В настоящей статье рассмотрен вопрос о составах экологических преступлений. Понятия «Преступления против окружающей среды» и «Экологические преступления» можно признать синонимами. Это связано с тем, что если при регламентации задач уголовного законодательства в качестве объекта уголовно-правовой охраны признается окружающая среда (ч. 1 ст. 2 УК РФ), то в Особенной его части глава 26 обозначена как «Экологические преступления». В ней также указывается, что основная нагрузка в дифференциации уголовной ответственности лежит на положениях Особенной части УК РФ, в ее нормах установлены различия между основаниями, пределами и формами реализации этой ответственности и с учетом характера, типовой степени общественной опасности преступления и типовых свойств личности виновного в его совершении. Отмечается, что дифференциация уголовной ответственности в Особенной части УК РФ реализуется только на основе квалифицирующих обстоятельств, однако ограничиваться только ими она не может. С учетом особой ценности для каждого человека и населения в целом окружающей природной среды составы экологических преступлений следовало бы разместить в самостоятельном разделе, после раздела VIII «Преступления против экономики». В процессе совершенствования законодательства выявлена тенденция увеличения видов квалифицирующих признаков составов преступлений против окружающей среды, которые являются наиболее распространенными средствами дифференциации ответственности.
В настоящей статье изучены этические аспекты и механизмы регулирования в области военной робототехники, что приобретает особую значимость в свете быстрого развития технологий и их военного применения. Проанализированы ключевые термины, такие как автономные системы вооружений, военный искусственный интеллект и этическое регулирование; особое внимание уделено точному определению понятий для обеспечения согласованности научных и практических подходов. Также прослеживается эволюция использования технологий в военных целях начиная с простых автоматических систем и заканчивая современными автономными роботами, что помогает выявить закономерности в формировании этических и правовых норм. Особый акцент сделан на текущих вызовах, таких как безопасность, распределение ответственности, принятие решений и возможные моральные дилеммы. Отмечены риски, связанные с автономией военных систем, в том числе недостаток четкого контроля и регулирования. Сделан вывод о том, что международный диалог и комплексный подход к регулированию, включая разработку унифицированных стандартов и внедрение механизмов контроля, являются необходимыми условиями предотвращения моральных и правовых рисков, связанных с военной робототехникой.