Долгое время историческая наука в своем стремлении достичь объективности воспринимала легенды, рассказы очевидцев, мемуары и другие «живые» источники прошлого как недостоверные знания. Теоретики петербургской исторической школы рубежа XIX XX веков в числе первых обратили внимание на социокультурную значимость «живых» высказываний, способных хранить и воспроизводить сведения из прошлого. В статье высвечена исследовательская позиция русского историка К. Н. Бестужева Рюмина: с научной точки зрения, предания и свидетельства не могут являться достоверными источниками; в социокультурном значении, наоборот, они важны для обнаружения «мостика» между автором текста и его интерпретатором. Сделан вывод о том, что в курсе «Русской истории» Бестужева Рюмина использованы не только археологические, вещественные, юридические, этнографические источники, но и «живые» дискурсивные формы предания старины, слово летописца, рассказ очевидца, мемуары, курьезы и другие ресурсы культурной памяти человечества.
Цель статьи - на примере лекций российского историка-медиевиста Т.Н. Грановского, прочитанных в Московском университете в середине XIX в., рассмотреть возможность синтеза исторических фактов и мифов. С социокультурной точки зрения миф представлен как живой источник прошлого, помогающий погрузиться в изучаемую эпоху. В историческом повествовании Грановского обнаружена возможность гармоничного сочетания фактов и мифов. Сделан вывод о том, что столь разные источники не противоречат друг другу, а наоборот, взятые воедино, производят на выходе особый исследовательский эффект - симбиоз научно-критического и «живого» знания. Для наглядности в первой статье представлен исторический портрет Жанны д’Арк, вышедший из-под пера Грановского.