Публикации автора

В статье рассмотрена структура мусульманской уммы Башкортостана через анализ религиозных групп (джамаатов), генезиса и специфики их социальной организации, ориентации религиозной догматики, отношения к государству и друг к другу; представлено деление на просуфийские (хакканиты, сулейманджилар, тарикат Шизали, тарикат Осман Топбаша, хабашиты, Бата, а также признанные экстремистскими Таблиг-джамаат, Орда и Нурджулар) и просалафитские религиозные группы («Шура мусульман Башкортостана», мадхалиты, а также запрещенные российским законодательством Хизбу-т-Тахрир и отдельные экстремистские группы джихадистов). Выявлена дифференциация мусульманской уммы Башкортостана. Ее причинами являются кризис этнонациональной парадигмы в начале XXI в. и переход национально-ориентированной молодежи, общественников и интеллектуалов в мусульманский сегмент. В Башкортостане единственным традиционным мусульманским институтом является система муфтиятов: Центральное духовное управление мусульман (ЦДУМ) России и Духовное управление мусульман Республики Башкортостан (ДУМ РБ), которые в равной степени утвердились в общественном историческом сознании. Возможно, именно в рамках этих двух организаций нужно решать вопросы, связанные с преодолением внутриконфессиональной конфликтности

Башкирское общественное сознание интерпретируется как сознание традиционалисткого типа, синтезирующего в себе понятия исламской уммы и адата Евразийской степи. К традиционалистскому типу относится и мировоззрение российского (а позднее – советского) общества. Традиционное общество характеризуется моделью общества-Семьи, в отличие от гражданского общества-корпорации, что мы наблюдаем в обоих случаях. Но башкирский и российский патернализмы имели и разные представления о структуре общества-Семьи, патернализм башкир носил более гибкий и менее персонифицированный на главу государства характер, чем патернализм русского сегмента общества. Это происходило потому, что башкирское общество ощущало себя отдельным, автономным обществом-Семьей, включая элемент противопоставления по линии «свой – чужой», в т. ч. и по отношению к государству. Это различие объясняет с точки зрения философии истории многие главные сюжеты башкирской истории, включая феномен башкирских восстаний. Автор проследил основные этапы развития идей общества-Семьи в башкирском обществе в доордынский и ордынский, российский, советский и постсоветский периоды. Наибольшая интеграция башкирского общества в российское, включая сближение почти до полного тождества моделей общества-Семьи и государства-Семьи, выявлена в советский период, башкиры воспринимали свое общество-Семью как часть «большой cемьи советских народов», разделяли мифологемы государства-Семьи, господствовавшие в СССР. Характерный пример: сублимация образа Салавата Юлаева, обладавшего большой потенциальной символической конфликтностью, в исторический символ дружбы народов