Статья: УЧАСТИЕ СПЕЦИАЛИСТА В СЛЕДСТВЕННЫХ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЯХ (АСПЕКТЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА) (2025)

В рамках международного строительного контрактного права на современном этапе существенным фактором остается поиск эффективных и мирных способов разрешения споров. Их актуальность обусловлена ростом транснациональных проектов и необходимостью применения унифицированных подходов к урегулированию конфликтов.

Цель исследования - выявить основные тенденции и направления развития мирных средств разрешения международных строительных споров с учетом растущего числа трансграничных контрактов и активности международных судебных институтов. Анализ базируется на сравнительно-правовом методе, контент-анализе научных публикаций и материалов международных конференций, а также изучении практики международных арбитражных трибуналов.

Уделено внимание документам Международной федерации инженеров-консультантов, регламентирующим процедуру арбитража.

Результаты: исследование показало актуальность гармонизированных процедур арбитража и медиации в строительных проектах, что позволяет снижать время и затраты при разрешении конфликтов.

Показано, что глобальные тенденции в деятельности международных судебных органов затрагивают национальное правовое поле и формируют новые подходы к регулированию строительных споров. Продемонстрирована автономизация международных судов и их взаимодействие с государствами, что влияет на баланс суверенитета и обязательства стран-участниц.

В статье показана необходимость рассмотрения направлений повышения эффективности расследования преступлений, связанных с неправомерным доступом к компьютерной информации, что обусловлено их широкой на сегодняшний день распространенностью. Прикладное значение исследования заключается в возможности формирования на основе криминалистической характеристики указанного вида преступлений частных криминалистических методик расследования таких преступлений, создания криминалистических учетов цифровых доказательств, разработки специализированного программного обеспечения в виде систем поддержки принятия решений, применяемых при выдвижении следственных версий.

Цель исследования: описание элементов криминалистической характеристики преступлений, связанных с неправомерным доступом к компьютерной информации, с учетом современного развития информационных технологий. В процессе исследования использовалась совокупность общих (описания, обобщения и сравнения), общенаучных (анализа, синтеза, моделирования и классификации) и частнонаучных (статистический, кибернетический) методов познания.

Результаты: описаны элементы криминалистической характеристики преступлений, связанных с неправомерным доступом к компьютерной информации, которые могут выступить основой для формирования информационной модели (цифрового двойника) преступления.

Актуальность проблематики настоящей статьи обусловлена необходимостью совершенствования правоприменительной практики в области квалификации преступлений, предусмотренных ст. 285 и 286 УК РФ. Критический обзор разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, приговоров и научных работ позволил сделать вывод, что главным препятствием для единообразного разграничения злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий выступает отсутствие в уголовно-правовой доктрине теоретически зрелой конструкции должностного полномочия.

Цель: предложить определение категории «должностное полномочие», которое содержит субстанциональные признаки и раскрывает его правовую природу, разработать конструкцию должностного полномочия и продемонстрировать ее влияние на квалификацию преступления.

Методы: теоретические методы формальной и диалектической логики; эмпирические методы сравнения, описания, интерпретации; частнонаучные методы: юридико-догматический и толкования правовых норм.

Результаты: обоснован конструктивный базис должностного полномочия как структура следующих элементов: уполномоченное лицо (должностное лицо), субъект уполномочивания, интересы субъекта уполномочивания, дозволенное действие, условия и основания осуществления дозволенного действия, перечень нормативно-правовых актов. Предложенная конструкция должностного полномочия апробирована на примере приговора суда. Автор статьи уточняет новые критерии разграничения преступлений, предусмотренных ст. 285 и 286 УК РФ, и показывает, как изменится представление о содержании деяний, соответствующих указанным составам.

Актуальность исследования, представленного в настоящей публикации, в целом обусловлена существенным влиянием языковой формы российского уголовного закона на практику его применения, что требует научно обоснованного подхода к выбору лексических единиц при формулировании уголовно-правовых предписаний с целью придания им точности и ясности. Из большого массива существующих в этой сфере проблем выбрана одна, ранее почти не освещавшаяся в научной литературе, - проблема, состоящая во включении в бланкетные предписания российского уголовного закона псевдобланкетных терминов, что создает видимость зависимости содержания уголовно-правового предписания от нормативных правовых предписаний иной отраслевой принадлежности при фактическом отсутствии такой зависимости.

Цель публикации - определение феноменологии псевдобланкетных терминов в российском уголовном законе и выявление их влияния на судебную практику. В процессе исследования использованы общенаучные (индукции, дедукции, анализа, синтеза, системно-структурный) и традиционные для юриспруденции частнонаучные (формально-юридический, социологический, историко-правовой, сравнительно-правовой) методы познания, а также применяемые в лингвистике методы стилистического, лексического и контекстуального анализа.

