Статья: Промышленный энергодефицит как ограничение экономического роста развивающихся стран (2026)

В статье рассматриваются проблемы и риски, связанные с быстрым развитием и усовершенствованием технологии дипфейков, которые становятся все более доступными и трудно отличимыми от настоящего контента. Приводятся примеры технологических достижений и их применение.

Цель. Обоснование необходимости правового регулирования использования изображений, синтезированных с помощью искусственного интеллекта, в медиаиндустрии, важности международного диалога по вопросам законодательства, кодификации запретов на использование изображений должностных лиц и распространение дипфейков, а также установления ответственности за их создание и распространение.

Задачи. Выделить и сформулировать направления концентрации усилий органов публичной власти при движении к обеспечению защиты прав и свобод личности в условиях цифровизации, а также защиты медиаконтента, исходящего от органов публичной власти и их должносных лиц.

Методология. Рассматриваются формы ответственности за противоправное использование дипфейков и средства противодействия этому явлению, в том числе через введение обязательной маркировки официальных фото- и видеоматериалов с использованием стеганографических методов для их идентификации и верификации, создание правовых механизмов для защиты авторских прав и предотвращения незаконного использования и распространения поддельных материалов.

Результаты и выводы. Действия органов публичной власти должны быть направлены на согласование воль государств с целью разработки соответствующей международной конвенции и интеграции ключевых принципов борьбы с дипфейками в национальные законодательные системы.

В статье рассматриваются политические последствия соперничества двух осей транспортной связности, а именно направлений «Восток — Запад» и «Север — Юг», в региональной среде, где инфраструктура превращается в инструмент внешней политики, управления рисками и перераспределения ресурсов.

Цель и задачи. Определить, каким образом контроль над ключевыми узлами связности, включая порты, пограничные переходы и железнодорожные стыки, изменяет переговорную силу Армении, Азербайджана и Грузии и усиливает вовлеченность внешних акторов в условиях постконфликтной неопределенности и санкционных ограничений на евразийские потоки. Показать, при каких условиях инфраструктурные решения способствуют стабилизации, а при каких воспроизводят конфликтность вокруг статуса коммуникаций, гарантий проходимости и допустимых форм внешнего посредничества.

Методология. Использованы сравнительно-политический анализ и геоэкономический подход, позволяющие сопоставлять интересы государств региона и внешних центров силы через призму доступа к потокам и правил их администрирования. Применены концепт «политики инфраструктуры» и кейс-стади «узких мест» коридоров, охватывающие режимы пропуска, тарифную координацию, цифровое сопровождение грузов и стандарты безопасности.

Результаты. Установлено, что «коридоризация» переводит часть конкуренции из сферы декларативной дипломатии в сферу управляемости потоков, поскольку тарифные настройки, таможенные процедуры и требования к безопасности становятся предметом торга и каналом внешнего влияния. Выявлены типовые инструменты внешних акторов, к которым относятся финансирование, технологические стандарты и цифровые требования. Эти инструменты закрепляют зависимость через «правила входа» в кордор, усиливают асимметрии между участниками и повышают политическую ценность инфраструктурных «узких мест» как источников ренты и рычагов давления.

Выводы. Конкуренция осей связности одновременно стимулирует прагматическое сотрудничество и повышает риски эскалации в тех случаях, когда транспортные решения интерпретируются как изменение баланса суверенитета, а не как технический компромисс. Наиболее устойчивой стратегией для государств региона выступает управление «портфелем связности», которое предполагает диверсификацию партнеров, унификацию процедур, снижение политизации тарифов и привязку инфраструктурных решений к механизмам доверия, верификации и предсказуемости.

Настоящее исследование посвящено анализу трансформации ключевых периодов российской политики информационной безопасности, в котором рассматриваются изменение восприятия вызовов и угроз, а также институциональное и концептуальное оформление данной сферы. Цель и задачи. Выявить этапы развития системы информационной безопасности России в контексте влияния технологических и геополитических факторов. Проанализировать основные концептуальные документы и нормативно-правовые акты, а также охарактеризовать деятельность ключевых ведомств, ответственных за реализацию обеспечения политики в области информационной безопасности.

Методология. В ходе исследования авторами использовались следующие методы: хронологический подход, метод анализа документов, метод системного анализа, институциональный анализ и контент-анализ.

