Публикации автора

Евразийский экономический союз (ЕАЭС) — быстро развивающаяся интеграционная структура. Ее основным приоритетом в деятельности является экономическое развитие, один из аспектов которого — торговля. При этом в начале своей деятельности основное внимание государств — членов объединения было сосредоточено на развитии преимущественно торговли внутри объединения. Создание Таможенного союза и единого экономического пространства в основном решило эту задачу. Современным развитием структуры в соответствии с общемировым трендом стало расширение торговых отношений с приграничными, региональными и внерегиональными партнерами. Таким образом, происходит процесс интеграции интеграций, т. е. взаимодействие на уровне интеграционных структур и отдельных государств. Поскольку основным направлением деятельности ЕАЭС является экономика, то речь в первую очередь идет о создании зон свободной торговли (ЗСТ) с рядом стран. Нынешний мировой политический кризис и кризис международных отношений способствует поляризации государств. Произошло цементирование стран Севера; по сути дела, можно говорить о едином Западе. Однако нельзя говорить о едином Юге. Это нашло свое отражение в формуле «несимметричной биполярности». В этих условиях наряду с чисто экономическими функциями ЕАЭС будет расширять информационную функцию, исполнять роль транслятора мягкой силы, площадки для переговоров по широкому кругу вопросов. Цель. Выявить динамику и направления развития взаимоотношений ЕАЭС с государствами Латинской Америки и Карибского бассейна (ЛАКБ, ЛКА).

Задачи. Рассмотреть основные тренды и этапы взаимодействия стран ЛАКБ с ЕАЭС; выявить новые направления развития евразийской интеграции.

Методология. Применение системного подхода позволило проанализировать интеграционные процессы с учетом различных направлений. Авторы рассматривают сотрудничество Евразийского экономического союза (ЕАЭС) с Латино-Карибской Америкой через призму торговли. Метод историко-сравнительного анализа использовался для сопоставления концепций развития интеграции через опыт взаимодействия интеграционных структур с третьими экономиками и государствами. В рамках историко-сравнительного анализа показано развитие формализации диалога ЕАЭС с интеграционными структурами ЛКА. Структуры, с которыми развивалось взаимодействие, акторы международных отношений различны — интеграционные структуры, международные организации, форумы и т. д., — был использован социологический подход.

Результаты. На фоне развития экономического взаимодействия выявлены новые направления взаимодействия.

Выводы. В идущем сегодня третьем этапе сотрудничества между ЕАЭС и ЛКА усиливается элемент политической коммуникации информационной функции организации, что является ответом на политический кризис, с одной стороны, с другой — на противостояние санкциям Запада с точки зрения попыток изоляции России в мире.

Исследование направлено на изучение перспектив азиатского вектора внешней политики России в контексте реализации политики «Поворота на Восток».

Цель и задачи. Исследовать текущее состояние сотрудничества России со странами Азии в рамках реализуемой политики «Поворот на Восток» и выявить его дальнейшие перспективы. В качестве основного объекта авторы выбрали Азиатско-Тихоокеанский регион, поскольку сегодня он представляется важным стратегическим направлением РФ. Выявить основные тенденции взаимодействия России с дружественными странами Азиатского региона, динамику экономического сотрудничества России с ведущими государствами, являющимися основными партнерами страны в сложных геополитических условиях.

Методология. При написании статьи авторами были использованы общенаучные методы. В первую очередь анализ и синтез; системный и сравнительный анализ; историографические методы: принцип историзма, хронологический метод. Для анализа торгового оборота России со странами Азии использован статистический и сравнительный метод. Для исследования причин поворота внешней политики РФ на Восток применен принцип историзма и метод хронологии.

Результаты и выводы. Проанализировав различные аспекты «восточной» политики, было выявлено ее влияние на успешное складывание отношений России со странами АТР (в том числе главным стратегическим партнером — Китаем). Более того, реализуемая политика положительно влияет на российско-азиатское инвестиционное сотрудничество в области развития Дальневосточного региона, а также вносит значительный вклад в формирование новой глобальной системы многополярности. Россия и Китай усиливают сотрудничество в сфере торговли, в научных и военных технологиях, в области культуры, энергетики, здравоохранения и другие. Усиление взаимодействия с дружественными азиатскими странами способствует диверсификации связей России в условиях турбулентности.

В статье рассматривается одно из направлений реформы глобального управления, предложенной Китаем и опирающейся на институциональный аспект дискурсивной силы. Под институциональной дискурсивной силой в Китае понимается активность в международных организациях и наднациональных институтах от формирования повестки дня до разработки и принятия соответствующих решений — актов глобального управления.

Цель. Определение механизмов формирования дискурсивной силы Китая в рамках предложенной им реформы глобального управления. Задачи. Выявление процесса формирования дискурсивной силы Китая, а также анализ практики ее использования при выработке внешнеполитических решений.

Методология. При работе над статьей были использованы общенаучные методы. При анализе международных институтов применялись описательный и сравнительный методы. В качестве общей теоретической рамки была взята институциональная теория и ее производные.

Результаты и выводы. Китай успешно разрабатывает и претворяет в жизнь различные механизмы глобального управления, такие как многосторонние форматы, форумы, международные организации и самостоятельные финансовые структуры. Особое внимание внешнеполитическое ведомство Китая уделяет формату БРИКС. Под влиянием КНР успешно адаптируются повестки заседаний многосторонних институтов. В КНР разработаны механизмы формирования новых международных институтов, а также критерии для перестройки существующих. Это позволяет говорить об институциональной дискурсивной силе Китая как об основном направлении реформы глобального управления.