В результате проведенного исследования сформулировано определение понятия «псевдобланкетный термин», охарактеризована лингво-юридическая природа псевдобланкетных терминов уголовного закона, выделены их типы, установлены причины их появления, выявлено негативное влияние их наличия в российском уголовном законе, с одной стороны, на точность и ясность бланкетных уголовно-правовых предписаний, с другой - на складывающуюся судебную практику, проявляющееся в том, что правоприменитель вынужден использовать псевдобланкетные термины в своих решениях, поскольку излагать их можно только в той словесной форме, которая принята в уголовном законе; в итоге в правоприменительных актах фигурируют явления, по сути, не существующие в правовой реальности.

Предлагаются авторские рекомендации, направленные на устранение псевдобланкетных терминов из текста российского уголовного закона и недопущение их использования в будущем.

Статья посвящена комплексному исследованию криминалистического обеспечения предупреждения преступлений против семьи и несовершеннолетних. Автор анализирует исторические предпосылки формирования теории (учения) криминалистического предупреждения преступлений, выделяет дискуссионные вопросы, возникающие при трактовке терминологии и содержания данного направления правоохранительной деятельности.

Цель работы - определение понятия и системы криминалистического обеспечения предупреждения преступлений против семьи и несовершеннолетних в целях ее прикладного использования.

Методологическую основу исследования составили общенаучные и частнонаучные методы: диалектический, формальной логики (анализа, синтеза, индукции, дедукции), исторический, системный, сравнительный, герменевтический и др.

Результаты: на основе анализа представленных в криминалистической науке позиций отдельных ученых и проведенного исследования автор предлагает собственное ви́дение криминалистического обеспечения предупреждения преступлений против семьи и несовершеннолетних, выделяет структурные элементы такой системы, включая задачи, субъекты предупреждения, объекты предупредительного воздействия, а также криминалистические ситуации и соответствующие средства, методы и технологии криминалистического предупреждения. Аргументируется необходимость модернизации существующих методик анализа криминалистически значимой информации, повышения профессиональной подготовки сотрудников правоохранительных органов в данной области, активного использования информационных технологий и усиления межведомственного взаимодействия в целях минимизации рецидивной преступности и обеспечения эффективной защиты прав и законных интересов семьи и несовершеннолетних.

Институт внесудебного взыскания посредством совершения нотариусом исполнительной надписи занимает особое место среди форм защиты субъективных гражданских прав и законных интересов. В последнее время обсуждается законопроект о применении данного института к взысканию задолженностей граждан и организаций по оплате жилищно-коммунальных услуг. Однако эта новелла может послужить не столько защите прав кредиторов, сколько усложнить процесс взыскания таких задолженностей.

Цель: выявление последствий закрепления возможности внесудебного взыскания задолженностей по жилищно-коммунальным платежам на основании исполнительной надписи нотариуса.

Методы: анализа и синтеза, дедукции и индукции, описания, толкования.

Результаты: выявлены негативные последствия закрепления возможности внесудебного взыскания задолженностей по жилищно-коммунальным платежам на основании исполнительной надписи нотариуса. Исследование показало, что любое внесудебное взыскание противоречит конституционному положению, согласно которому никто не может быть лишен принадлежащего ему имущества иначе как по решению суда. К числу недостатков исследуемого института автор относит неопределенность в вопросе о том, кто будет оплачивать услуги нотариуса, а также требование, обращенное к должнику, о необходимости доказать обоснованность несогласия с совершенной нотариусом исполнительной надписью. Не учтено и то, что для совершения нотариусом исполнительной надписи необходимо письменное согласие обеих сторон спорного материального правоотношения, которое в действующих договорах на оказание жилищно-коммунальных услуг отсутствует.

Анализ правовых основ деятельности органов Федеральной службы безопасности Российской Федерации (далее - ФСБ России), в частности объектов безопасности, находящихся в их поле зрения, требует однозначного понимания каждого ключевого термина. В правовых документах определены не все эти термины, а в теоретических исследованиях предложены различные подходы к их толкованию. В частности, в теории неоднозначно оцениваются пределы распространения полномочий ФСБ России. Вследствие этого не сложилось единого мнения о правовом статусе Службы. Ее предлагают считать либо органом государственной, либо органом национальной безопасности.

Цель работы: сопоставить разобщенные теоретические взгляды на проблему и определить место ФСБ России в системе обеспечения безопасности.

Методы: системного и структурно-функционального анализа, сравнительно-правовой и формально-юридический.

Результаты: установлены различия между некоторыми близкими понятиями, которые в научной литературе используются для обозначения объектов безопасности, входящих в сферу полномочий ФСБ России (конституционный и государственный строй, территориальная и государственная целостность, суверенитет и независимость и др.); выявлены признаки таких объектов безопасности; сделан вывод, что ФСБ России наделена строго определенным объемом полномочий, не выходящих за пределы одного из стратегических направлений обеспечения безопасности, выделенных в Стратегии национальной безопасности РФ, а именно обеспечения государственной и общественной безопасности. При этом обеспечение государственной безопасности является приоритетным. Общественный компонент обеспечения безопасности системой ФСБ России проявляется в случаях совокупного эффекта.

