Статья посвящена проблемным вопросам, возникающим, когда невозможно определить судьбу гражданского иска при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, а также в случаях прекращения уголовного дела или уголовного преследования на этапе досудебного производства.
Цель исследования: обоснование идеи о необходимости совершенствования законодательства с учетом анализа проблем регламентации гражданского иска в уголовном судопроизводстве, а также применения ареста имущества в целях обеспечения такого иска. При подготовке статьи использовались диалектический, а также общенаучные (логический, анализа, синтеза, индукции, дедукции) и частнонаучные (формально-юридический, толкования правовых норм) методы.
Результаты: разработаны подходы, связанные с решением проблем доказывания обстоятельств, касающихся размера вреда, причиненного преступлением, при передаче вопроса о его возмещении из уголовного в гражданский процесс; проиллюстрирована соответствующая судебная практика. Предложены меры по обеспечению сохранности арестованного имущества при наступлении условий, связанных со сменой режима разрешения правового спора. Обозначены пути оптимизации законодательного регулирования данного направления правоприменительной деятельности.
Разработчики УПК РФ попытались реализовать идею переустройства уголовного процесса по англосаксонскому образцу. Для этого в Кодекс был внесен принцип состязательности сторон, действующий на этапах досудебного и судебного производства. В результате судебное разбирательство было приведено в соответствие с конституционной нормой об обязательном осуществлении любого правосудия на основе состязательности (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ). Содержание же досудебного производства, где следователь является полноправным «хозяином» дела, принципиальных изменений не претерпело. Ситуация, при которой заявленная в Общей части УПК РФ состязательность не была обеспечена в досудебном производстве соответствующим процессуальным механизмом, обусловила дальнейшее реформирование Кодекса и постоянное внесение в него дополнений и изменений. Это не привело к содержательным изменениям действующего континентального уголовного процесса смешанного типа и переводу его в англосаксонскую состязательную форму, но выявило главный критерий реформирования современного и создания перспективного уголовного производства - баланс публичного и частного интересов.
Методы: исследование выполнено с использованием диалектического, общенаучных (логический, анализа, синтеза, индукции, дедукции) и частнонаучных (формально-юридический, толкования правовых норм) методов.
Результаты: баланс публичного и частного интересов выступает главным фактором совершенствования действующего и создания перспективного отечественного уголовно-процессуального законодательства. Обосновывается его содержание и необходимость закрепления в гл. 2 УПК РФ в качестве принципа уголовного судопроизводства с предложением редакции соответствующей нормы.
Законом о программировании правосудия от 23 марта 2019 г. во Франции был создан новый судебный орган - криминальный суд департамента, который состоит из пяти профессиональных судей и вместо суда ассизов рассматривает преступления, совершенные без рецидива и наказуемые лишением свободы на срок либо 15, либо 20 лет. Судебная реформа была проведена поспешно и не имела поддержки ни судейского, ни адвокатского сообщества. Она полностью относится к глобальным процессам реформирования правосудия, что, в частности, выразилось в его атомизации и «деэтатизации».
Для эффективного решения государственных задач органами уголовной юстиции требуется доктринальное и законодательное определение обоснованного соотношения публичного и частного начал как в уголовно-процессуальном законодательстве, так и в одноименной области самореализации субъектов производства по уголовному делу.
Цель: исследование закономерностей формирования и установление масштабов (пропорции) взаимодействия государственных (общественных) и частных интересов в уголовном судопроизводстве.
Методы: формальной и диалектической логики, сравнения, описания, интерпретации, исторический и толкования правовых норм.
Результаты: исследование позволило выявить методологически и содержательно оправданную диспропорцию в соотношении юридических средств и методов обеспечения публичных и частных интересов в уголовном судопроизводстве России. Существующий дисбаланс публичного и частного начал, отражающий в первую очередь официальную природу деятельности государственных органов, полномочных осуществлять уголовное судопроизводство, имеет объективные предпосылки, уходящие корнями в историю формирования отечественной системы уголовной юстиции. Присутствие - именно в ранге исключения - юридических средств защиты частных интересов в публичной отрасли российского права, а конкретно - в уголовно-процессуальном праве и соответствующей сфере государственной деятельности, продиктовано нашей принадлежностью к континентальной правовой системе и смешанным характером уголовного судопроизводства России.
