Статья: СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АСПЕКТ АДАПТАЦИИ ЛИЦ С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ (2018)

Организацией, подготовкой и проведением конференции традиционно занимался отдел истории Востока (рук. Д. Д. Васильев) Института востоковедения РАН. На церемонии открытия конференции с приветствиями выступили научный руководитель ИВ РАН академик РАН, доктор исторических наук В. В. Наумкин, заместитель директора по науке ИВ РАН кандидат исторических наук Н. Г. Романова, заместитель председателя оргкомитета конференции доктор исторических наук В. В. Беляков

В статье рассмотрен образ Прометея в контексте мировой драматургии. Начиная обзор с античных трактовок и завершая трагедией Мустая Карима, в работе проанализирована трансформация образа на протяжении нескольких веков в творчестве разных авторов. Образ мифологического героя был интересен в разные эпохи, авторы обращались к нему в трагические периоды истории своих стран и народов. Именно титаническим образом Прометея они подчеркивали масштабность и глобальность проблемы. Одна из главных интересующих идей – это божественное и человеческое начало, которое подразумевает свободу, выбор и ответственность. Были проанализированы произведения авторов, которые рассматривали Прометея не только как символ или мифологический образ, а как литературного, героического, трагического героя, которому присущи экзистенциальные противоречия. Но есть произведения, открывшие совершенно новые конфликты. Среди них трагедия М. Карима «Ташлама утты, Прометей!» (1976; «Не бросай огонь, Прометей!»), которая сумела вобрать в себя не только все преимущества прежних трактовок, но и дать новое видение образа героя. В мировой мифологии Прометей – это Бог, герой, совершивший героический поступок ради людей. В интерпретации авторов разных эпох образ модифицируется и приобретает совершенно разные значения. Начиная от античности и приближаясь к XX веку, это не только титан, а образ, который вбирает в себя новые символы. Эсхил в трагедии «Прикованный Прометей» (V в. до н. э.), Иоганн Вольфганг Гете в неоконченной драме «Прометей» (1773), Пирси Биши Шелли в драматической поэме «Освобожденный Прометей» (1819), Вячеслав Иванов в трагедии «Прометей» (1919) и Мустай Карим в произведении «Не бросай огонь, Прометей!» рассматривают образ Прометея не только как мифологический, но и как носителя трагического сознания. Эсхил вносит две основные черты в образ титана: во-первых, он – первооткрыватель всех благ цивилизаций, во-вторых, достойный соперник Зевса. В отличие от всех других героев Эсхила, источник страданий Прометея находится в его собственной власти. Он держит в своих руках тайну Зевса, которая может освободить его от страданий, но предпочитает сохранить ее, тем самым обрекая себя на новые мучения на протяжении многих веков. На божественном, «абсолютном» уровне образ Прометея созвучен с героической самоотверженностью Антигоны. Прометей Эсхила – божественный титан, а Прометей Гете – бунтарь и поэт. Его герой свободен и романтичен. Люди – его создания, творения. Они прометееподобны. Нет разделяющей бездны между человеком и титаном. Прометей Гёте учит их жить, любить и даже ненавидеть, как он сам. В его изображении и жизнь, и любовь, и даже смерть – нечто прекрасное и восхитительное. Он восстал не ради могущества над богами, людьми, а ради жизни на Земле и устранения господства богов. Утверждением торжества добра и справедливости, свободы и человеческого счастья, триумфа светлого начала является титан Шелли. Его Прометей – носитель духовного начала, разумной свободы. Прометей Вячеслава Иванова (1866–1949), ученого, филолога, знатока и переводчика поэтов Древней Греции, – Бог и титан, герой, мятежник и деятель. Совершенно по-другому видит своего героя Мустай Карим. Для него Прометей – Бог и титан, философ, герой и деятель. Герой М. Карима экзистенциален. Он полон решимости, но иногда его одолевают сомнения. Для него поступок – это обретение себя. В этом его свобода. А несвобода в том, что поступить по-другому он не может. Автор, наравне с трагическим героем Прометеем, вводит человека, в котором изначально заложено божественное начало. Классик башкирской литературы позаимствовал сюжет из мифа, чтобы показать огромный мир людей, в котором заключается всё: и слабости, ведущие к преступным деяниям, и нравственное начало, которое делает человека способным на подвиг. Каждая трактовка нова и интересна по-своему, но завершить историю образов невозможно. Следующая эпоха создаст своего Прометея и дополнит историю образа

