размерах, различные инфраструктурные особенности, частота встречаемости и типы орудий труда могут указывать на разную сезонность поселений.

В статье представлены результаты комплексного исследования металлического зеркала с сюжетными изображениями, происходящего из Восточного Закубанья. Плоское зеркало с трапециевидной ручкой относится к типу IV по классификации И. И. Марченко и по внешним признакам датируется концом II - I в. н. э. Зеркала этого типа характерны для материальной культуры меотов Северо-Западного Кавказа. РФА металла показал, что зеркало изготовлено из оловянно-свинцовой бронзы с высоким содержанием олова (>18%) и умеренным содержанием свинца (~5%). Такая технология отражает характерные для региона меото-сарматские металлургические традиции. Выгравированные на зеркале изображения представляют собой композицию из трех сцен: «древо жизни» со стоящими по обеим сторонам копытными животными (центральная сцена), поединок двух всадников (верхняя сцена), охота волка на ланей (нижняя сцена). Стиль изображения и представленные в композиции сюжеты имеют аналогии в памятниках прикладного искусства сарматов и меотов. Выгравированные на зеркале сюжетные сцены отражают религиозные, мифологические или эпические представления древнего населения Северо-Западного Кавказа.

В статье обсуждаются результаты РФА металла 30 перстней, найденных при раскопках 2013-2021 гг. могильника первых веков н. э. Лучистое-2 (Южный Крым). Кроме трех серебряных и одного чисто медного перстня, все остальные (87%) изготовлены из цинк-содержащих сплавов. Такой высокий процент применения латуней характерен также для фибул среди украшений и аксессуаров одежды первых веков н. э. в варварских могильниках Крыма. Для крепления вставок в латунных перстнях некоторых типов использовался свинцово-оловянный припой. В римское время латунь, или аурихалк, благодаря своему золотистому цвету и стойкости к коррозии, воспринимался как материал относительно высокой ценности, которому, возможно, приписывалось сакральное значение. В Риме и в провинциях существовала определенного рода монополия на производство и использование латуни в основном для государственных нужд - чеканки монет и изготовления военной амуниции. В Крым латунь могла поступать из римских провинций.

Статья посвящена реконструкции назначения построек на древних поселениях с использованием комплекса химических и микробиологических индикаторов. В качестве объекта исследований было выбрано поселение позднего бронзового века Багай-1 в северо-западной части Крымского полуострова. Исследованы химические и микробиологические свойства культурного в постройках разных форм и размеров в разных частях памятника. Установлено, что поселение Багай-1 представляет собой стационарный поселок скотоводов, либо предназначалось для проживания в зимний период. Повсеместно выявлены следы накопления навоза, что подтверждается высокими значениями таких почвенных индикаторов содержания скота, как активность уреазы, численность кератинолитических грибов и термофильных бактерий в культурном слое. Результаты исследований показали, что большая часть построек на поселении была связана с содержанием скота. Нельзя исключать и совместное пребывание в помещениях и животных, и человека, особенно в холодное время года, когда скот использовался как источник тепла. Тем не менее построек, которые по комплексу естественнонаучных данных можно было бы назвать исключительно жилыми, не выявлено, и во всех случаях следы содержания скота выражены намного более ярко, чем следы проживания человека. При этом на территории поселения выявлены обширные участки без следов каменных построек, но с высоким содержанием в культурном слое минеральных форм фосфатов и высокими значениями магнитной восприимчивости, что указывает на поступление в почву большого количества керамики, золы и пирогенных остатков. Сочетание таких свойств можно рассматривать как индикатор проживания человека.