Статья: Общество знания: проект, прогноз и реальность (2024)

Цель работы – показать, что отдельные элементы манипулятивистской концепции причинности Дж. Вудварда способны играть роль «исключительных (salient) характеристик объяснения», которые могут ассоциироваться со значимыми характеристиками мета-обоснования тому, что «система эмпирических убеждений, которая обоснована в соответствии с принятыми стандартами, тем самым с большой вероятностью (likely to be) соответствует реальности», в ситуации, когда апелляция к более традиционным концепциям объяснения – унификационистской (Ф. Китчер) или причинностной (У. Сэлмон) – не принимается в силу «парадигмального конфликта», разделяющего данное научное сообщество. В качестве эвристики рассматривается рецепция концепции К. Ренфрю распространения индоевропейского языка по территории Европы в период неолитической революции, предложенная Э. Уайли с целью показать, что «обсуждение противоречивости объяснения явлений в концепции Ренфрю раскрывается в точности по линии, разделяющей интуиции Китчера и Сэлмона». Ключевым компонентом мета-обоснования будет понятие «инвариантности» или «сохранения» предполагаемого объяснения «перед лицом новых данных» (Л. Бонжур). Объяснение будет инвариантным «по Вудварду», когда его функционально значимые компоненты (как часть предлагаемого механизма объяснения) будут связаны отношением «конституирующего объяснения» (К. Крэйвер), характеризуемого и отличающегося от отношения причинности требованием «совместной манипулируемости экспланансов и экспланандума».

В статье анализируется история взаимовлияния и сложных личных взаимоотношений литературного критика А. Л. Волынского и писателя Д. С. Мережковского. Знакомые еще по учебе в Петербургском университете, они на протяжении десяти лет сотрудничали в журнале «Северный вестник», ставшем форпостом борьбы против социологизма и позитивизма в системе художественной мысли, и стали предтечами русского религиозно-философского ренессанса конца XIX – начала XX в. Практически одновременно они переоткрывают читающей публике Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского и – каждый по-своему – ищут пути к новой религиозности. Непрочный союз литераторов рушится из-за их разногласий относительно философии Ницше: Волынский не приемлет ницшеанского имморализма, крайнего индивидуализма и безбожия. Принципиально различными оказываются и их трактовки Ренессанса: если Мережковский в ницшеанском ключе рассматривал его как период возрождения живого, светлого языческого начала, борящегося с сумрачным христианством, и жаждал наступления Третьего Ренессанса, то Волынский трактует Ренессанс как движение антихристианское, демоническое, реставрацию темных языческих начал.

Анализируется типология теорий тождества личностей. Выделяются критерии, являющиеся основаниями концептуализации теорий тождества: психологический, биологический, субстанциальный и нарративный. Представлены основные аргументы в пользу применения каждого критерия. Обозначены направления современной критики анализируемых теорий. Исследуется холистический потенциал теории нарративной идентичности в контексте совместного применения психологического, биологического и нарративного критерия для решения проблемы тождества личности. Утверждается, что теория нарративной идентичности допускает использование трех обозначенных критериев при конструировании холистической модели личной идентичности через ряд диалектических оппозиций: Я/Другой; личное/социальное; субъективное/объективное; интенциональность/пассивность; интеллигибельное/физическое.

Предмет статьи – аналогия между алгебраической системой формальной логики и алгебраической системой формальной аксиологии. Цель – уточнение некоторых ранее опубликованных формулировок упомянутой системы и прояснение взаимоотношения между похожими, но различными понятиями «формально-логическое противоречие» и «формально-аксиологическое противоречие». Даны исправленные дефиниции ряда базовых терминов; установлена фундаментальная аналогия между алгебраической системой формальной логики и алгебраической системой метафизики как формальной аксиологии. Особое внимание уделено неожиданной аналогии между статусом самопротиворечия в алгебре формальной логики и статусом самоуничтожения (самоубийства) в алгебре формальной аксиологии: «самоубийство в ответ на то, что (по мнению самоубийцы) неприемлемо» есть формально-аксиологический аналог «формально-логического доказательства сведением противного к абсурду».