Результаты. Авторы выявили четыре основных периода формирования политики информационной безопасности России. Начальный этап (1992–1999 гг.) связан с разработкой нормативно-правовой базы в области защиты информации, институционализации органов государственного управления. Второй этап (2000–2014 гг.) ознаменовал начало доктринального оформления политики информационной безопасности, а также разработку мер защиты технических систем, связанных с масштабными процессами компьютеризации. Третий этап (2014–2022 гг.) за информационным пространством закрепляет статус самостоятельного домена международных конфликтов. Россия проводит комплексную политику по обеспечению информационной безопасности, которая учитывает технологические и психологические аспекты. Четвертый этап (с 2022 г.) характеризуется усилением внимания к обеспечению информационно-психологической безопасности, в котором учитывается влияние высоких технологий.

Выводы. Российская политика информационной безопасности формировалась в логике постоянной адаптации к трансформации системы международных отношений и развития технологий. В условиях геополитической турбулентности, связанной с продолжением специальной военной операции, Россия взяла курс на обеспечение технологического суверенитета и усиление механизмов защиты информационно-психологического компонента безопасности.

Исследование направлено на изучение ключевых факторов дезинтеграции евразийского пространства в сферах экономики, безопасности и геополитики в современных геополитических условиях.

Цель и задачи. Цель настоящего исследования состоит в оценке влияния ключевых факторов дезинтеграции евразийского пространства на экономическое развитие региона, а также на создание потенциальных угроз региональной безопасности для стран Евразии. Основными задачами являлись выявление существующих в актуальной международной обстановке факторов дезинтеграции Евразийского региона, анализ динамики изменения ключевых факторов дезинтеграции евразийского пространства в сферах экономики и безопасности и определение масштабов и качества последствий развития факторов дезинтеграции для стран Евразийского региона.

Методология. Научные положения, сформулированные в статье, получены с использованием комплексного подхода, включающего в себя методы сравнительного, статистического, пространственно-географического и нормативно-правового анализа.

Результаты. Существующие факторы дезинтеграции евразийского пространства можно поделить на три основных вида: геоэкономические факторы дезинтеграции; территориальные споры; внешняя политика США и европейских стран в Евразийском регионе. При этом именно геоэкономические факторы дезинтеграции и территориальные споры в основном используются США и европейскими странами для дестабилизации обстановки на территории евразийского пространства. Окраска миротворческой деятельности и инвестиционной заинтересованности западных стран создает для стран Евразийского региона видимость равного партнерства и открытого сотрудничества в сферах экономики, логистики, энергетики и безопасности. Однако на деле действия США и европейских стран в Евразийском регионе создают новые прецеденты для развития существующих и новых дезинтеграционных процессов.

Выводы. Интеграция евразийского пространства — это сложный и многогранный процесс, обусловленный взаимодействием множества внутренних и внешних факторов. Формирование устойчивого и интегрированного макрорегиона требует комплексного подхода развития политических и экономических механизмов.

Положение русскоязычного населения является одной из самых острых тем во взаимоотношениях России и Латвии. Дискриминационное положение данной группы населения привлекает внимание международного сообщества. Статус неграждан имеет противоречивый характер на протяжении всего периода независимости Латвии. Но со временем положение русскоязычного населения в Латвии ухудшается, несмотря на развитие международного права в области прав человека. Увеличивается количество коллизий между латвийским законодательством и международными нормами. Цель. Поиск и анализ коллизий, которые могут свидетельствовать о законодательно закрепленной насильственной ассимиляции русскоязычного населения.

Методология исследования строится на применении формально-юридического метода к Международным пактам 1966 г., Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации и Конвенции о правах ребенка. Анализируется информация, предоставленная латвийскими правозащитными организациями профильным международным институтам в области защиты прав человека. Историческая ретроспектива наглядно показывает: несмотря на то, что профильные международные комитеты обращали внимание латвийских властей на явные нарушения норм международного права в области защиты прав и свобод человека по отношению к русскоязычному населению, со временем наблюдается законодательно закрепленная дискриминация данной группы населения.

Результаты исследования раскрывают слабость демократических институтов в Латвии, а также низкий уровень подготовки правоохранительных органов, которые несут ответственность за предупреждение и предотвращение случаев конфликтов на почве национального, этнического и языкового факторов. Особое внимание уделяется проблемам разжигания и пропаганды ненависти по этническому признаку. Механизмы интеграции, которые со временем претерпели ряд изменений, не привели к популярности данного способа приобретения гражданства. Со временем ужесточается языковая политика Латвии по отношению к русскому языку, а также наблюдается дискриминация в области русской культуры и традиций.

