Начиная с 2022 г. в России наблюдается общий курс на суверенизацию макроэкономической политики, то есть обеспечение ее независимости от внешних аналитических центров, консультаций, рецептов и инструментов. Вместе с тем проводимая монетарная и отчасти финансовая политика продолжают находится в узких стереотипных рамках монетаристского «мэйнстрима», который ради подавления инфляции не считается с содержательной основой функционирования хозяйства. Цель исследования – определить содержание суверенной экономической политики и ее основных императивов, показав характер структурной динамики российского хозяйства, на котором сказываются реализуемые основные установки макроэкономической политики и методы ее проведения. Методология исследования представлена теорией экономической политики в рамках классической доктрины «цели – инструменты», а также авторского принципа «распределенного управления» и теории структурной динамики. Общий результат сводится к обоснованию того, что структурные изменения российского хозяйства в период 2022–2024 гг. не изменили базовых секторальных пропорций. Более того, не претерпела сильных изменений и сложившаяся структурная модель динамики ВВП с доминированием валового потребления и весьма скромным вкладом инвестиционных расходов (валового накопления, включая валовое накопление основного капитала), которые наилучшим образом определили динамику ВВП 2023 г. Хотя экономическая политика в целом обрела большую степень суверенности, отступая от неоклассических рецептов макроэкономической стабилизации, отраслевые формы регулирования приобрели больший размах, усилилось институциональное вмешательство. В то же время монетарная политика по-прежнему остается в русле неолиберальных подходов. Она работала на явное сдерживание экономического роста, сохраняя императивы, которые не могут считаться атрибутами суверенной политики.