Реконструируется процесс появления и закрепления метафоры «книга — спутник» в отечественном литературном процессе XII—XX веков, проведено исследование ее семантического спектра. Источниками выступили литературные тексты, письма, литературно-критические статьи, мемуарные заметки. Установлено, что отсутствие этой метафоры в древнерусской литературе обусловлено свойственным этой эпохе религиозным типом отношения к тексту как к духовной пище и учителю-наставнику, а не попутчику в земной жизни. Сообщается, что невозможно встретить анализируемую библиометафору и в начале века Просвещения, поскольку тогда экстенсивный характер чтения способствовал расширению круга чтения и приводил к быстрой замене одного текста другим. Временем появления метафоры «книга — спутник» в России предлагается считать декабристскую эпоху. Сообщается, что первые упоминания о книге-спутнике присутствуют в письмах А. Ф. Бригена, Г. С. Батенькова из сибирской ссылки, А. А. Бестужева-Марлинского, переведенного из Сибири на Кавказ. Примеры с положительной коннотацией обнаружены в письмах А. Ф. Бригена: он определяет книгу «дорогим, верным спутником» своей одинокой сибирской жизни. Установлено, что отрицательная (астрономическая) семантика заметна в строках А. А. Бестужева-Марлинского о неоригинальных текстах — «прочих спутниках при звезде-предтече». Показано, что в XX веке семантический спектр библиометафоры расширяется.
Данная статья посвящена проблеме идейнохудожественного содержания орнитологической символики в русской прозе ХХ века. Объектами исследования являются произведения И. С. Шмелева, И. А. Бунина, Б. К. Зайцева, М. А. Осоргина, Л. Ф. Зурова, В. П. Астафьева, Е. Носова, Б. Васильева, Т. Толстой, объединенные включением в систему повествования образов птиц. Цель данной работы состоит в выявлении многомерной символической значимости орнитологических образов в русской прозе ХХ века: в осмыслении своеобразия индивидуально-авторского художественного видения писателей и объединяющего русскую литературу национального «кода прочтения». Актуальность исследования обусловлена вниманием современного литературоведения к аксиологически значимым темам русской литературы, к восприятию отечественного литературного процесса в его неделимой целостности. Научная новизна работы видится в том, что анализ образов птиц позволяет выявить особую роль данного художественного образа как одного из доминантных в национальной картине мира. Авторы приходят к выводу о том, что птица чаще всего в русской литературе ХХ века представлена как идеальный образ — «мерило» нравственности человека. Показано, что в разные исторические периоды доминантными становятся определенные аспекты символизации: духовное просветление, отождествление с Родиной и домом, осмысление подвига и героизма, экологические проблемы, метафоризация персонажей-орнитоморфов.
Изучаются особенности индивидуально-авторской художественной репрезентации национально-культурного концепта КРОВЬ в творчестве М. Ю. Лермонтова. Цель исследования — охарактеризовать смысловое наполнение этого концепта в русской языковой картине мира и на этой основе проследить его трансформацию в художественной системе М. Ю. Лермонтова. Материалами выступили энциклопедические и лексикографические источники, а также тексты поэтических и прозаических произведений М. Ю. Лермонтова. Показано, что в художественном мире М. Ю. Лермонтова находят свое воплощение практические все семантические компоненты русского национально-культурного концепта КРОВЬ: представления о кровном родстве и общности по происхождению, метафорика смерти, в том числе смерти насильственной, и семантика кровной мести, выражение предельного эмоционального напряжения и т. д. Установлено, что в качестве новых элементов концептуального содержания, привнесенных творческой активностью автора, можно трактовать представленный в творчестве М. Ю. Лермонтова образ крови как сложный конгломерат родства, любви, мести и бунта, использование символики крови в описании картин природы как метафорического выражения страдания, мученичества, зла, а также воплощение в образе крови темы вторжения в жизнь человека инфернальных и загадочных сил, примет инобытия.