Публикации автора

Статья посвящена теме экзистенциального одиночества как категории поэтики, которая находит свое отражение в творчестве датского философа С. Киркегора и русского писателя Ф. Достоевского. Вопрос о типологических схождениях в картине мира Киркегора и Достоевского неоднократно поднимался в философских трудах, но в данном случае исследуется именно художественное воплощение онтологической категории одиночества, которая для Киркегора становится одним из самых важных концептов для понимания эволюции человеческой души (стадий на жизненном пути). Тема одиночества развивается в романтической литературе, где является одной из центральных, но Киркегор предлагает новый взгляд на человека, для чего вводится понятие экзистенции, тем самым одиночество личности в этом мире становится и предметом изображения, и предметом анализа, что подразумевает экзистенциальная диалектика. Подобное воплощение темы одиночества характерно и для произведений Достоевского, где герой, находящийся в поиске себя, должен сделать свой экзистенциальный выбор: принять или не принять собственное одиночество, и от этого выбора зависит его дальнейшая судьба: путь духовного возрождения или гибель. Тема одиночества тесно связана с концептом отчаяния, введенным Киркегором, который проецируется на желание героя быть самим собой. В ранних произведениях Достоевского («Двойник», «Бедные люди») наблюдается стремление героев избежать одиночества, отказавшись от собственного «я», что приводит к трагедии. В сочинениях зрелого периода одиночество становится средством обретения себя, которое может привести к жизненному краху героев (Человек из подполья, Смердяков, Иван Карамазов) или, наоборот, к духовному возрождению (Раскольников, Смешной человек). Осознанное одиночество могло быть спасительным для князя Мышкина, но он делает выбор в пользу страсти. Достоевский не только изображает эмоциональное состояние своих одиноких героев, но анализирует феномен одиночества, в чем проявляется очевидное сходство с Киркегором

The article focuses on the specific type of literary hero that is common in the short stories of Holger Drachmann, who was considered the most prominent Danish writer in the early 20th century. His first books, “Poems” and a collection of short stories, “With Charcoal and Chalk”, were published in 1872. At the time, Drachmann belonged to the modernist movement and was one of Georg Brandes’ students, but later he changed his political and aesthetic preferences and moved away from the group of Brandes’ followers. Drachman’s artistic style is very special because it has features of Naturalism, Romanticism, Impressionism and Symbolism. But it is possible to conclude that his artistic manner can be called “neo-romantic” according to the contemporary terminology. The characters in his early collections of short stories are vivid, honest, and strong, and they represent the common type of neo-romantic hero that is inherent in other texts related to Neo-Romanticism. Very often Neo-Romanticism is seen as a “reaction” to Naturalism and a return to the principles of Romanticism, but it seems that Neo-Romanticism is much more like Naturalism than Romanticism. The type of neo-romantic hero is closer to naturalistic characters than to romantic characters, because it is a courageous and extraordinary person, an outsider and a rebel, his life is full of desire, risk and adventure, and it looks like a romantic hero, but a neo-romantic hero is a physically and mentally healthy person, and this character is determined by nature and genesis, which is the main feature of Naturalism. Drachman creates a new type of hero in Danish literature: the vital, strong character who struggles with nature and circumstances. His characters have the healthy genetics of ordinary people. Neo-Romanticism in Danish literature was strongly influenced by Naturalism and was the original phenomenon of national literature

This article deals with the problem of an author’s national identification if this author fits in two different literary traditions. West-Icelandic literature is a specific phenomenon that belongs to both Icelandic and American or Canadian literatures. The early Icelandic immigrants in North America (Stephan Stephansson, Gestur Pálsson, Torfhildur Þorsteinsdóttir, Jóhann Magnús Bjarnason) created the strong literary tradition in the native language, which was considered a part of the Icelandic writing culture. The descendants of the first generation of Icelandic immigrants (Páll Bjarnasson, Laura Gudman Salverson) wrote their books mostly in the English language but kept the connection to Icelandic poetry and prose and discussed actual Icelandic community problems. These authors generally had double self-identification as Icelanders and Americans. They did not lose their national identity in an alien cultural environment. The new stage of the development of West-Icelandic literature started when the young generation of Icelandic immigrants came to the USA and Canada in the second half of the 20th century. Kristjana Gunnars is one of the writers who was born in Iceland but in Canada started to write in English. Her first books, One-Eyed Moon Maps (1980) and Settlement Poems (1980, 1981), focused on problems of immigration and self-identification, but in the 1990s she left these themes and wrote primary novels and poetry not in touch with Icelandic topics. That was Gunnars’ way to the world literature. Nevertheless, she is identified by readers as an Icelandic author and classified by literary scholars as a Canadian-Icelandic writer because the works are considered a continuation of Icelandic rich lyrical and narrative tradition