ВВЕДЕНИЕ. Односторонние экономические санкции представляют собой одну из наиболее спорных практик современного международного права. Исследование направлено на комплексный правовой анализ соответствия односторонних экономических ограничительных мер основополагающим принципам международного права и выявление механизмов их системного нарушения.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Исследование основано на анализе решений Международного суда Организации Объединенных Наций (далее ‒ ООН), документов Комиссии международного права (далее – КМП), резолюций международных организаций, национального законодательства санкционирующих государств и современной доктрины международного права. Применялись формально-юридический и сравнительно-правовой методы, системный подход и историко-правовой анализ государственной практики. Особое внимание уделено анализу санкционных режимов Соединенных Штатов Америки (далее – США), Европейского союза (далее – ЕС) против России, Ирана, Кубы и других государств.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Установлено, что современные односторонние санкции качественно отличаются от традиционных механизмов межгосударственного принуждения (реторсий и контрмер) и не могут быть оправданы через существующие институты правомерной самопомощи. Большинство односторонних санкций не соответствуют критериям правомерных контрмер: они применяются не потерпевшими государствами, вводятся без предварительного нарушения двусторонних обязательств, не соблюдают принцип пропорциональности и часто направлены на смену политических режимов. Выявлены три основных механизма нарушения международного права: создание де-факто иерархии государств вопреки принципу суверенного равенства; систематическое вмешательство во внутреннюю компетенцию государств через экономическое принуждение; превышение пределов правомерного суверенитета через нарушение договорных обязательств и общих принципов права.
ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Исследование показывает, что односторонние санкции трансформируют международное право из системы равных правил в инструмент поддержания политической иерархии. Экстерриториальные и вторичные санкции создают двойное нарушение суверенитета, принуждая как государства-объекты, так и третьи страны. Нарушение принципов добросовестности, пропорциональности и доктрины «чистых рук» демонстрирует превращение суверенитета в механизм одностороннего политического принуждения. Решения международных судов (дело о предполагаемых нарушениях Договора о дружбе, экономических отношениях и консульских правах 1955 г., дело России во Всемирной торговой организации (далее – ВТО) подтверждают противоправность многих санкционных мер. Односторонние экономические санкции представляют собой системный вызов современному международному правопорядку, создавая «параллельную» систему права, где экономически мощные государства присваивают себе функции законодателя, судьи и исполнителя. Требуется разработка международно-правовых механизмов ограничения произвольного применения экономического принуждения и процедурных гарантий для государств-объектов принудительных мер.
ВВЕДЕНИЕ. Возросла популярность инвестиционного арбитража как площадки для разрешения споров, связанных с санкциями. Однако до сих пор ни один из таких споров, переданных на рассмотрение инвестиционных трибуналов, не закончился вынесением арбитражного решения. Таким образом, инвестиционный арбитраж, несмотря на упомянутую привлекательность и растущую популярность, в значительной степени остается terra incognita для лиц, желающих разрешить с его помощью санкционные споры. Авторы вносят свой вклад в эту развивающуюся дискуссию, анализируя практику инвестиционных арбитражей. Цель настоящей статьи – рассмотреть, каким образом инвестиционные трибуналы толкуют добросовестность как критерий правомерной реализации прав в рамках доктрины «полицейских полномочий», и изучить, как инвестор может использовать эти выводы в спорах, связанных с санкциями. Выбор данной темы основан на том, что должностные лица государства-санкционера обычно сопровождают принятие таких санкций публичными заявлениями, которые могут быть использованы подсанкционными инвесторами, чтобы разоблачить отсутствие добросовестности со стороны государства-санкционера и продемонстрировать необоснованность его ссылки на доктрину «полицейских полномочий». По мнению авторов, именно эти заявления могут показать, что государство, применяющее санкции, по словам трибунала по делу «Эскосол», действует в скрытых целях, которые простираются далеко за пределы санкционного регулирования.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. В представленном исследовании использовались общенаучные методы познания (анализ, синтез, индукция, дедукция), специально-юридические методы (формально-юридический, технико-юридический, метод юридической аналогии), сравнительно-правовой и, прежде всего, метод кейс-стади (анализ судебной практики). Авторы уделяют особое внимание доказательственной силе, которую арбитражные суды придают публичным заявлениям. Они также рассматривают конкретные доказательства, на которые ссылаются инвесторы, чтобы обосновать отсутствие добросовестности государства и на этой основе отличить проигранные дела от успешных. Предстоящий анализ будет состоять из обзора следующих дел, в которых требование добросовестности тщательно изучалось инвестиционными арбитражами: Марфин Инвестмент Груп против Кипра, Международный центр по урегулированию инвестиционных споров (далее – МЦУИС), Решение от 26 июля 2018 г.; Дойче Банк против Шри-Ланки, МЦУИС, Решение от 31 октября 2012 г.; Касинос против Аргентины, МЦУИС, Решение трибунала от 5 ноября 2021 г. и Содексо против Венгрии, МЦУИС, Выдержки из решения от 28 января 2019 г. Выбор этих дел обусловлен тем, что в них анализируется добросовестность как требование к поведению государства, принимающего инвестиции, и уделяется достаточное внимание обсуждению доказательств, представленных инвесторами.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Представленный анализ показал, что разбирательства в инвестиционном арбитраже не приводят к снятию санкций. Инвестиционные договоры, которые являются основой для юрисдикции инвестиционных арбитражных споров, предусматривают компенсацию в качестве основного средства правовой защиты. В то же время инвестиционный арбитраж может предоставить инвесторам возможность получить компенсацию от государства, применяющего санкции, или, по крайней мере, побудить это государство начать переговоры и убедить отменить санкции в рамках мирного разрешения спора. Для тех инвесторов, которые не смогли добиться желаемого результата путем переговоров, важно учесть, какие «козыри» или средства защиты государство, применяющее санкции, может предъявить в арбитраже. Несомненно, главным «козырем» является доктрина «полицейских полномочий», которую заслуженно называют признанным элементом государственного суверенитета. На этот «элемент» государствоответчик ссылается практически в каждом споре, затрагивающем публичные интересы, такие как общественный порядок или безопасность. Ссылка на доктрину «полицейских полномочий» – естественный, почти интуитивный шаг для государства, поскольку доктрина позволяет осуществлять регулирование для защиты общественных интересов без привлечения государства к ответственности за нарушение международных инвестиционных обязательств перед иностранными инвесторами.
ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Авторы пришли к выводу, что государства не обладают чрезвычайно широкими полномочиями вмешиваться в деятельность инвестора в рамках осуществления доктрины «полицейских полномочий». Стандартом доказывания недобросовестности являются ясные и убедительные или неопровержимые доказательства. Важны не только требования, предъявляемые к качеству доказательств, но и их количество. Какой бы достойной ни была цель, декларируемая принимающим государством, трибунал может установить, что подлинная, скрытая цель, была политической. Кроме того, арбитражные трибуналы придают различное значение публичным заявлениям государственных чиновников в СМИ. Наконец, принцип соразмерности (пропорциональности) может сыграть на руку инвестору даже в отсутствие четких и недвусмысленных публичных заявлений высших должностных лиц. Привлечение внимания арбитражного суда ко времени событий, связанных с оспариваемыми мерами, также может способствовать успеху инвестора.