Выводы. Увеличивается количество коллизий между латвийским законодательством и положениями международного права в области защиты прав человека. В Латвии наблюдается законодательно закрепленная насильственная ассимиляция русскоязычного населения. Преодоление этнической идентичности русскоязычного этноса становится необходимым условием при интеграции в латвийское общество.

Целью исследования является проведение детального правового анализа содержания понятий «исследование» и «использование» космического пространства, включая Луну и иные небесные тела, закрепленных в Договоре о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства 1967 года (далее — Договор о космосе), выявление точного юридического смысла этих терминов в контексте целей и принципов Договора о космосе, а также оценка влияния содержания данных дефиниций на формирование правового режима коммерческого использования космических ресурсов.

Методология. Исследование основано на применении комплекса общенаучных и специальных методов: анализа, синтеза, исторического, логического, формально-юридического и сравнительно-правового. Анализируется международно-правовые акты, национальное законодательство, а также деятельность органов международных организаций.

Результаты. Таким образом выявлено, что понятие «исследование» традиционно трактуется как изучение, а «использование» — как практическое применение космоса, однако границы «использования» являются размытыми. Результаты показывают, что отсутствие четкого определения в Договоре о космосе понятия «использование» порождает правовую неопределенность, особенно в вопросах коммерческой деятельности и эксплуатации космических ресурсов.

Выводы. В результате сделан вывод о необходимости включить в понятие «использование» такие виды деятельности, как эксплуатация, добыча, освоение и конкретизировать их содержание. В противном случае будет сохраняться риск конфликтов и неэффективности правового режима в условиях стремительного технологического прогресса и коммерциализации космоса. Также требуется выработка согласованного подхода на международном уровне к толкованию ст. 2 Договора о космосе, прежде всего в рамках Комитета ООН по космосу, а также установление критериев, позволяющих отличать временное использование от деятельности, создающей устойчивый контроль над космическим пространством, включая Луну и другие небесные тела. При этом важно укреплять принципы транспарентности и сотрудничества между государствами, чтобы минимизировать риск перерастания использования в присвоение.

Цель. Целью статьи является выделение и обоснование тенденций и особенностей гармонизации правового регулирования финансового контроля с точки зрения евразийской экономической интеграции. Гармонизация финансового контроля в Евразийском экономическом союзе позиционируется автором в качестве составляющей гармонизации контрольно-надзорной деятельности в объединенной экономике, а также евразийской интеграции в целом. Методология. В статье использованы такие научные методы, как методы системного и сравнительно-правового анализа, классификации, юридической формализации. Результаты. Автором проведен анализ правового регулирования финансового контроля в Евразийском экономическом союзе. На основе проведенного анализа выделены следующие особенности гармонизации финансового контроля в условиях евразийской интеграции: процессы отхода (возврата) к национальному уровню регулирования; связанность с формированием единого финансового рынка; наличие внутреннего и внешнего финансового контроля. Гармонизация финансового контроля в Евразийском экономическом союзе включает в себя гармонизацию нормативно-правового регулирования финансового контроля, единую политику в финансовой сфере, процессы формирования единого финансового рынка, унифицированную правоприменительную практику. Выводы. На основе проведенного анализа автором выделены тенденции гармонизации финансового контроля в Евразийском экономическом союзе, среди которых: смена процессов универсализации и глобализации финансовых механизмов в рамках межгосударственного экономического взаимодействия процессами финансовой регионализации; разная скорость и степень гармонизации для различных направлений финансового контроля; влияние геополитических факторов. Сделан вывод о том, что в современных условиях приобретает актуальность возврат к национальной специфике в регулировании и осуществлении финансового контроля. Такая специфика может быть естественной и вынужденной. Автором предлагается в условиях Евразийского экономического союза выделить понятие евразийской финансовой системы. В широком смысле под такой системой следует понимать совокупность финансовых институтов, рынков, связей между ними, направленных на обеспечение и защиту частных и публичных финансовых интересов в условиях интеграции. Гармонизация финансового контроля в ЕАЭС имеет важное значение как с точки зрения публичного контроля в экономике, так и с точки зрения обеспечения безопасности. В современных условиях экономической нестабильности и международной напряженности значение последнего аспекта существенно возрастает.