Проблеме определения субъектов уголовно-процессуальной ответственности в российской науке уделяется недостаточно внимания, что порождает неопределенность в правоприменительной практике при привлечении лиц к ответственности за правонарушения. Между тем четкое определение круга субъектов - необходимое условие для эффективного функционирования механизма юридической ответственности и обеспечения исполнения процессуальных обязанностей. Цели: выявить системные коллизии между нормами, возлагающими процессуальные обязанности, и положениями о денежном взыскании; разграничить пределы уголовно-процессуальной и административной ответственности. Методы: методологическая платформа исследования сконструирована из общенаучных процедур аналитико-синтетического познания и отраслевого юридического инструментария, включающего компаративистику правовых институтов, логико-правовое моделирование и герменевтическое толкование правовых норм. Компаративистика правовых институтов применялась для проведения сравнительного анализа институтов уголовно-процессуального и административного права. Логико-правовое моделирование использовалось для построения теоретической модели разграничения отраслевой принадлежности мер юридической ответственности, основанной на критерии объекта правонарушения. Герменевтическое толкование правовых норм применялось для интерпретации содержания правовых норм и выявления их действительного смысла. Результаты: установлено наличие системной несогласованности между широким кругом субъектов, на которых возложены процессуальные обязанности (ч. 4 ст. 21, ст. 257 УПК РФ), и ограниченным перечнем лиц, к которым применимо денежное взыскание (ст. 117-118 УПК РФ). Выявлена практика подмены уголовно-процессуальной ответственности административной посредством применения ст. 17.7 и 17.3 КоАП РФ к нарушениям, совершаемым в рамках уголовного судопроизводства.
В условиях возрастающей мобильности населения и мультикультурности общества традиционные методы криминалистической габитоскопии, ориентированные на европеоидный тип внешности, недостаточно эффективны для идентификации лица по признакам внешности. Цель: показать целесообразность использования антропологического подхода, получившего широкое распространение в этнической антропологии, для идентификации человека по признакам внешности. Методы: метод наблюдения использовался для констатации и описания эмпирически фиксируемых фактов и закономерностей (автор наблюдает и фиксирует практическую проблему: стандартные методы криминалистической габитоскопии недостаточно эффективны при работе с неевропеоидными типами или лицами смешанного происхождения); метод анализа явился основой для структурирования материала и разложения сложных концепций на составляющие (автор детально разбирает две основные методологические концепции - типологическую и популяционную, выделяя их базовые постулаты, принципы наследования признаков и единицы исследования); метод сравнения использовался как инструмент для доказательства тезисов автора (сравнивается частота встречаемости признаков внешности в различных антропологических группах для определения их идентификационной значимости); метод обобщения - для формулирования выводов и теоретических положений, выходящих за рамки единичных фактов (внешность - это продукт многокомпонентного взаимодействия генетических, средовых, адаптационных и культурных факторов); метод ситуационного моделирования - для прогнозирования того, как теоретические подходы будут работать в конкретных криминалистических ситуациях (моделируются сценарии (пластическая хирургия, возрастные изменения, маскировка), при которых антропологический подход выходит на первый план как высокоэффективный криминалистический инструментарий). Результаты: сделан вывод об устойчивости антропологических признаков внешнего облика (параметры лица, пигментация, особенности строения элементов черепа и др.) в течение всей жизни индивида, что позволяет рассматривать их как достоверную основу для применения антропологических методов в рамках криминалистической идентификации человека по признакам внешности. Методология, базирующаяся на поиске «чистых» антропологических типов, малопригодна для криминалистической идентификации в случаях со сложным, комбинированным наследованием признаков (родственники, метисы). В отличие от нее, популяционный подход, в фокусе которого - спектр групповой изменчивости, предоставляет более точный и релевантный научный аппарат для установления человека по признакам внешности.
