Публикации автора

Формирование глобальной индийской диаспоры – один из важнейших процессов в условиях глобализации и трансформации мирового порядка. Представители этой диаспоры занимают все более высокие позиции в экономической и политической жизни стран проживания, но вопрос о том, какие дивиденды извлекает из этого Индия, вызывает дискуссии. Существует гипотеза, что по мере продвижения этнических индийцев на руководящие посты в крупных корпорациях и государственном аппарате зарубежных стран экономическое взаимодействие этих стран с Индией будет развиваться активнее, а их внешняя политика по отношению к Индии станет более дружественной. В данной статье автор пытается проверить эту гипотезу на примере Маврикия, Фиджи и США. Если в первом случае индийская диаспора составляет большинство населения, то во втором индийцы остаются дискриминируемым меньшинством. В США же индийцы, будучи меньшинством, широко представлены в политике, на государственной службе, высших управленческих позициях в бизнесе. Индийская диаспора стала важной частью внутриполитического ландшафта США, и во всех последних президентских администрациях индийцы занимали важные позиции. Сделан вывод, что ни в одном из рассмотренных случаев гипотеза о важной роли индийской диаспоры не подтверждается. На Маврикии, несмотря на абсолютный контроль диаспоры над жизнью острова, ее члены воспринимают себя прежде всего как часть маврикийской нации и не собираются действовать в политических интересах исторической родины и помогать ей в противостоянии с КНР. Диаспора на Фиджи представляет для Индии скорее внешнеполитическую проблему, вынуждая индийских политиков регулярно поднимать вопрос о ее дискриминации. Наконец, диаспора в США неохотно инвестирует в ключевые отрасли индийской промышленности, а политики индийского происхождения стремятся подтвердить лояльность новой родине вместо того, чтобы действовать в интересах Индии.

В статье исследуются императивы, которые определяют позицию групп и сил, влияющих на принятие внешнеполитических решений в Индии, по украинскому кризису и усиленному им противостоянию по линии Россия-Запад. Последовательно анализируются восприятие украинского кризиса индийским обществом в целом и наиболее активной его частью - урбанизированным средним классом, экспертным сообществом и СМИ, а также военными, экономическими и политическими элитами. Отмечено, что начало конфликта оказалось шоком для всех социальных групп, рассматривавших Россию как дружественную Индии, но «угасающую» державу. Дефицит информации, отсутствие знаний о боеспособности и планах российской и украинской сторон привели к завышенным ожиданиям и последующему разочарованию. Выявлено постепенное изменение восприятия украинского конфликта в Индии по мере разрастания кризиса и ликвидации дефицита информации, а также его сравнительно незначительное влияние на внутриполитическую индийскую повестку. Сделан вывод о том, что ход конфликта на Украине вызывает наибольший интерес у военных и политических элит: если первые пытаются извлечь из него уроки, то вторые вынуждены прибегать к сложным маневрам на международной арене, пытаясь продолжать политику балансирования в условиях давления со стороны западных стран. Отказ индийского руководства от пассивной позиции в отношении украинского кризиса летом 2020 г. объясняется осознанием необходимости парировать вызовы, с которыми Индия сталкивается в экономической, внутри- и внешнеполитической сфере: возможный дефицит продовольствия, замедление программ развития в условиях сокращения прямых иностранных инвестиций, возможное снижение популярности премьер-министра Нарендры Моди и опасения в отношении растущей зависимости России от Китая.