Публикации автора

На примере становления системы музыкального образования в Китае в 1920— 1930-е гг. выявляется значение профессиональных ценностей педагога в процессе трансмиссии опыта. Анализируется аксиологическая составляющая педагогической деятельности Б. С. Захарова (1887—1943), заведующего фортепианным отделением Шанхайской национальной консерватории в 1929—1943 гг. Доказывается преемственная связь профессиональных ценностей, которых придерживался Б. С. Захаров в своей профессиональной деятельности, с системой фортепианной педагогики, созданной профессором Санкт-Петербургской консерватории А. Н. Есиповой (1851—1914). Показано, что успех педагогической деятельности А. Н. Есиповой и Б. С. Захарова как одного из ее учеников обусловлен всесторонней реализацией широкого спектра профессиональных ценностей педагога: средств, отношений, знаний, качеств, которые подчиняются основной ценности-цели — помочь обучающемуся достичь максимальной технической свободы для полноценной художественной интерпретации музыкального произведения. Сделан вывод о том, что богатый аксиологический потенциал, присущий русской фортепианной и, шире, музыкально-педагогической школе, является одной из ключевых предпосылок эффективной кросс-культурной трансмиссии опыта в профессиональном образовании

На материале произведений У. Шекспира анализируются особенности синестетической концептуализации времени сквозь призму категории цвета. Демонстрируется, что цвет, будучи не самостоятельной сущностью, но качеством, через сопряженность с явлениями бытия приобретает в пространстве художественного текста дополнительные, метонимически обусловленные смыслы, в ряде случаев возвышающиеся до уровня ценностных, символических со-значений. Семантика и прагматика каждого из цветов, окрашивающих время в текстах Шекспира, определяется метонимической соотнесенностью с явлениями внешнего и внутреннего мира. Так, черный цвет (black), отождествляемый с темнотой ночи, становится метафтонимическим именем неизвестности, опасности, страдания. Серый цвет (grey), ассоциируемый с переходом от тьмы к свету, соотносится с образами утра, юности, надежды, становясь элементом ярких авторских метафор-персонификаций. Красный цвет (red) допускает полярные интерпретации, будучи и знамением испытаний, и символом жизни, силы, энергии. Желтый цвет (yellow) выступает знаком увядания, старости и, в психологическом аспекте, грусти. Зеленый цвет (green) метонимически сопряжен с идеями новизны, юности и одновременно неопытности, уязвимости. Художественно переосмысленные, метонимические параллели обобщаются до метафорических образов, в которых отражается авторское восприятие сложного многообразия бытия. Сделан вывод о том, что сопряжение хронотопических и цветовых смыслов предельно индивидуализирует и время, и цвет, сообщая неповторимую уникальность каждому фрагменту событийной ткани произведений великого английского драматурга.

На материале стихотворения «Монастырь на Казбеке» (1829) исследуются особенности образно-словесной экспликации ценностных доминант картины мира А. С. Пушкина. Демонстрируется, что содержательное пространство произведения структурирует аксиологическая вертикаль «природа - человек - Бог», сопрягающая ценности видимого мира - символизируемую Казбеком величественную красоту природы, и ценности мира невидимого - воплощенную в образе монастыря тайну человеческой души, обращенной к Богу как ценности Абсолютной. Смыслообразующим центром, в котором объединяются внешние образы и их внутреннее, умозрительное бытие, выступает локус неба - вольная вышина, к которой обращена жизнь души лирического героя в ее «движении и стремлении» (ср. А. Ф. Лосев). На языковом уровне актуализация аксиологических смыслов стихотворения происходит в рамках единого вертикального контекста, который намечается библейской аллюзией монастырь - ковчег, представляющей собой «смысловой ключ» к пониманию авторского замысла. В образе монастыря на Казбеке невидимое и невыразимое становится «реально присутствующим, видимым и действующим» (В. Н. Лосский). Существуя во времени, монастырь предстает непричастным переменам и пребывает в том настоящем, которое, не имея измерения и длительности, являет собой откровение вечности. Делается вывод, что ценности-идеалы, символически воплощенные в стихотворении А. С. Пушкина, представляют собой «тончайшие и острейшие инструменты» (А. Ф. Лосев) для противодействия множественным манипуляциям в сфере культуры, направленным на деформацию русской национальной аксиосферы.