В статье подвергаются анализу термины, используемые в области категории кратности действия в башкирском языке. Целью исследования является: выявление степени изученности данной категории, определение роли лингвистов и авторов учебников в формировании терминологии в этой области. Изучение категории кратности действия берет свое начало с первой учебной грамматики по морфологии башкирского языка, изданной в 1925 году. Авторы учебника впервые выделили глагольные формы с аффиксом -ғыла/-гелә со значением повторяемости действия и ввели термин повторительный аймак ‘ҡабатлыҡ аймағы’. Под термином ‘аймаҡ’ изучаются глагольные формы, относимые в настоящее время к глагольным категориям объема1 (вида) ‘ҡылымдың күләм категорияһы’ и залога ‘ҡылымдың йүнәлеш категорияһы’. В учебнике А. Мансурова «Грамматика. I киҫәк. Фонетика һәм морфология» (1933; «Грамматика. I часть. Фонетика и морфология») выделены уже два аффикса – -ғыла/-гелә и -штыр/-штер (автор называет их ‘суффиксами’). Они приводятся в составе особой морфологической категории глагола, которая названа термином степени глагола ‘ҡылым дәрәжәләре’. Одним из первых в тюркологии подвергает всестороннему анализу способы глагольного действия в башкирском языке А. И. Харисов. В монографии «Категория глагольных видов в башкирском языке» [11] в составе глагольных форм с видовыми значениями выделяет особый ‘многократный вид’. При этом ученый определяет, что для выражения способов действия в башкирском языке используются не только аффиксы, но еще аналитические средства и особые видо-временные формы, описанные под термином ‘время-вид’. Н. К. Дмитриев выделяет две категории в составе категории глагольного вида ‘ҡылым төрө’ в башкирском языке. Глагольные формы с аффиксами отнесены к 1-ой категории, названной термином ‘формы усиления и ослабления действия’, ко 2-ой – аналитические конструкции с модальными глаголами ал-, бир-, кил-, кит-, бар-, йөрө-, тор-, сыҡ-, ебәр- и др. Дж. Г. Киекбаев для обозначения способов глагольного действия вводит термин объем глагола ‘ҡылым күләмдәре’. Данный термин используется во всех современных учебниках по башкирскому языку, при этом выделяется уже три способа его выражения: 1) синтетический, 2) аналитический, 3) повторение глагольных форм

Монография члена-корреспондента Академии наук Республики Башкортостан, профессора Гиниятуллы Сафиулловича Кунафина изначально привлекает внимание как продуманный с композиционной точки зрения научно-литературный источник универсального характера. Он, с одной стороны, освещает жизненный путь великого поэта, дает оценку и анализирует его творчество, с другой – является хрестоматийным источником, включавшим лучшие творческие образцы и посвященным студентам вузов, ссузов, старшеклассникам, а также читателям широкого круга. В приложении труда имеются яркие произведения поэта, внесенные в вузовские, ссузовские и школьные программы. Некоторые из них даны в сокращенном виде, при этом не искажены содержание и поэтическая наработка

В статье на основе материалов Центрального государственного архива Республики Дагестан рассматривается система военного судопроизводства в крепости Святого Креста. Святой Крест, заложенный Петром I на р. Сулак, стал важным административным центром царизма на Северном Кавказе. В компетенцию коменданта крепости входили военные, административные и судебные функции. Порядок и дисциплина в Святом Кресте во многом поддерживались благодаря четко слаженной системе военного судопроизводства. В нем рассматривались многочисленные уголовные дела строго в соответствии с инструкцией Военного артикула Петра I, на основании которого военным судом выносились приговоры преступникам. Комендант крепости являлся главой военного суда гарнизона. Без его ордера ни солдату, ни офицеру кригсрехт не мог вынести решение. По завершении уголовного дела материалы передавались командующему Низовым корпусом. Только он мог вынести окончательный вердикт по тому или иному уголовному делу. Комендант должен был периодически отчитываться перед Военной коллегией относительно лиц, приговоренных к смертной казни, в первую очередь, по политическим мотивам. Характерной чертой военного судопроизводства в крепости было то, что все военные чины от офицера до рядового солдата были равны перед законом, ни знатность, ни высокий чин, ни состояние не освобождало преступника от наказания

