В фокусе внимания статьи – исследовательская программа Русского общества экспериментальной психологии под руководством биолога Николая Петровича Вагнера. Деятельность общества рассматривается в контексте становления экспериментальной психологии конца XIX столетия. Его появление было обусловлено, с одной стороны, научными убеждениями Н. П. Вагнера, полагавшего, что изучение психики при помощи методов экспериментальной психологии может дать новые сведения о природе человека. С другой стороны, интерес Н. П. Вагнера к парапсихологии, опиравшейся на физическую, биологическую и психологическую теории, был продиктован его спиритуалистическими воззрениями. Придерживаясь концепции духовной эволюции, утверждавшей целесообразный характер эволюционного процесса, Н. П. Вагнер стремился выявить особенности человека, которые бы свидетельствовали в пользу сохранения его индивидуальности после смерти биологического организма. Русское общество экспериментальной психологии охарактеризовано как первое отечественное парапсихологическое общество. Исследовательская программа общества, усматривавшего своей конечной целью доказательство истинности предметов веры, охарактеризована как находящаяся на пересечении естественно-научной методологии и естественной теологии, чем объясняется, в частности, повышенный интерес к деятельности общества со стороны деятелей русской религиозной философии, занимавшихся разработкой проблем психологии с идеалистической точки зрения. Изучение материалов общества и, прежде всего, материалов Н. П. Вагнера, размышлявшего о создании оригинального подхода к исследованию субъективных явлений психики, показывает необходимость для историков психологии обращаться к истории религии, в частности истории эзотеризма, способной прояснить мотивы некоторых научных поисков в рамках экспериментальной психологии конца XIX столетия.
В статье реконструируются и критически анализируются представления о вере одного из ключевых советских психологов религии – К. К. Платонова (1906–1984). Рассказывается, что первоначально ученый трактовал веру как веру в сверхъестественное (впоследствии он изменил свое мнение) и рассматривал ее как особое религиозное чувство, создающее иллюзию познания и реальности того, что создано фантазией. Психологическая природа веры определялась им на основе противопоставления веры и знания, за которым у него выступает антагонизм религии и науки. Открыто выступая с атеистических и марксистских позиций, К. К. Платонов утверждал, что (религиозная) вера вредна и уводит человека в мир иллюзий. В качестве нерелигиозных аналогов веры он предлагал называть схожие с ней состояния «убеждением», «уверенностью», «доверием» и утверждал, что все они – абсолютно разные психологические явления. В данной статье автор доказывает обратное, а также аргументирует неприменимость противопоставления веры и знания в психологии. Утверждается, что представления К. К. Платонова о вере отражают понятийный аппарат, особенности научного мышления и этос советской науки 1960–1980-х гг. Несмотря на ангажированность ученого задачами антирелигиозной пропаганды, автор полагает, что недостаток объективности К. К. Платонова отчасти восполняется его познавательным отношением к феномену веры. Подчеркиваются заслуги ученого, введшего понятие веры в тезаурус советской психологии и стимулировавшего дальнейшие исследования феномена веры.
Публикуемая впервые вводная лекция к курсу «Психология религии», написанная профессором Н. Л. Мусхелишвили, аннонсирует планируемую в скором времени к выходу монографию. В ее основу легли лекционные материалы двух учебных курсов, написанные им в конце 1990-х – начале 2000-х гг., для подготовки специалистов в области религиоведения в России. На протяжении многих лет данный курс входит в базовую часть подготовки религиоведов в Учебно-научном центре изучения религии РГГУ.