Усложнение системы уголовно-процессуальных отношений, влияющих на появление востребованных в рамках правового регулирования правовых образований, требует изучения системной и структурной организации современного уголовно-процессуального права. Увлечение исследованием институциональных аспектов правовых образований продуктивно в целях развития общего учения о структуре уголовно-процессуального права, однако оставляет на периферии научных интересов такой его структурный элемент, как подотрасль. В теории государства и права подотрасль, как правило, определяется в качестве факультативного элемента, в связи с чем специалисты по отраслевым наукам не проявляют должного интереса к его исследованию. На фоне размежевания отраслей права подотрасль права способна устранить или сгладить существующие противоречия в части определения правового статуса того или иного нормативного образования, катализировать развитие системы права и выступить платформой для поддержки новых отраслей. Цель исследования: на основе структурного анализа уголовно-процессуального права обосновать необходимость развития подотраслевого уровня организации уголовно-процессуального материала в целях развития и обогащения системы права и системы законодательства России. Методы исследования: основой исследования выступил системный подход к пониманию права и метод структурного анализа входящих в его состав элементов. Также были использованы общенаучные (анализа и синтеза, индукции и дедукции, логический) и частнонаучные (формально-юридический, сравнительно-правовой) методы познания правовых явлений. Результаты: уголовно-процессуальное право как отрасль системы национального права достигла необходимой содержательной целостности для подотраслевой организации нормативного материала. Крупные и развитые массивы правовых норм по определенным критериям могут претендовать на переход из статуса сложных правовых институтов в подотрасли уголовно-процессуального права. Необходимые предпосылки для этого есть. Траектория развития доктрины уголовно-процессуального права должна идти в данном направлении, способствуя обогащению общего учения о системе и структуре права.
Актуальность исследования обусловлена отсутствием в научной литературе компаративистских исследований принципов уголовно-исполнительного права государств постсоветского пространства. Цель исследования: выявление особенностей юридической техники закрепления принципов уголовно-исполнительного права в законодательстве государств постсоветского пространства. Методы исследования: сравнительно-правовой, позволивший в компаративистском ракурсе проанализировать пенитенциарное законодательство государств постсоветского пространства, установить общее и выявить специфику; формально-юридический, позволивший выявить и проанализировать юридические понятия в том виде, как их сформулировал законодатель. Результаты: предложено основанное на позитивистском правопонимании определение принципов российского уголовно-исполнительного права (уголовно-исполнительного законодательства) как нормативно закрепленных и прямо маркированных в ст. 8 УИК РФ в качестве принципов уголовно-исполнительного законодательства основополагающих идей правового регулирования уголовно-исполнительных отношений. Сделан вывод об определяющем влиянии на механизм закрепления и перечень принципов уголовно-исполнительного права государств постсоветского пространства Модельного уголовно-исполнительного кодекса для государств -участников СНГ от 2 ноября 1996 г. Обосновано, что теоретически оптимальным для Российской Федерации является способ закрепления принципов уголовно-исполнительного законодательства, использованный разработчиками УИК Кыргызской Республики, а более приемлемой - модель Республики Армения. Предложены вопросы для проведения публичной научной дискуссии, касающейся принципов уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации.
Согласно данным официального мониторинга за качеством атмосферного воздуха на территории Российской Федерации складывается негативная экологическая обстановка. При этом право на благоприятную окружающую среду, компонентом которой является воздух, - одно из важнейших конституционных прав наряду с правом на жизнь и здоровье. По данным судебной статистики, количество виновных лиц, привлеченных к уголовной ответственности за преступное загрязнение воздуха, катастрофически мало. Столь разительная разница между уровнем загрязнения атмосферы и количеством привлеченных к уголовной ответственности лиц свидетельствует о наличии реальных проблем не только уголовно-правового, уголовно-процессуального и криминологического характера, но и криминалистического. Цель: установить реальные проблемы выявления преступного загрязнения атмосферы и предложить криминалистические рекомендации по их устранению. Методы: статистический (применялся при изучении материалов доследственных проверок, результатом которых явилось вынесение постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела), опроса (опрошено 20 дознавателей, имеющих опыт рассмотрения сообщений о совершении преступления, предусмотренного ст. 251 УК РФ), обобщения и анализа (для выявления криминалистических проблем, возникающих на рассматриваемой стадии предварительного расследования, и выработки научно обоснованных и практико-ориентированных рекомендаций по их решению). Результаты: определены ключевые факторы и причины высокой латентности рассматриваемой категории преступлений; предложены конкретные криминалистические рекомендации по решению проблем выявления преступного загрязнения атмосферного воздуха.