Статья подготовлена в двух частях, первая из которых была опубликована в предыдущем номере журнала. В статье исследованы современное состояние и проблемы правового регулирования фармацевтического сектора Евразийского экономического союза (ЕАЭС, Союз), а также БРИКС и Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в сфере конкуренции и влияние такого регулирования на обеспечение технологической независимости данных международных объединений и отдельных стран, входящих в их состав.

Цель. Предложить возможные пути развития правового регулирования фармацевтического сектора ЕАЭС, а также перспективные направления правовой регламентации взаимодействия ЕАЭС, БРИКС и АСЕАН в данной сфере.

Задачи. Оценить современное состояние правового регулирования фармацевтического сектора ЕАЭС на наднациональном уровне применительно к созданию условий для развития конкуренции на общем рынке лекарственных средств. Изучить механизмы ценового регулирования в фармсекторах стран Союза. Изучить национальные практики обеспечения доступности лекарственных средств для населения. Сравнить подходы к регулированию фармацевтических рынков Индии, Китая, Бразилии, АСЕАН.

Методология. Использовано сочетание общенаучных и специальных научных методов познания (включая контентный и сравнительный анализ правовых текстов), оптимально отвечающих содержанию и структуре предмета исследования.

Результаты. Сформировано целостное представление об актуальном состоянии правового регулирования фармацевтического сектора ЕАЭС для целей обеспечения конкуренции. Проведен анализ актуального состояния процесса формирования общего рынка лекарственных средств в ЕАЭС, выделены его преимущества и недостатки. Изучены механизмы ценового регулирования в фармсекторах на национальном уровне, подготовлены предложения по гармонизации соответствующих подходов на уровне Союза и подключения к данной работе государств-наблюдателей при ЕАЭС. Проанализированы институты принудительного лицензирования и дистанционной продажи лекарственных средств как инструменты повышения доступности лекарственных средств. Дан сравнительный обзор правового регулирования фармацевтических рынков Индии, Китая, Бразилии, АСЕАН. Сформулированы предложения по возможным направлениям взаимодействия ЕАЭС, БРИКС и АСЕАН в рассматриваемой сфере.

Выводы. Перспективы развития правовых основ фармацевтического сектора ЕАЭС связаны не только с гармонизацией страновых подходов к ценовому регулированию, внедрением эффективных («бесшовных») и прозрачных механизмов регулирования фармацевтического сектора в рамках Большого Евразийского партнерства (ЕАЭС, БРИКС и АСЕАН), но и с созданием механизмов превенции антиконкурентного поведения субъектов рынка, вовлечением в эту работу уполномоченных органов государств-наблюдателей при ЕАЭС. Решение этих задач будет способствовать росту инвестиционной активности и технологической независимости региона в целом.

Цель и задачи. Рассмотреть и выявить особенности экономического взаимодействия Монголии и Евразийского экономического союза (ЕАЭС) на современном этапе. Проанализировать исторически сложившиеся торговые связи и структуры внешней торговли как пример асимметричного интеграционного взаимодействия и перспективы дальнейшего развития.

Методология. В ходе исследования авторами использовались следующие методы: хронологический подход, метод анализа документов, метод системного анализа, институциональный анализ и контент-анализ.

Результаты. Авторы акцентировали внимание на том, что Монголия, располагаясь в самом центре Евразии, обладает стратегическими возможностями для подключения к ЕАЭС. Опираясь на статистические данные, показано, что торговый оборот ведется в основном с Россией (97,2%), а на остальные страны — члены ЕАЭС приходится всего лишь 2,8%.

Выводы. Необходимо реализовать широким фронтом торговые отношения между Монголией и странами — членами ЕАЭС в первую очередь в сфере энергетики (разработка, добыча и экспорт редкоземельных элементов, лития, меди, титана, угля, урана) и транспортных коммуникаций.

