После распада Советского Союза российское кантоведение опиралось на лучшие черты предшествовавшего периода, однако претерпело ряд методологических и тематических изменений и новаций. Был совершен отказ от широкого использования термина «немецкая классическая философия», И. Кант перестал рассматриваться как «предтеча» Г. В. Ф. Гегеля и К. Маркса, а акцент был сделан на самостоятельном значении кантовской философии. В отличие от советского периода исследовательский интерес российского кантоведения сместился с изучения проблем «диалектики» у Канта и критики его агностицизма и идеализма в сторону рассмотрения укорененности Канта в предшествовавшей и современной ему традиции Немецкого Просвещения и штудий о рецепции Канта в русской философии, литературе и культуре.