На основе институционального подхода в статье исследуется генезис и трансформация государственных механизмов поддержки инвестиционной активности субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП) в сервисном секторе экономики Российской Федерации. Центральный тезис работы - нарастающий диссонанс между унаследованной парадигмой прямого финансового санирования и новыми требованиями эпохи структурной турбулентности. Авторы обосновывают необходимость принципиального пересмотра целей и инструментария в условиях макроэкономической волатильности и дороговизны кредитных ресурсов.
Научная новизна заключается в концептуализации перехода от политики «стабилизации» к политике «стимулирования адаптационного роста». Доказывается, что новая парадигма должна базироваться на приоритете фискально-регуляторных мер, адресном развитии нематериальных активов и человеческого капитала, а также на логике кооперации и разделения рисков между государством и бизнесом.
Цель статьи - сравнить модели предпринимательской культуры в России, Западе и Востоке, проанализировав их ценности, роль государства и образование. Исследование выявляет ключевые сходства и различия для определения уникальных черт и вызовов российской модели, а также оценивает влияние формальных и неформальных институтов на предпринимательскую активность. Процедура и методы.
Методология основана на сравнительно-историческом и институциональном анализе. Используются вторичные данные и сравнительный анализ по четырем параметрам: ценности, роль государства, образование, отношение к риску. Исследование включает обзор конкретных примеров, таких как США и Сингапур.
Результаты. Выявлены три модели культуры. Западная: индивидуализм, терпимость к риску, государство как регулятор. Восточная: коллективизм, дисциплина, государство как стратег. Российская: гибридная, растущая; доминирует государство-донор, ценности меняются от патернализма к самостоятельности, сохраняется высокий страх неудачи. Различия систематизированы в сравнительной таблице.
Теоретическая и/или практическая значимость заключается в систематизации факторов предпринимательской культуры, развивая институциональную теорию. Практическая ценность - в выявлении вызовов для России: преодоление страха неудачи, переход от госфинансирования к созданию стимулирующей среды, интеграция образования и практики.