Статья посвящена исследованию арабографичных рукописей отделов редких книг Национальной библиотеки им. Ахмет-Заки Валиди РБ и Научной библиотеки Уфимского федерального исследовательского центра РАН. В работе внимание уделяется классификации данных источников по тематическому признаку. По содержанию арабографичные рукописи фондов мы поделили на фундаментально-религиозные и светско-религиозные произведения. Фундаментально-религиозные включают в себя труды по мусульманскому праву, исламскому вероубеждению, корановедению, хадисологии, нравоучению, религиозной философии и суфизму. К светско-религиозным относятся произведения по грамматике арабского языка, логике, риторике, литературе, медицине и истории. Хронологически источники относятся к XV– XIX вв., но большинство из них являются переписками XVIII–XIX вв. Одной из основных проблем является вопрос о распространении фундаментальнорелигиозных источников на территории Башкирии. Ключевую роль в данном процессе, на наш взгляд, сыграла мусульманская духовная элита (муфтии, имамы, кади и т. д.), которая обрела официальный статус с созданием Оренбургского магометанского духовного собрания (ОМДС) во 2-ой половине XVIII в

Развитие любого региона – многомерный и многоаспектный процесс, который базируется на совокупности экономического, социального, интеллектуального и культурного потенциала общества. Необходимым условием для динамичного развития конкретного региона является также взаимопонимание и согласие между разными группами проживающего на данной территории населения. Достижение взаимопонимания и связанного с этим причастности людей к судьбе своей малой родины невозможно без уважительного отношения к ее истории. В статье анализируется исторический опыт развития Башкортостана, который оценивается как фактор социальной мобилизации населения республики. Сделан вывод о том, что Башкортостан, благодаря своему геополитическому положению, всегда играл и играет важную связующую, интегрирующую роль во взаимодействии со славянской, угро-финской и тюркской цивилизациями, сохраняя при этом этнокультурное своеобразие, определенную политическую самостоятельность и мощный экономический потенциал. Накопленный на протяжении тысячелетий позитивный исторический опыт может быть использован в целях устойчивого развития и инвестиционной привлекательности Башкортостана на современном этапе

В данной статье рассматриваются в единстве и взаимосвязи три аспекта назывных предложений: семантический, структурный и функциональный. В качестве основного фактического исследования послужили образцы башкирской разговорной речи. Назывные предложения используются в разговорной речи, придавая тексту лаконичность, эмоциональность, краткость, динамику, дают возможность избежать излишнего повторения местоимений. Они играют ведущую роль в описании, т. к. обеспечивают выразительность и наглядность изображения. В них явление, процесс, события, картина, предмет обычно только называются. В башкирской разговорной речи рассматриваются следующие виды назывных предложений: назывное описательное, назывное со значением эмоции, назывное со значением пожелания, назывное со значением брани. Они являются формой, служащей для экономного и экспресcивного выражения утверждения о существовании предметов, явлений, действий, признаков. В данной статье термин «разговорная речь» понимается как речь персонажей художественной литературы, в первую очередь, драматических произведений. Привлекались также конструкции монологической речи (из авторских повествований, диалектной речи, записей живой речи). Мы считаем, что главные синтаксические особенности разговорной речи отразились именно в художественной литературе

Статья посвящена научной и научно-организационной деятельности члена-корреспондента Академии наук Республики Башкортостан, доктора филологических наук, профессора Ишмухамета Гильмутдиновича Галяутдинова, внесшего большой вклад в развитие российской гуманитарной науки. Он известен в научных кругах России и за рубежом как исследователь истории литературного языка и народных игр башкир. Ученый принял участие в научных экспедициях по сбору и изучению рукописных и старопечатных книг на арабском, персидском и тюркских языках. И. Г. Галяутдинов сыграл большую роль в развитии академической науки Башкортостана. Прошел путь от стажера-исследователя до заведующего отделом Института истории, языка и литературы УФИЦ РАН. В Академии наук РБ вначале был главным ученым секретарем, затем – академиком-секретарем Отделения гуманитарных наук. Будучи ректором Уфимского государственного института искусств имени Загира Исмагилова, ученый внес вклад в его развитие.