В современных условиях обеспечение государственной безопасности Российской Федерации приобрело особую актуальность. Важной предпосылкой повышения ее уровня является надлежащее правовое регулирование отношений в данной сфере. Совершенствование законодательства в области обеспечения безопасности государства возможно в том числе и на основе использования уже имеющегося отечественного опыта.

Цель: провести анализ развития и современного состояния правовой основы обеспечения государственной безопасности России, сформулировать выводы и предложения, которые могут быть использованы для ее совершенствования.

Методы: историко- и сравнительно-правовой, формально-юридический. Результаты: установлено, что термин «государственная безопасность» начал использоваться еще в дореволюционном законодательстве. В советский период он получил широкое распространение. Правовому регулированию отношений в сфере безопасности государства в СССР уделялось большое внимание, этому был посвящен ряд нормативных документов, изданных различными органами власти. Действующее законодательство Российской Федерации в области обеспечения государственной безопасности содержит ряд положений, схожих с теми, что были закреплены в актах СССР.

Одной из основных проблем в регулировании указанных отношений в настоящее время является отсутствие легального определения термина «государственная безопасность». Его нормативное закрепление позволит разграничить понятия «государственная безопасность» и «национальная безопасность», будет способствовать повышению уровня обеспечения безопасности государства.

С развитием искусственного интеллекта появляется все больше технологий, разработанных на его основе, к числу которых относится технология дипфейка, позволяющая создавать и изменять аудиовизуальный цифровой контент с целью создания максимально реалистичных и правдоподобных изображений, которые не существуют в реальности. При этом цель, ради которой создается дипфейк, может быть законной или незаконной.

Однако в любом случае дипфейки подрывают доверие к информации, поскольку вероятность того, что изображение, которое человек видит на экране устройства, существует лишь в электронном мире, возрастает в геометрической прогрессии.

Цель: анализ правового регулирования создания и использования дипфейков, выявление пробелов и поиск способов сделать их безопасными.

Методы: эмпирические методы сравнения, описания, интерпретации; теоретические методы формальной и диалектической логики; частнонаучные методы: юридико-догматический и толкования правовых норм.

Результаты: сформулированы предложения, реализация которых позволит исключить нарушения прав и законных интересов граждан при использовании дипфейков.

Начало правления Александра I российское общество связывало с проведением в государстве политических, экономических и социальных реформ. Крепостное право, ограничение гражданских свобод, необходимость структурных преобразований в управлении государством, формирование конституционализма и народного представительства - все эти вопросы стояли остро и требовали решения. Однако надежды на проведение коренных изменений не оправдались. Идеи естественного права эпохи Просвещения, Великая французская революция и победа России в Отечественной войне 1812 г. способствовали возникновению тайных организаций, наиболее известными из которых были Южное и Северное общества. Основные концепции преобразования Российской империи изложены в программных документах руководителей этих обществ - «Русской правде» П. Пестеля и «Конституции» Н. Муравьёва. В них предлагалось два варианта политического устройства: республика (П. Пестель) и конституционная монархия (Н. Муравьёв).

Цель исследования: анализ идей о «революции сверху», реформаторских предложений о модернизации страны на разных этапах правления Александра I как факторов, во многом предопределивших идеи декабристов и их последователей.

Методы: теоретический (диалектической логики), эмпирические (сравнения, описания), частнонаучный (историко-правовой).

Результаты: исследование позволило выявить два направления политической и юридической мысли в период правления Александра I: правительственное («революция сверху») и неправительственное (дворянско-либеральное и революционно-дворянское).

Актуальными задачами в рамках дальнейшего развития правовой системы Российской Федерации являются разработка единого общефедерального кодифицированного нормативного правого акта, регулирующего вопросы проведения правового мониторинга, в том числе мониторинга правоприменения, а также разработка действенных механизмов участия институтов гражданского общества в мониторинге правоприменения для повышения его реальной эффективности.

Цель: определение путей совершенствования законодательства Российской Федерации по вопросам участия институтов гражданского общества в мониторинге правоприменения и развития института общественного мониторинга правоприменения.

Методы: юридической компаративистики, толкования юридических норм, формально-юридический и правовой герменевтики. По итогам проведенного исследования авторы пришли к выводу, что в России предусмотрена возможность участия граждан и общественных объединений в мониторинге правоприменения, однако юридические механизмы реализации данной возможности не установлены, общественность привлекается к мониторингу крайне редко. Вместе с тем участие общественности в мониторинге может повысить его эффективность и обеспечить учет интересов широких слоев населения. Авторы полагают, что совершенствование действующей нормативной правовой базы, регулирующей осуществление мониторинга правоприменения в Российской Федерации, должно идти по пути принятия единого федерального закона о правовом мониторинге в Российской Федерации, в котором можно было бы урегулировать и вопросы участия широкого круга институтов гражданского общества.