Публикации автора

Контекст и актуальность. Просоциальное поведение, понимаемое как действия, направленные на благо других людей, группы или общества, связано с рядом позитивных социальных эффектов: от укрепления позитивного образа «я» до повышения внутригрупповой сплоченности. Готовность к просоциальным действиям опосредована социальной идентификацией и отражает особенности самоопределения индивида в различных социальных контекстах по отношению к представителям разных общностей. Характер этой взаимосвязи может варьироваться в зависимости от возраста и претерпевать наиболее активные изменения в период молодости. Вместе с тем в российском контексте отсутствуют комплексные исследования, посвященные трансформации связи социальных идентичностей с просоциальным поведением. Актуальность настоящего исследования связана с ростом дифференцирующих условий, что требует изучения факторов успешной социальной интеграции и формирования позитивных моделей поведения.

Цель. Изучить особенности связи идентичностей и просоциального поведения в разных возрастных группах современной российской молодежи.

Гипотеза. Предполагается, что (1) просоциальное поведение молодежи в большей степени связано с широкими групповыми идентичностями, (2) по мере взросления растет связь просоциального поведения и личной идентичности.

Методы и материалы. Общая выборка — 355 граждан России в возрасте от 18 до 35 лет. Методики: опросник «Аспекты идентичности» Чика и Бриггс (Cheek, Briggs) в сокращении; опросник «Идентификация с человечеством» МакФарленда (McFarland); опросник «Измерение просоциальных тенденций» Карло и Рэндалла (Carlo, Randall); анкета социально-демографических показателей. Проверка гипотез проводится при помощи однофакторного дисперсионного анализа (ANOVA) и регрессионного анализа.

Результаты. Выявлены различия в структуре связей идентичности и просоциального поведения в различных возрастных группах: с возрастом расширяется число форм просоциального поведения, связанного с гражданской идентичностью. Также изменяется связь реляционной идентичности с конформной и альтруистической просоциальностью, появляется связь с личной идентичностью.

Выводы. «Молодежь» целесообразно исследовать дифференцированно, учитывая динамичное изменение ее социально-психологических характеристик в зависимости от социальной ситуации развития. По мере взросления растет связь просоциального поведения с личностными структурами, отражающими опыт группового взаимодействия, а позднее к ним добавляется ориентация на личные цели и ценности.

В статье рассматривается академический дискурс «мы-идентичность», закрепленный в практике авторов и читателей научных текстов как дискурсивного сообщества. Источником эмпирических данных стали тексты высоко цитируемых публикаций 2000—2024 годов базы данных Российского индекса научного цитирования (РИНЦ) с лексемой идентичность в названии, а также наименования цитирующих публикаций и контексты цитирования. Дискурсивно-аналитический подход к исследованию позволил охарактеризовать концептуальные стратегии развертывания научного дискурса «мы-идентичность» в контексте смены групп-фаворитов российского общества, выделяя этапы: 2000— 2009 годы — российская идентичность как часть общества глобализации и транскультурализма; 2010—2013 годы — российская идентичность, по-прежнему аффилированная глобальному миру, фрагментируется по социографическим признакам; 2014—2021 годы маркируется как переход от глобальной идентичности к локальной; 2022—2024 годы — переход от локальной идентичности к страновой солидарности. Установлено, что пространство российского научного дискурса «мы-идентичности» маркируется лексемами появления и смены групп-фаворитов российского общества, релевантных каждому новому периоду его самоидентификации. Сделан вывод о четырехкратной смене групп-фаворитов в научном дискурсе «мы-идентичности» XXI века: это глобальный мир, социографическая группа, регион и страна.