Публикации автора

На фоне внешних ограничений в России активно развивается внутренний туризм, что, с одной стороны, формирует новые возможности для развития регионов, а с другой — создает определенные риски для устойчивого развития туристических направлений, в том числе в сфере экологии. В некоторых зарубежных странах развитие туризма происходит по траектории устойчивого развития, в рамках которой часть средств, полученных от экономического развития, простимулированного туризмом, направляется на снижение негативного влияния туристической сферы на экологию и качество жизни местных сообществ.

Цели. Дать характеристику современного состояния развития туризма в России с точки зрения принципов устойчивого развития. Провести анализ зарубежных практик в сфере устойчивого туризма и определить ограничения развития устойчивого туризма в России. По результатам исследования предложить ряд мер по поддержке развития устойчивого туризма в России.

Методология. Для оценки развития туризма в России был реализован комплексный системный подход, интегрирующий методы сравнительного, статистического и пространственно-географического анализа. Для оценки практик устойчивого туризма был осуществлен критический и ретроспективный анализ научных публикаций по данной тематике, а также детальный разбор зарубежных и российских нормативно-правовых документов, регламентирующих процессы формирования и развития туристской сферы.

Выводы. При выработке мер господдержки туризма учитывать влияние увеличения турпотока на устойчивое развитие дестинаций, с расчетом их пропускной способности; перераспределять туристические потоки; развивать туристическую инфраструктуру и повышать транспортную доступность; расширять перечень инструментов для развития устойчивого туризма и др.

Relevance. Russia is currently facing sanctions, which have had significant economic and social consequences. These crises have revealed vulnerabilities in the socio-economic system, highlighting the importance of studying them to better address current challenges and mitigate future risks. Objective. The study aims to identify the vulnerabilities in particular aspects of sustainable development across Russia’s regions during the crises of the past 15 years. Data and methods. The study draws on data from the Federal Statistical Service (Rosstat) to calculate a sustainable development index for regions, which tracks the impact of crises on their economic, social, and environmental sustainability. The index is constructed using a classical method, comprising three averaged sub-indices, each representing one of the three components of sustainable development. A higher index value indicates greater sustainability, with the impact of crises varying across regions. Results. During the 2014 crisis, regions specializing in export-oriented industries or those with a significant share of foreign capital in their economies were hit the hardest. Socially, the most vulnerable regions were those along the Chinese border in the Far East, which were impacted by trade restrictions. The 2020 pandemic had economic effects on nearly all regions, with cities of over a million people and their agglomerations suffering the most due to the abrupt suspension of the tertiary sector. The social sphere responds most quickly to crises, while the environmental component is more inert but shows a negative trend despite the crises. Conclusions. For regions with underdeveloped and monocentric economies, support measures should focus on diversifying industries, particularly those aimed at mass consumption. In coal-mining regions, it’s important to develop service sectors related to the industry during stable periods. For the Far Eastern regions, the main support measure is to stimulate industries geared towards meeting Chinese demand.