Публикации автора

В статье анализируется история взаимовлияния и сложных личных взаимоотношений литературного критика А. Л. Волынского и писателя Д. С. Мережковского. Знакомые еще по учебе в Петербургском университете, они на протяжении десяти лет сотрудничали в журнале «Северный вестник», ставшем форпостом борьбы против социологизма и позитивизма в системе художественной мысли, и стали предтечами русского религиозно-философского ренессанса конца XIX – начала XX в. Практически одновременно они переоткрывают читающей публике Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского и – каждый по-своему – ищут пути к новой религиозности. Непрочный союз литераторов рушится из-за их разногласий относительно философии Ницше: Волынский не приемлет ницшеанского имморализма, крайнего индивидуализма и безбожия. Принципиально различными оказываются и их трактовки Ренессанса: если Мережковский в ницшеанском ключе рассматривал его как период возрождения живого, светлого языческого начала, борящегося с сумрачным христианством, и жаждал наступления Третьего Ренессанса, то Волынский трактует Ренессанс как движение антихристианское, демоническое, реставрацию темных языческих начал.

Статья представляет собой историографический и теоретический обзор взглядов представителей русской религиозно-философской мысли конца XIX — начала XX веков на тему западноевропейского Возрождения. Анализируется история понятия «Ренессанс» со времен его введения в научный обиход Жюлем Мишле (1855) и Якобом Буркхардтом (1860). Русской интеллигенцией этот термин был воспринят в интерпретации Фридриха Ницше, противопоставившего индивидуализм и аристократизм Ренессанса эгалитаризму и мещанству современности. Ницшеанская концепция Возрождения Дмитрия Мережковского, искавшего разрешения великого противоречия язычества и христианства и ожидавшего Третьего Возрождения, противопоставляется построениям Акима Волынского, трактовавшего Ренессанс не как возрождение классической красоты и раскрепощение творческих сил индивидуума, но как движение антихристианское, демоническое, реставрация темных языческих начал. Рассматриваются своеобразные трактовки Возрождения и связанные с ними концепции Третьего Ренессанса Фаддея Зелинского и Вячеслава Иванова. Автор подчеркивает, что у энтузиастов Третьего Ренессанса понятие «Возрождение» трактуется расширительно — не только как реставрация античных идеалов, но и как обновление культуры вообще, путь к новому состоянию культуры и общества. Отсюда — идея о множественности «возрождений» в истории, связанная с представлением о цикличности исторического процесса. Отмечается, что в начале XX века в русской философии отношение к Возрождению переосмысляется, в нем находят корни всё углубляющегося кризиса современного общества. Ренессанс критикуется как явление, ответственное за обездушивание и атомизацию западной культуры. Наиболее последовательными критиками мировоззрения ренессансного типа были Николай Бердяев и Павел Флоренский, объявившие скорый конец мира Возрождения, построенного на принципах гуманизма и индивидуализма, и наступление эры Нового Средневековья

Введение. В статье рассматривается актуальная проблема формирования суверенной российской политологии, способной адекватно отражать исторический опыт и реалии страны. Особое внимание уделяется фундаментальным различиям между российской и западной политическими традициями, которые особенно ярко проявились в XX в.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью создания концептуальной базы, отражающей специфику российского политического развития.

Цель. Основной целью исследования является анализ роли государства и норм в политической системе России и Запада, а также выявление возможности применения западных политических концепций на российской почве. Дополнительной целью является исследование проблематики деколонизации сознания и формирования уникального российского политического дискурса.

Результаты. В ходе исследования были получены следующие ключевые результаты: 1) выявлено, что западная политология, реагируя на опыт фашизма, склоняется к антиэтатизму и критике нормотворчества; 2) установлено, что российский опыт демонстрирует прямую связь между силой государства и достижениями страны; 3) проанализированы различия между фашизмом и коммунизмом, а также последствия разрушения государства в России 1917 и 1991 гг.; 4) исследована проблема деколонизации сознания, осложненная западным происхождением терминологического аппарата; 5) подтверждена особая роль индоевропейской цивилизационной матрицы в формировании отвлеченного мышления, философии и науки.

Выводы. Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы: 1) механический перенос западных политических концепций на российскую почву невозможен и методологически некорректен; 2) русская культура обладает уникальной способностью к синтезу западных и восточных традиций, что подтверждается исследованиями в области индоевропеистики; 3) для формирования основ российской государственности необходимо развивать собственные исследовательские направления, особенно в области фольклористики, палеогенетики и археологии; 4) особую значимость приобретает развитие отечественной школы индоевропеистики как инструмента формирования суверенного политического дискурса.