Мавля Кулуй – один из известных тюркских поэтов XVII столетия во всем Урало-Поволжье, чье творческое наследие сохранилось в относительно полном объёме. Документальных свидетельств о личности, месте рождения и жизненном пути поэта нет. Немногие факты можно обнаружить лишь в его хикматах. Есть хикмат, в котором поэт сообщает свое имя – Мавли, указывает год написания этих стихов – 1677. В других хикматах он называет себя тахаллусом (псевдонимом) Мавля Кулуй. По хикматам можно судить, что в юности он был человеком свободомыслящим, учился в медресе, перенес немало трудностей, а к старости поддался влиянию суфизма. По-видимому, именно в преклонном возрасте он нашел в нем свое подлинное поэтическое призвание. Но как бы поэт не осуждал мирскую суету, он не мог окончательно отрешиться от забот своего времени, в его хикматах то и дело прорываются очарование красотой жизни, а также тревожные мысли о несовершенстве мира, человеческих пороках. В его высказываниях много хорошего о семье, о взаимоотношениях родителей и детей, призывает отличать друзей от врагов, размышляет о ценности жизни. Воздает хвалу людям труда, земледелие объявляет святым, высоконравственным занятием. Поэт, входя в явное противоречие с догмами суфизма, утверждает, что тот, кто не дорожит жизнью и проводит свои дни беспечно и бездумно, проживает впустую. Добро и зло, дружба и вражда, честность и двоедушие в его хикматах изображаются в контрастных сопоставлениях

В статье рассматриваются языковые средства ритмизации прозы башкирского писателя Т. Гиниятуллина. Особое внимание обращается на различные виды повторов, которые организуют повествование в романе «Загон» (2004) и повести «Гегемон» (2003). Прослеживается функция словесных образов актуализировать духовные поиски героя. Анализируются различного уровня повторы, представляющие в тексте основные смыслы: «маялся в одиночестве», «отчаянно одиноким», «в тоскливом одиночестве», духовное беспокойство, творческое начало личности главного героя, находящейся в постоянном развитии и совершенствовании, реализующие в совокупности метасмысл, или идею духовного антагонизма главного героя и современного общества. Повтор создает не только особый речевой ритм, пронизывающий весь художественный текст, но и композиционный, который проявляется внутри не только фразы, но и всего абзаца. Повторение слова, образа способствует возникновению нового значения, необычного смысла

Целью исследования является анализ запретов и предписаний, записанных у башкир Самарской и Саратовской областей Российской Федерации. Актуальность исследования обусловлена проблемой пересмотра взглядов на общечеловеческие и национальные ценностные ориентиры в современном обществе. Автором был использован комплексный подход, предполагающий анализ философских, этнографических работ. Исследование проведено с использованием полевых материалов, полученных в ходе глубинного интервью. Кроме того, в работе использовались сравнительно-исторический и типологический, описательный методы исследования Выявлена степень сохранности, бытования отдельных запретов и предписаний башкир указанных областей; установлены типологические сходства с такими же правилами поведения башкир, проживающих на территории Республики Башкортостан. Изучение запретов и предписаний, зафиксированных в ходе полевых исследований, позволило сделать вывод о том, что они играли важную роль в регламентации нравственной жизни, регулировании взаимоотношений в традиционном обществе и, несмотря на длительное проживание башкир в инокультурной среде, сохранились по сегодняшний день. В них просматриваются отголоски древних верований, нормы ислама, способы приспособления к окружающей среде и смягчения ее негативного влияния на человека