Современная архитектура международной интеграции характеризуется множественностью моделей, различающихся как по глубине институционального взаимодействия, так и по способности генерировать устойчивый рост благосостояния. В настоящей статье представлен сравнительный анализ пяти ведущих интеграционных объединений мира, направленный на выявление закономерностей между формальным уровнем интеграции и реальной динамикой экономического развития стран-участниц. Цель. Верификация гипотезы о наличии кумулятивного положительного эффекта от поэтапного углубления интеграционных процессов и определение характера связи между глубиной интеграции и динамикой благосостояния стран-участниц. Задачи. Провести сравнительный анализ динамики ВВП по паритету покупательной способности (ППС) на душу населения в странах — участницах пяти интеграционных объединений, находящихся на разных ступенях «интеграционной лестницы»; оценить наличие конвергенции уровней экономического развития внутри каждого блока; выявить институциональные факторы, обусловливающие различия в траекториях роста благосостояния. Методология. Исследование базируется на сравнительном и статистическом анализе макроэкономических показателей. Основным индикатором выступает ВВП по ППС на душу населения. Анализ проведен для Европейского союза (ЕС), Евразийского экономического союза (ЕАЭС), Южноамериканского общего рынка (МЕРКОСУР) и Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Рассматриваются три ключевых временных точки: момент вступления страны в объединение (базовый год), текущее состояние (на 2025 г.) и прогноз до 2030 г. Результаты. Выявлено, что характер влияния интеграции на благосостояние определяется не столько формальной стадией развития, сколько качеством институциональной архитектуры и наличием действенных механизмов перераспределения. В ЕС глубокая институционализация обеспечила устойчивый рост ВВП на душу населения и выраженную конвергенцию. В АСЕАН «мягкая» модель интеграции выступила драйвером роста, однако отсутствие фискального выравнивания воспроизводит глубокую стратификацию. В МЕРКОСУР динамика ВВП на душу населения отличается высокой волатильностью и неравномерностью, а ЕАЭС демонстрирует совокупный рост показателя при сохранении абсолютного разрыва между странами-участницами. Выводы. Связь между глубиной интеграции и экономической эфективностью носит нелинейный характер. Формальное продвижение по «ступеням интеграции» не является необходимым условием для роста благосостояния. Ключевым критерием эффективности выступает реальная способность объединения генерировать устойчивый рост и обеспечивать гармоничное развитие всех стран-участниц на достигнутом уровне взаимодействия.

Цель. Исследовать эволюцию пространственной структуры и эффективности литий-ионной промышленности Китая на фоне глобального энергетического перехода.

Методология. В работе используется анализ цепочки создания стоимости для оценки промышленных связей и метод стохастической границы (SFA) для измерения технической эффективности производства в 30 провинциях Китая за период 2015–2023 гг.

Результаты. Выявлена значительная региональная агломерация в Восточном Китае (дельта реки Янцзы), однако наблюдается структурный дисбаланс между мощностями производства и эффективностью использования ресурсов. Данные показывают, что простое расширение масштабов перестало быть драйвером эффективности.

Выводы. Для устойчивого развития отрасли Китаю необходимо перейти от экстенсивного роста к оптимизации пространственного размещения и технологической модернизации, усилив межрегиональную координацию.

В статье обосновано, что социально-экономическое развитие Донецкой Народной Республики не может быть сведено к механическому восстановлению утраченных промышленных мощнстей и требует качественной трансформации производственно-экономической модели региона. Показано, что сложившаяся структура экономики региона является результатом длительной эволюции, включающей советский этап формирования комплексного территориально-производственного комплекса, последующую деградацию производственных цепочек в период нахождения региона в составе Украины и фрагментарные попытки восстановления в условиях институциональной нестабильности и экономических ограничений 2014–2022 гг. Доказано, что методологическое наследие советской школы территориального планирования (И. Г. Александров, Н. Н. Колосовский, Н. Н. Баранский) сохраняет эвристический потенциал для интерпретации современных процессов индустриального развития и проектирования новой модели регионального роста. Цель исследования заключается в обосновании направлений трансформации социально-экономической модели ДНР на основе методологической преемственности с советской школой регионального развития.

Методология. В работе применены методы ретроспективного анализа социально-экономического развития региона, сравнительный анализ моделей промышленной организации различных исторических периодов, эволюционный подход к изучению трансформации производственной структуры, структурно-функциональный анализ территориально-производственных систем, а также элементы институционального анализа факторов и барьеров регионального развития. Теоретическую основу составили концепции И. Г. Александрова, Н. Н. Колосовского и Н. Н. Баранского о территориально-производственных комплексах, энергопроизводственных циклах и пространственной организации хозяйства.

