Публикации автора

ФАКТОРЫ ВНЕШНЕТОРГОВОЙ РЕЗИЛЬЕНТНОСТИ НА ПРИМЕРЕ СТРАН СЕВЕРНОЙ ЕВРОПЫ. СПОСОБНОСТЬ К ВОССТАНОВЛЕНИЮ (2023)

Статья посвящена выявлению и анализу факторов внешнеторговой резильентности (жизнестойкости), а также их количественной оценке на примере стран Северной Европы. Факторы разделены на две большие группы: отражающие устойчивость страны и характеризующие ее способность к восстановлению. Описанные в статье факторы разделены на врожденные (эндогенные) и приобретенные (экзогенные). Исследование посвящено анализу только тех факторов, которые характеризуют способность к восстановлению. В качестве врожденных выделены взаимная торговая зависимость и гибкость структуры экономики региона базирования экспортера. В качестве приобретенных – диверсификация торговых связей, избыточность в торговой сети, ее модулярность. Показатели, помогающие охарактеризовать эти факторы, рассчитаны для стран Северной Европы. В результате получена картина внешнеторговой резильентности с точки зрения способности к восстановлению после шоков. Импортная и экспортная позиции Финляндии, Швеции и Дании оказались достаточно сильными, что стало возможным благодаря их широкой специализации, высокой диверсификации торговых сетей, а также высокой избыточности торговой сети ЕС-27. Ситуация в Норвегии и Исландии менее устойчивая в силу того, что они имеют ярко выраженную внешнеторговую специализацию. Обозначенные факторы теоретически должны способствовать относительно высокой скорости восстановления внешней торговли рассматриваемой страны после шоков. Это подтвердил коэффициент корреляции и эластичности внешней торговли

Циклическая модель инклюзивного роста Европейского союза (2024)

Исследование посвящено определению ключевых характеристик и особенностей инклюзивного роста Европейского союза на современном этапе. В настоящее время ЕС как интеграционное объединение сталкивается с рядом внутренних вызовов, связанных с расхождением экономических интересов стран-участниц и неравномерным распределением выгод и издержек от «двойного перехода» в условиях снижения конкурентоспособности европейской экономики на мировой арене. Стратегическим ответом на эти вызовы стало формирование в ЕС экономики умного, устойчивого и инклюзивного роста. Целью данного исследования является выявление основных черт современной модели инклюзивного роста Европейского союза, а также её сущности и внутренних противоречий. Исследовательский вопрос сформулирован следующим образом: можно ли считать современный экономический рост в ЕС инклюзивным, и какого уровня зрелости он достиг? Методология исследования включает качественный и количественный анализ. Качественный анализ связан с разработкой системы категорий и типологизацией инклюзивного роста в контексте современной европейской модели. Количественный анализ основан на сравнении экономического и социального положения стран ЕС с использованием многомерных индексов развития и благосостояния: Индекса инклюзивного роста ЮНКТАД, Индекса человеческого развития ООН, Индекса благополучия Института Legatum и Индекса счастья Оксфордского университета. Были проанализированы результаты реализации стратегии «Европа 2020», определившей ориентиры инклюзивного роста до 2020 года. Установлено, что наибольших успехов в достижении комплексного инклюзивного роста добились страны Северной и Континентальной Европы, наименьших — страны Центрально-Восточной Европы. Выявлены следующие противоречия в реализации инклюзивного роста в ЕС: конфликт интересов настоящего и будущих поколений при реализации «зелёного курса», расхождение интересов малых и крупных экономик Евросоюза, а также новый прогрессивный тренд, заключающийся в одновременном сокращении неравенства в обществе и ускорении экономического роста ЕС. Полученные выводы позволили определить характерные черты модели инклюзивного роста ЕС как воспроизводимого цикла возникновения социально-экономических противоречий и их разрешения на уровне Союза. Результаты анализа модели инклюзивного роста Европейского союза могут быть адаптированы и использованы для развития поддержки инклюзивного роста в ЕАЭС, а также для определения приоритетов и механизмов государственной социально-экономической политики стран – участниц Евразийского экономического союза.