В статье рассматриваются случаи использования свт. Григорием Великим образа львицы в экклезиологическом контексте. Для привлечения более широкого контекста приводится краткий обзор примеров употребления образа львицы в античной и раннехристианской литературе, сопоставление интерпретаций свт. Григория и его предшественников. Автор выделяет ключевые богословские темы, раскрываемые при помощи образа львицы: связь христологии и экклезиологии, антииудейскую полемику, тему первенства. Анализируя отдельные экзегетические примеры, автор демонстрирует, каким образом в сочинениях святителя сочетались новаторство и преемственность и какую роль играло использование образа львицы в богословско-герменевтической стратегии свт. Григория.
В статье проводится тематический анализ экзегезы Пятикнижия в сочинении Пс.-Иустина «Quaestiones et responsiones ad orthodoxos» (CPG 6285). Автор, вероятнее всего, представитель антиохийской богословской традиции, применяет характерные для этой школы методы: буквально-историческое прочтение, рационалистический подход, использование аристотелевской логики и семантико-лингвистический анализ. Основное внимание уделяется использованию автором таких приёмов, как различение понятий (например, сущности и функции - κατ᾽ οὐσίαν / κατὰ χρῆσιν), телеологический подход, интертекстуальный анализ и реконструкция исторического контекста. В работе рассмотрены: космология (творение, потоп, устройство небес), антропология (природа души, грехопадение, эсхатология), этика и Закон Моисеев, а также проблемы теодицеи (происхождение зла и смерти). Показано, что Пс.-Иустин стремится согласовать библейский текст с философскими и естественнонаучными представлениями своей эпохи, отстаивая историческую достоверность и логическую непротиворечивость Писания. Работа вносит вклад в изучение антиохийской экзегетической традиции, показывая, как христианская мысль V-VI вв. использовала наследие античной философии в задаче истолкования Священного Писания Ветхого Завета.
В статье исследуются основные теоретические и методологические принципы теоэстетики Г. У. фон Бальтазара. В первой части статьи автор ставит проблему языка богословия: как возможно богословие? Как можно с помощью конечного, ограниченного, тварного выразить бесконечное, безграничное, вечное? Автор приводит аргументы, с помощью которых Г. У. фон Бальтазар доказывает возможность аналогического языка о Боге. Во второй части статьи выявляются основные аналогии, с помощью которых Бальтазар говорит о Божественном и тварном бытии. В третьей части автор показывает, что для Бальтазара красота — это то, как Бог являет Себя миру, и то, каков Бог от вечности. Автор ставит вопрос: как тварный человек может созерцать нетварную Божественную красоту? Автор констатирует: Г. У. фон Бальтазар анализирует способ явления Красоты и условия её восприятия и тем самым закладывает фундамент для применения феноменологического метода в богословии. Далее автор показывает, как, по мнению Бальтазара, Красота может быть явлена через Церковь и Писание.
Автор анализирует такие ключевые концепты богословского наследия прот. Александра Шмемана, как «эсхатологизм», «отнесённость», «Таинство», «опыт Царства», «внутренний свет», «движение», раскрывая их взаимосвязь и значение в рамках миссиологии. Делается предположение о намеренном переопределении автором классических богословских терминов. Особое внимание уделяется попытке представить взгляды автора в виде непротиворечивой системы, а также акценту на литургийном и внелитургийном эсхатологическом опыте как основе миссионерского свидетельства. В статье делается вывод о том, что миссия Церкви, по прот. Александрву Шмеману, заключается в явлении Царства Божия через жизнь и богослужение, которое объясняется на практике с помощью богословской конструкции литургических «восхождения и возвращения». Успех миссии зависит от внутреннего преображения христиан, их способности «излучать свет» эсхатологической радости.
Цель статьи — аргументировать социальную значимость и результативность богословского осмысления состояний общества. Для этого применяются методы сопоставления, анализа, комментированного цитирования. Теология призываема к осмыслению социальной реальности в свете божественного присутствия, к выверенному пониманию сингармоничности сокровенной жизни верующего в Боге и социального статуса верующего, его социальных обязанностей и прав. Ключевым моментом становится обоснование утверждения, что современный социальный субъект получает право — и обязанность! — выстраивать социальную современность с учётом особенностей религиозного мышления, преображать современность в духе христианских заповедей. Христианская религиозность позволяет социальному субъекту заявить о полноте своей социальной достоверности, преображает понятие субъективности, результативно связывает социальность христианина как с предшествующей традицией, так и с грядущим спасением. Выводом статьи становится доказательство того, что современность социального субъекта, принявшая религиозно-языковую модель коммуникации, преображаема в духе божественного присутствия. Социальный субъект и социальная современность оказываются соположенными в векторе духовного преобразования общества через понимание новых социальных задач, стоящих перед социальными реалиями.
В статье делается краткий обзор истории появления самого понятия «личность» в европейской культуре. В ней рассматривается постановка проблемы личности в богословии, философии, психологии. Личностный акцент в философии прослеживается от экзистенциализма, который вывел человека из-под всевластия рационального мышления. Однако он не создал системного учения о личности. Персонализм, возникший на волне кризисно-катастрофических событий начала ХХ века, также оказался, скорее, руслом, объединившим философские течения, связанные темой человека, чем цельным учением с выстроенным научным аппаратом. Психология, оперирующая понятием «личность», на самом деле понимает её редукционистски, наследуя материалистическому взгляду на человека, характерному для XIX века. И только богословское понимание личности, опирающееся на мистико-аскетическую традицию Церкви и на её догматическое учение, владеет ключом к этой теме.
статье анализируются современные биохимические данные о происхождении жизни и рассматривается их интерпретация в контексте богословской оценки. Цель исследования — выявить, каким образом результаты молекулярной биологии, генетики и химии, касающиеся генетического кода и механизмов его устойчивости, соотносятся с христианским пониманием мира как сотворённого и упорядоченного Богом. Методология включает обзор новейших научных публикаций, сравнительный анализ биохимических моделей происхождения жизни и их критическую оценку в свете святоотеческого наследия и богословских категорий. В результате показано, что гипотезы о случайном происхождении генетических структур имеют серьёзные ограничения, тогда как данные об оптимальности и устойчивости кода позволяют рассматривать их как проявление глубинного замысла. Значимость работы заключается в формировании богословски целостного подхода к проблеме происхождения жизни, который учитывает как научные данные, так и духовно-нравственные основания.
В статье предпринимается попытка применить результаты современных нарратологических исследований к изучению библейского текста. Автор сосредоточил внимание на достижениях в сфере генеративной нарратологии и рассматривает четырёхуровневую модель порождения повествования В. Шмида, а также опыт использования генеративных моделей в западноевропейской библейской науке. Автор применяет модель В. Шмида к евангельскому повествованию. Приведённая иллюстрация наглядно демонстрирует, что ясное представление о структурной организации текста может иметь важное методологическое значение для нарративной герменевтики библейского повествования и, шире, для описания процесса смыслопорождения в рамках христианской экзегетической традиции.
- 1
- 2