Бурное развитие цифровых технологий кардинально изменило условия получения и использования в уголовном процессе доказательственной информации. Распространение мессенджеров, социальных сетей, облачных сервисов и анонимных коммуникационных платформ позволяет преступникам скрывать следы своей противоправной деятельности, что обусловливает особую актуальность вопросов извлечения, фиксации и верификации цифровых данных, получаемых в ходе оперативно-розыскных мероприятий. Цель исследования заключается в формировании комплексного подхода к обеспечению доказательственного значения цифровой информации, который сочетает правовые гарантии допустимости и технические требования к сохранности и воспроизводимости данных. Методологическую основу исследования составили: диалектический метод познания, позволивший рассмотреть обеспечение доказательственного значения цифровой информации как развивающееся правовое явление; системный метод, применявшийся для анализа условий допустимости цифровых доказательств и разработки алгоритма их получения и фиксации; сравнительно-правовой метод, использованный при сопоставлении законодательства и правоприменительной практики, а также логический и экспертно-аналитический методы, обеспечившие формулирование выводов и обобщение практики обращения с цифровыми данными. Результаты: определены основные риски утраты доказательственного значения цифровой информации: отсутствие судебного разрешения на доступ к данным, нарушение «цепочки сохранности», использование несертифицированных программно-аппаратных средств, недостаточная фиксация технических параметров и вмешательство в системные файлы без процессуальных оснований. Предложен алгоритм минимизации данных рисков, включающий пять этапов: подготовительный, технический, документирование, хранение и передача цифровых данных, подготовка к судебному исследованию. Обоснована необходимость стандартизации участия специалистов и внедрения ведомственных инструкций, а также разработки судебных стандартов допустимости цифровых доказательств. Предложенные алгоритм и комплекс процессуальных и технических мер могут служить основой для совершенствования ведомственных регламентов и выработки единой судебной практики по оценке цифровых доказательств, обеспечивая их эффективное использование в уголовном судопроизводстве.
В статье поднимается проблема участия религиозных организаций в правоотношениях, регулируемых гражданским законодательством, а также проблема способов и процессуальных форм защиты их нарушенных или оспоренных имущественных прав и законных интересов. Автор исходит из убеждения, что религиозные организации являются субъектами гражданского права, не имеющими публично-правовых полномочий, в силу чего частноправовые споры с их участием подлежат разрешению в порядке искового производства в гражданском и арбитражном процессе. Цель: обосновать особенности участия религиозных организаций в имущественных правоотношениях, предложить способы и формы защиты их прав. Методы: выявлены особенности правового статуса религиозных организаций путем их сравнения с другими субъектами гражданского права; исторический метод позволил проследить эволюцию процессуального положения религиозных организаций; проанализированы особенности участия религиозных организаций в публично-правовых и частноправовых отношениях. Результаты: сделаны выводы, что имущественные споры с участием религиозных организаций могут разрешаться не только государственными судами в порядке искового производства, а споры, возникающие из отношений по передаче религиозным организациям государственного или муниципального имущества, должны разрешаться строго государственными судами; дела об оспаривании отказа в передаче религиозной организации имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, должны разрешаться в административном судопроизводстве; частноправовые конфликты с участием религиозных организаций могут по соглашению сторон передаваться в третейские суды (арбитражи), при этом религиозные (духовные) суды третейскими судами не являются.
Аспространение систем искусственного интеллекта приводит к формированию значительных массивов данных, создаваемых алгоритмическими системами автономно или с минимальным участием человека. Такие данные активно используются в экономическом обороте, однако действующее правовое регулирование не содержит ясного ответа на вопрос об их правовой природе, принадлежности и режиме использования. Отсутствие специального правового режима приводит к неопределенности в распределении прав между участниками цифровых отношений и создает риск правового вакуума, особенно в условиях трансграничного оборота данных. Цель - выявить правовую природу данных, генерируемых системами искусственного интеллекта, и обосновать возможность выделения самостоятельной правовой категории «производные данные». Для достижения указанной цели использован комплекс научных методов: формально-юридический применен при анализе норм российского и зарубежного законодательства, регулирующих оборот данных, интеллектуальную собственность, коммерческую тайну и персональные данные; сравнительно-правовой - для сопоставления подходов различных правопорядков к регулированию результатов алгоритмической генерации данных; доктринального анализа - для систематизации существующих научных подходов к определению правового статуса данных; системно-правовой использован при формировании модели правового режима производных данных и определении их места в системе объектов гражданских прав. Результаты: обоснована необходимость выделения категории «производные данные» как самостоятельного объекта правового регулирования, возникающего в результате функционирования систем искусственного интеллекта; предложена концептуальная модель правового режима таких данных, предусматривающая возможность их имущественного оборота, лицензионного использования и трансграничной передачи; показано, что правовой режим производных данных должен учитывать баланс интересов разработчиков и пользователей систем искусственного интеллекта, а также соотноситься с существующими правовыми режимами персональных данных, коммерческой тайны и интеллектуальной собственности; сделан вывод о необходимости комплексного регулирования, способного обеспечить правовую определенность и устойчивость оборота данных, генерируемых системами искусственного интеллекта.