Первые свидетельства проникновения населения с территории иранского нагорья относятся к концу верхнего палеолита. После оледенения заселение Южного Зауралья осуществлялось с территории Южного Прикаспия. В неолите новая волна переселенцев принесла на Южный Урал домашних животных и навыки скотоводства. В Урало-Поволжье были обнаружены самые ранние свидетельства одомашнивания лошади. Предположительно, от праалтайского населения степной зоны Урало-Поволжья навыки коневодства были переданы другим народам. Очередной культурный импульс пришелся на эпоху развитого бронзового века и связан с распространением вместе с индоарийским населением металлургии и сложного потестарного общественного устройства. В раннем железном веке территорию Южного Урала заселяют кочевники, среди которых были восточные иранцы, саки и савроматы. В середине I тыс. до н. э. сарматы Южного Урала создали мощное объединение во главе с «царем». В этот период сарматы стали играть доминирующую роль в противостоянии кочевых народов с Ахеменидским Ираном. Вместе с тем между ними наладились тесные торговые и политические отношения. В конце I тыс. до н. э. сарматы в составе других кочевых народов стали активно проникать на территорию Ирана, в Средней Азии кочевники в симбиозе с оседлым населением образовали государства Хорезм и Парфию. В эпоху раннего средневековья отмечено влияние в Урало-Поволжье зороастризма, а затем проникновение из Ирана исламской религии.

В статье проводится попытка реконструкции процесса формирования якутского языка, начиная с древнейшей так называемой ностратической языковой общности, через ее расслоение на 6 современных языковых семей Евразии и до возникновения и распада пратюркского языка в системе алтаистики и формирования на этом фоне одного из ранних тюркских языков – якутского, наряду с чувашским и языком древних уйгуров и его остатка – современных сары уйгуров – жителей внутреннего Китая. В структурном плане статья состоит из краткой историографии рассматриваемого вопроса, характеристики древних этапов становления тюркских языков. При этом внимание обращается на сведения о первых тюркоязычных этносах эпохи раннего кочевничества евразийских степей – хуннах, болгарах, хазарах. Основная часть статьи посвящена становлению якутского языка и его ранних языковых связей с населением индоиранской группы индоевропейской языковой группы на территории Южной Сибири во время скифо-сибирской археологической эпохи (VII–III вв. до н. э.). Эти внесения в формирующийся якутский язык в основном повлияли на его лексику. С другой стороны, на формативном этапе развития языка народа саха достаточно продолжительное время в регионах, лежащих вокруг оз. Байкала и, возможно, на Средней Лене, которая занимает центральную часть современной Якутии (Амгино-Ленское междуречье), мощное содействие оказали монгольские языки. Эти районы предположительно определяются также местами включения в состав словарного фонда якутского языка 4,5% слов тунгусо-маньчжурского происхождения. Приведенные в статье материалы еще раз подтверждают ранее высказанный вывод об особом положении якутского языка в группе тюркских языков алтайской языковой семьи

Рунические надписи тюркских народов называют вечными (beŋgü~beŋkü) скалы и вертикальные камни. Вечной именуют руны и землю (jer). Этот факт, как и нанесение таких надписей на скалы, показывает, что землю связывали с каменной твердью. Составляя космогоническую пару земле, небо также считали каменным. Возможно реконструировать миф творения: первичное каменное, вероятно, яйцевидное тело было разорвано пополам великой силой – одна его половина ушла наверх и стала небом, другая осталась внизу, образовав землю. Горы и вертикальные камни виделись следами вселенского разрыва: неровность земной поверхности создали клочки первобытного каменного естества, вздыбленные к небу Великим Рывком.