Результаты. Выявлена ключевая закономерность деградации экономической структуры региона, проявляющаяся в последовательном ослаблении внутренних производственных цепочек и нарастании сырьевой специализации от советского периода к современности. Разработана концепция смены энергетической парадигмы развития, предполагающая переход от доминирования ископаемого топлива к «энергии знаний», «энергии данных» и «энергии кооперации» как системообразующих факторов. Предложена модель макрорегионального территориально-производственного комплекса «Донбасс-Крым» с функциональным разделением труда между ДНР, ЛНР, Ростовской областью и Крымом. Сформулированы принципы эволюционной трансформации промышленной специализации через вертикальную интеграцию производственных цепочек, горизонтальную диверсификацию компетенций и функциональное переосмысление роли угля в региональной экономике.

Выводы. Обосновано, что устойчивое социально-экономическое развитие ДНР требует методологической преемственности с советской школой территориального планирования, смены энергетической парадигмы, приоритета воспроизводства человеческого капитала и макрорегиональной интеграции при эволюционном характере трансформации производственно-экономической модели для обеспечения устойчивого социально-экономического развития региона.

В условиях глобального энергетического перехода государства постсоветского пространства сталкиваются с необходимостью структурной трансформации энергетических систем. Внедрение возобновляемых источников энергии (ВИЭ) становится важным инструментом для повышения энергетической безопасности, сокращения зависимости от импорта углеводородных ресурсов и реализации стратегии устойчивого экономического развития. Интеграция ВИЭ служит фактором диверсификации энергетических систем и стимулирования экономического роста. Оценка влияния внедрения ВИЭ на макроэкономические показатели, в частности на ВВП, представляет собой актуальное и перспективное направление междисциплинарных исследований, объединяющее теоретико-экономические подходы и принципы устойчивого развития. Цель. Целью исследования является проведение системного анализа воздействия внедрения ВИЭ на экономический рост Республики Армения с акцентом влияния на ВВП в контексте трансформационных процессов в странах СНГ. Армения, являясь примером уязвимости энергетической системы, испытывает ограниченность внутренних энергетических ресурсов и высокую зависимость от импорта, что приводит к сезонным дефицитам и требует адаптации энергетической инфраструктуры. В государствах СНГ существует значительная неоднородность в институциональной и технологической интеграции ВИЭ, что связано с различиями в ресурсной базе и развитии энергетической инфраструктуры.

Методология. Анализа интеграции ВИЭ в энергосистемы проведен на основе теоретических подходов и эмпирических исследований.

Результаты. Анализ показал, что энергетический сектор оказывает значительное влияние на экономику Армении. Активное развитие ВИЭ и интеграция Армении в международные энергетические рынки открывают новые возможности для диверсификации внешней торговли, включая экспорт электроэнергии в Иран и Грузию. Однако для реализации полного экспортного потенциала необходимо развивать межгосударственные линии электропередачи.

Выводы. Несмотря на сравнительно невысокую долю энергетического сектора в ВВП (около 4%) его роль в экономической структуре страны остается важной. Учитывая позитивную динамику развития ВИЭ, Армении и другим странам СНГ необходимо продолжать модернизацию энергетической инфраструктуры, стимулировать инвестиции в «зеленые» технологии и развивать экспортный потенциал сектора. Эти меры помогут повысить устойчивость энергетической системы, снизить зависимость от внешних поставок и способствовать экономическому росту в регионе.

Экономическая интеграция БРИКС — это гибкий и выборочный процесс, направленный на укрепление экономического суверенитета, уменьшение зависимости от традиционных западных центров силы, таких как ЕС и США, а главное — на создание альтернативных механизмов сотрудничества. С развитием БРИКС происходит создание благоприятных условий для реализации совместных проектов, гармонизации таможенных процедур и, как следствие, обеспечивается рост товарооборота и инвестиционной активности между странами-участницами. Для России взаимодействие со странами БРИКС становится актуальной и приоритетной задачей, поскольку экономический потенциал у альянса велик. Расширение направлений сотрудничества, реализация новых проектов и рынков сбыта, безусловно, открывают для России новые возможности для стимулирования экономического роста и усиления влияния на мировой арене. Цель статьи — обобщить опыт развития международного сотрудничества в рамках БРИКС и выявить направления взаимовыгодного сотрудничества. Задачи. Для достижения цели в исследовании ставятся следующие задачи: провести анализ экономического потенциала стран БРИКС; обобщить факторы, влияющие на взаимную торговлю стран БРИКС; определить направления экономического развития для стран БРИКС.

Методология. При проведении исследования авторами использовались общенаучные методы (анализ и синтез), а также специальные методы (экономико-математические, исторический и логический методы). Информационной базой исследования послужили данные Федеральной службы государственной статистики, официального портала статистики стран БРИКС (https://brics-stat. org и др.). Применение статистических методов позволило оценить динамику ВВП и сделать соответствующие выводы.

