Статья: Экспрессивные этнонимы в русском языке: систематизация и оценка (2024)

Статья приводит экспериментальное свидетельство в пользу различия между мягкими и жесткими пресуппозитивными триггерами, которое чувствительно в отношении подчиненных клауз, являющихся аргументами матричных предикатов пропозициональной установки, речевой деятельности и эмотивных предикатов. В статье показывается, что эти контексты представляют собой еще один тип предложений наряду с Семейством предложений (Family of Sentences), которые способствуют проекции пресуппозиции жестких триггеров в большей степени, чем мягких триггеров. Причина кроется в различии между глобальным vs локальным контекстом проекции пресуппозиции: жесткие триггеры проецируются в глобальном контексте, в то время как мягкие триггеры проецируются в глобальном или в локальном контексте. Эксперимент, изложенный в статье, был задуман как верификационное задание, т. е. испытуемые должны были оценить информацию, представленную в вопросах, в соответствии с информацией, представленной в высказываниях. Информация в вопросах нарушала пресуппозицию высказываний. Следующие 6 русских пресуппозитивных триггеров были экспериментально протестированы: наречия опять и снова, частица тоже (жесткие триггеры), глаголы пропозициональной установки узнать, забыть и фазовый глагол забыть (мягкие триггеры). Триггеры занимали позиции в главной, подчиненной клаузе или в обеих клаузах. Было составлено 2 экспериментальных листа, так что в одном из них вопрос касался триггера в главной клаузе, а другой — триггера в подчиненной клаузе. В статье выявлено, что проекция пресуппозиции не является дефолтным языковым процессом, поскольку совместима с ошибками в прагматических рассуждениях даже для жестких триггеров в контекстах главной клаузы. Кроме того, впервые в статье исследуются комбинации мягких и жестких триггеров в контекстах главных и подчиненных клауз, и эти комбинации сопоставляются с единичными мягкими и жесткими триггерами.

Принято считать, что аспектуальную характеристику предложения в основном определяет наличие определенных видовых форм глагола в позиции вершины конструкции с учетом их лексической специфики, а каких-либо внеглагольных аспектуальных грамматических показателей в языках типа русского в принципе нет. Однако мы полагаем, что акциональный потенциал глагольной лексемы может реализоваться не только с помощью частных значений категории вида, но и с помощью приглагольных аспектуальных грамматических показателей, к каким мы относим частицу было и комплекс чуть (было) не. Иными словами, мы предлагаем рассматривать и частицу было, и комплекс чуть (было) не как приглагольные аспектуальные показатели типа тех, что стандартно используются в изолирующих языках, однако с той поправкой, что эти показатели имеют модальную составляющую, которая у частицы было является позитивной, а у комплекса чуть (было) не — негативной. В конструкции с частицей было эта частица обозначает такое положение вещей, при котором, как правило, желательная и ожидаемая Агенсом ситуация, выражаемая глаголом в прошедшем времени, несмотря на различные операции с ней, в конечном счете не осуществляется. В свою очередь, в конструкции с комплексом чуть (было) не этот комплекс обозначает такое положение вещей, при котором преимущественно нежелательная и неожиданная для Агенса или Экспериенцера ситуация, обозначаемая глаголом в прошедшем времени, потенциально могла бы осуществиться, и могли быть налицо некоторые признаки ее возможного осуществления, но она все же не осуществилась. Таким образом, и частица было, и комплекс чуть (было) не обозначают различные варианты нереализации ситуации, обозначаемой глаголом, к которому они относятся.

В статье исследуются клаузы со значением временного следования, вводимые союзами прежде чем, раньше чем, перед тем как и до того как, с точки зрения степени их интеграции с главной клаузой. На материале Национального корпуса русского языка обосновывается гипотеза, согласно которой степень интеграции адвербиальной клаузы взаимосвязана со степенью грамматикализации союза: чем слабее грамматикализован союз, тем выше степень интеграции вводимой союзом клаузы. Предварительный анализ демонстрирует ту же закономерность в поведении ряда других адвербиальных коннекторов — условных, причинных и уступительных союзов, а также дискурсивных маркеров, производных от союзов. Тем самым обратная связь между грамматикализацией союза и интеграцией клаузы имеет характер общей тенденции.

На материале трех лонгитюдных корпусов спонтанной детской речи (1;8–3;0) рассматривается усвоение форм 1-го лица местоимения-подлежащего и глагола-сказуемого, относящихся к грамматическому центру персональности. Впервые развитие механизма координации «субъект — предикат» сопоставляется со становлением пропозиционального отношения (установки) говорящего. Выявляются условия, «запускающие» оба грамматических процесса. Описывается общее и индивидуальное в усвоении детьми перволичных местоименно-глагольных высказываний и их коррелятов в различных синтаксических позициях.

В статье описываются глагольные каритивные конструкции норвежского языка, характеризуются их формальные и семантические свойства. Конструкции рассматриваются в порядке от семантически ядерных и формально наиболее простых к периферийным, благодаря чему удается сформировать общее представление о границах каритивной зоны норвежского языка и входящих в нее семантических подгруппах. В заключении статьи дается указание на некоторые участки каритивной зоны норвежского языка, для которых нет устойчивых и употребительных способов выражения.

В общегерманском имя *mûdspellja > др.-в.-нем. mûspilli — светский термин со значением ‘тот, кто напоминает’ / ‘напоминающий’. В древневерхненемецком и древнесаксонском это имя, как прозвание ‘Страшного суда’, обретает религиозный смысл. На наличие у mûspilli прямого значения, связанного с понятием ‘память’, указывает первый компонент данного композита (*mūd-), восходящий к и.-е. корню *mēudh-, *mәudh-, *mūdh- ‘думать’, ‘страстно желать’, сохранившемуся в гот. maudjan ‘напоминать’. Второй компонент, -spilli, является продолжением германской основы *spella- ‘речь’.

Исследование посвящено раннему этапу формирования учебной литературы по морскому делу в России в XVIII в. В статье рассмотрены археографические, текстологические и языковые особенности двух рукописных сочинений, сохранившихся в рукописных собраниях БАН — «Книги о учреждении флота» (1735 г.) и «Книги о эволюции флота» (1764 г.), написанной адмиралом С. И. Мордвиновым. В исследовании сочинение 1735 г. также атрибутируется адмиралу Мордвинову, при этом оба текста представляют собой разные этапы подготовки учебного пособия по морской тактике, основанного в конечном счете на французском издании «L’art des armées navales» (1697 г.) профессора Поля Госта. С. И. Мордвинов постепенно улучшает свое учебное пособие на уровне общей структуры, упорядочивая систему частей, глав и параграфов, устраняя структурные недочеты и пропуски раннего сочинения, и работает над его языком.