Башкирское общественное сознание интерпретируется как сознание традиционалисткого типа, синтезирующего в себе понятия исламской уммы и адата Евразийской степи. К традиционалистскому типу относится и мировоззрение российского (а позднее – советского) общества. Традиционное общество характеризуется моделью общества-Семьи, в отличие от гражданского общества-корпорации, что мы наблюдаем в обоих случаях. Но башкирский и российский патернализмы имели и разные представления о структуре общества-Семьи, патернализм башкир носил более гибкий и менее персонифицированный на главу государства характер, чем патернализм русского сегмента общества. Это происходило потому, что башкирское общество ощущало себя отдельным, автономным обществом-Семьей, включая элемент противопоставления по линии «свой – чужой», в т. ч. и по отношению к государству. Это различие объясняет с точки зрения философии истории многие главные сюжеты башкирской истории, включая феномен башкирских восстаний. Автор проследил основные этапы развития идей общества-Семьи в башкирском обществе в доордынский и ордынский, российский, советский и постсоветский периоды. Наибольшая интеграция башкирского общества в российское, включая сближение почти до полного тождества моделей общества-Семьи и государства-Семьи, выявлена в советский период, башкиры воспринимали свое общество-Семью как часть «большой cемьи советских народов», разделяли мифологемы государства-Семьи, господствовавшие в СССР. Характерный пример: сублимация образа Салавата Юлаева, обладавшего большой потенциальной символической конфликтностью, в исторический символ дружбы народов

В статье автором рассматриваются проблемы и перспективные направления развития системы образования в Республике Башкортостан в рамках тенденции усиления ведущей роли образования в обществе. Автор считает, что основной причиной, вызвавшей необходимость модернизации и совершенствования образования, является включение республики в разветвленную систему международного информационнокоммуникационного пространства, что априори предполагает использование широкой базы данных, в т. ч. зарубежных университетов и научных центров. Образовательные организации региона обладают реальным потенциалом, позволяющим им занять достойное место в российском и мировом сообществах. Раскрываются предпосылки приобретения образованием ведущей роли в обществе, дается определение и характеристики данного феномена. Задача сегодняшнего дня лежит в области формирования не только гражданского, но и образовательного общества, в котором главной целью для каждого человека является получение надлежащего образования как фактора, удовлетворяющего основополагающие права человека (как это провозглашено в «Декларации прав человека»). Это, в свою очередь, формирует ответственность граждан за развитие общества и его биосферы в целом на пути к ноосфере. Образование, являясь отражением социально-культурных процессов в обществе, становится созидательной силой, способной формировать «человеческий капитал», управляет эволюционным процессом, определяет тип строящегося общества. Как социальный институт, образование постепенно превращается в важнейший стимулирующий фактор, который соотносится с перспективными целями, стоящими перед современным обществом, и оказывает влияние на развитие и обогащение социокультурных традиций в обществе. В этом случае ведущей концепцией современного образования становится гуманитарная, т. е. образование должно быть преобразовано, что предполагает усвоение общечеловеческих ценностей, новейших достижений науки и техники, а также многообразие опыта. Усиление ведущей роли образования – это, прежде всего, в ориентации всей образовательной деятельности и ее результатов на перспективные потребности в экономике, в промышленной и непромышленной областях; на новое качество подготовки специалистов в педагогической и профессиональной сферах; на формирование у студентов стремления к приобретению новых знаний. Ведущая роль образования предполагает не простую адаптацию учебных заведений к рыночной системе, а обеспечение их полноценного функционирования в системе рыночных отношений. Последнее рассматривается как позитивный факт в современной России, который стимулирует и делает более динамичными все аспекты деятельности образовательных организаций в сфере высшего профессионального образования. Все вышесказанное требует расширения образовательных услуг. Усиление ведущей роли образования выводит на необходимость формирования новой модели общего и профессионального образования, отвечающей всем требованиям современных социально-экономических отношений в обществе в целом и социального развития. Автор приходит к выводу, что решение данной задачи в системе образования России и ее регионов заключается в том, что должны произойти реальные прорывы в философии образования, в идеологии педагогического и образовательного развития. Автор отмечает факт того, что сегодня уже можно вести речь о том, что самодостаточные региональные системы образования, интегрируясь в мировое пространство, активно взаимодействуют с другими государствами, определяя и прокладывая свои индивидуальные пути сотрудничества и экспорта образовательных услуг. Для выполнения такой функции они имеют все необходимые законодательные основания и нормативные положения, богатый опыт работы по превращению образования в созидательную силу в политической и экономической сферах. Именно в этом и проявляется ведущая роль образования в современном мире