Публикации автора

Статья посвящена анализу этико-психологических предпосылок и оснований цифровой символизации принципа удовольствия, определяющих феномен цифрового гедонизма. Под цифровым гедонизмом понимается концепция удовольствия и вытекающие из нее виртуальные практики, основанные на замещении «предметного» удовольствия, связанного с физической телесностью Другого, символическим удовольствием, которое удовлетворяется воображаемым («виртуально телесным» или «бестелесным») предметом желания. Существенной этико-философской предпосылкой данной модификации принципа удовольствия является психоаналитическая концепция «отстраненной реальности», связанная со взаимодействием принципа удовольствия и принципа реальности. Речь идет о том, что Ж. Лакан назвал «загадкой принципа реальности», суть которой – в «изоляции субъекта от реальности в акте удовольствия», аналогичной ситуации «удаленной» реальности в цифровой коммуникации. В результате этого происходит символическое замещение индивида образом «цифрового двойника» (или «аватара»), переживающего «цифровое» удовольствие в соответствии с психоаналитической триадой замещения предметности: Реальное – Воображаемое – Символическое. Главной морально-психологической предпосылкой цифровизации удовольствия является дилемма принципа удовольствия. Виртуальная модификация данной дилеммы вытекает из противоположности и смешения телесных и бестелесных источников возникновения и ощущения удовольствия в цифровом мире. В классическом виде эта дилемма была сформулирована Дж. Муром. В статье подчеркивается, что цифровая символизация принципа удовольствия основана на «сознании желаемого», воображаемого и предвкушаемого удовольствия, которое более ценно, чем само удовольствие. Такого рода удовольствие не обязательно воплощается в предметное желание как мотив действия. Во многом это связано с отсутствием в виртуальной реальности главного фактора и раздражителя «предметного» удовольствия – физической телесности Другого, замещаемого символическими образами виртуальной (дигитальной) телесности. Для подтверждения этого тезиса в статье рассматривается наиболее характерный вид виртуальной гедонистической практики – геймеровский гедонизм. В заключение показана роль морального закона в структуре цифрового гедонизма и формулируется своеобразный категорический императив виртуального удовольствия: «Стремись к достижению и переживанию только такого удовольствия, которое в мыслях и чувствах мог бы разделить с тобой Другой (любое другое разумное существо) в силу его всеобщей эстетической значимости».

В статье рассматривается проблема применения канона чистого разума к этике как сфере практического знания и обоснование Кантом реальности феномена нравственной метафизики. Под каноном разума Кант понимает совокупность априорных принципов, способствующих правильному применению познавательных способностей. В «Критике чистого разума» он устанавливает, что всякое синтетическое познание чистого разума в его спекулятивном применении совершенно невозможно. Это означает, что невозможен также и канон спекулятивного применения чистого разума. Кант полагает, что этот канон возможен только в отношении практического, а не спекулятивного познания. В статье ставится задача раскрыть основные принципы практического применения канона чистого разума, определяющие реальность метафизики нравственности. Это: 1) обоснование императивов и постулатов нравственности как априорных синтетических суждений, расширяющих наше знание, подобно суждениям математики и естествознания и 2) определение статуса категорического императива как морального закона, выражающего всеобщую необходимость, подобно законам природы. В статье показано, что априорно-синтетический язык этических суждений отражает соответствующую метафизическую структуру нравственной реальности, скрывающуюся за «чистым» этическим знанием. Эта реальность не сводится только к императиву долга и всеобщему моральному закону. Она включает в себя своеобразную моральную онтологию, выступающую в виде «царства целей», как умопостигаемого мира разумных существ (mundus intelligibilis). В статье обсуждается проблема взаимосвязи «царства целей» и «царства природы» в плане соединения теоретической и практической способностей разума. Связующим звеном выступает при этом «царство прекрасного», которое Кант определяет, как «символ нравственного добра». В статье развивается мысль, что «чистая этика» вплотную соприкасается здесь с эстетикой целесообразности бытия, а всеобщая способность суждения пересекается с моральным долженствованием. В заключительной части статьи рассматриваются постулаты чистого разума (бессмертия души, свободы воли и бытия Бога) и их морально практическое преобразование через этико-теологический синтез.