Результаты. В результате проведенного исследования выявлены факторы, влияющие на взаимную торговлю стран БРИКС. Это позволило определить проблемные вопросы и предложить направления экономического развития для стран-участниц. Прогнозируется рост заинтересованности государств — членов альянса к взаимной торговле, а также увеличение объема товарооборотов России с каждой отдельной страной — членом БРИКС.

Выводы. Очевидно, что БРИКС способен стать архитектором новой мировой экономической реальности, где доминируют многовалютные расчеты, устойчивая энергетика и технологическая независимость. Альянс трансформируется и становится центром, который предлагает альтернативу западным моделям через прагматичное сочетание ресурсов, инноваций и многополярного диалога.

Цель. Цель исследования — провести анализ рынка услуг в ЕАЭС в период с 2015 по 2024 г., описать изменения на рынке услуг ЕАЭС в период постпандемийного восстановления и геополитических изменений 2022 г.

Методология. В статье использовались историко-правовой метод в процессе изучения становления и развития единого рынка услуг; сравнительный анализ в исследовании места страны — участницы ЕАЭС на рынке услуг евразийской интеграции; статистический метод для количественного измерения положения страны — участницы ЕАЭС на рынке услуг.

Результаты. Показано, что доля взаимной торговли услугами в общем объеме торговли услугами незначительна; торговые потоки между странами распределены неравномерно; положение РФ является доминирующим. Установлено, что восстановление взаимной торговли услугами в ЕАЭС в постпандемийный период происходило быстрее, чем восстановление общей торговли услугами. Показано, что страны по-разному реагировали на внешние шоки 2020 г. и 2022 г.

Выводы. В период 2015–2021 гг. не наблюдалось существенных изменений на рынке услуг ЕАЭС. Пандемия 2020 г. оказала негативное влияние на развитие торговли услугами всех стран ЕАЭС. События 2022 г. и вызванное ими санкционное давление привели к переориентации торговых потоков и изменению позиций всех стран ЕАЭС. Либерализация начала третьего десятилетия привела к увеличению темпов торговли услугами в 2023–2024 гг.

В рамках актуального направления исследований трансграничных взаимодействий в геополитической перспективе развиваются обоснованные ранее авторами идеи о цивилизационных коридорах, сыгравших и продолжающих играть важную роль в существовании России как евразийской и мировой державы. Анализ основывается на диалектико-синтетической модели цивилизационного подхода в единстве его пространственно-временного измерения, когда общество рассматривается как процесс и продукт объективной и субъективной рефлексии (взаимопроникновения) культур и локальных цивилизаций в исторической динамике. Под цивилизационными коридорами понимаются устойчивые в пространстве и во времени географические, геополитические и транспортно-коммуникативные каналы обмена материальными и духовными ценностями, государственно-административным, хозяйственным и социокультурным опытом между различными региональными и локальными сообществами, народами и цивилизациями. Рассматриваются возможность и перспективы формирования двух меридиональных транспортных коридоров между Севером и Югом Евразии через территорию России, конкретно — через ее сибирский макрорегион. Это: 1) проект «73-й меридиан», подразумевающий создание авиационного грузового и пассажирского сообщения между Россией, Казахстаном, Таджикистаном, Киргизией, Афганистаном и Пакистаном, с осевым геополитическим и экономическим локусом в г. Омске; 2) проект прокладки транспортно-энергетического моста «Алтай — Гималаи» через территории России, Казахстана и/или Монголии, Китая и Индии. Аргументируется вывод о том, что подобные коридоры, помимо чисто экономических, транспортных и энергетических, решают важные геополитические и цивилизационные задачи по укреплению трансграничных социокультурных взаимодействий между разными конкретными сообществами, странами и народами. Эти взаимодействия основаны на общих ценностях и взаимовыгодных долгосрочных стратегических приоритетах развития и обозначаются авторами как транспортно-цивилизационные коридоры. Они оказываются исключительно значимыми применительно к Сибири и ее локальным сообществам. Обосновывается перспективность параллельного продвижения обоих этих стратегических транспортно-цивилизационных меридиональных проектов, важных для внутри- и макрорегионального сибирского развития, международного сотрудничества, укрепления геополитических позиций России, а также интеграции всей Евразии на принципах взаимной выгоды, добрососедства и культурного диалога.