В статье освещаются отдельные проблемные вопросы использования информационных технологий при избрании и применении меры пресечения в российском уголовном процессе. Автор рассматривает четыре потенциально возможных направления информатизации уголовного судопроизводства, в рамках которых может анализироваться совершенствование нормативных и правоприменительных подходов к избранию мер пресечения.
Внимание читателя акцентируется и на некоторых рисках, сопровождающих цифровизацию процессуальной деятельности, связанной с применением мер пресечения.
Исследуется проблема обеспечения независимости судей при принятии решений о применении особого (упрощенного) порядка судебного разбирательства по уголовному делу. Цель исследования – обосновать несовершенство уголовно-процессуального закона в части придания возражению (в том числе немотивированному) хотя бы одного из потерпевших либо обвинителя против заявленного обвиняемым ходатайства о применении особого порядка значения заградительного и непреодолимого барьера для применения судом такого порядка, в том числе для его продолжения.
Для этого использовались общенаучные методы (анализ, синтез, абстрагирование) и частнонаучные методы (сравнительно-правовой, формально-юридический). Автор опирался на положения об особом порядке, закрепленные в нормах главы 40 УПК РФ, в п. 11.2, 11.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2006 г. № 60, для описания действий судьи в случаях выявления возражений потерпевшего либо государственного или частного обвинителя против применения судом особого порядка разбирательства.
Автор приходит к выводу, что регламентация в УПК РФ порядка учета судьей мнений обвинителя и потерпевшего о возможности или невозможности применения особого порядка не вполне соответствует конституционным нормам о самостоятельности органов судебной власти и принципу независимости судей. Обосновывается необходимость внесения изменений в ст. 314 и 316 УПК РФ.
Фундаментальные категории предельной общности в уголовно-процессуальном праве – независимость, беспристрастность, объективность и справедливость – имеют свое уникальное содержание и общие области, где эти категории пересекаются. Уяснение содержания этих категорий, соотношения их между собой и выделение общего в их содержании имеют значение для правоприменительной практики в процессе разрешения уголовных дел и материалов.
Целью исследования является необходимость очерчивания собственного содержания данных категорий и определения «полей» их пересечения. Для этого эти категории проанализированы в работах российских ученых, в международно-правовых актах и в интерпретации международных органов при рассмотрении индивидуальных сообщений, а также в решениях Верховного Суда Российской Федерации и Конституционного Суда Российской Федерации. Применен сравнительно-правовой метод, с помощью которого сделаны выводы о совпадении интерпретаций независимости и беспристрастности в международно-правовых документах и российском законодательстве и правоприменительной практике; о различных интерпретациях категории «справедливость» в уголовном судопроизводстве и отсутствии в международно-правовых документах и российском законодательстве категории объективности, которую можно отнести к научным категориям и категориям правоприменительной практики. С помощью анализа определены внутреннее содержание каждой из категорий и пересечение их между собой. Метод обобщения позволил выявить общее в этих категориях и их взаимосвязь друг с другом.
Сделаны выводы о содержании каждой из категорий и о соотношении их между собой. Независимость (объективная, внешняя) относится в большей степени к судоустройству и обеспечивает независимость судебной системы от влияния органов и должностных лиц иных видов власти. Независимость судей (внутренняя) предполагает отсутствие влияния на судей внутри судебной системы со стороны участников уголовного судопроизводства. Беспристрастность характеризует внутреннюю независимость личности судьи. Эти категории выступают основаниями справедливого уголовного судопроизводства, являются характеристиками судебной системы, судов и судей. Справедливость и объективность лежат в основе процесса рассмотрения и разрешения уголовных дел и его результата.
Цель статьи – раскрыть возникшие в теории и правоприменительной практике проблемные аспекты определения субъектов, в отношении которых возможно применение денежного взыскания как иной меры процессуального принуждения, и наметить пути решения обозначенных проблем.
Использование формально-юридического метода обеспечило проведение анализа норм уголовно-процессуального законодательства и судебной практики.
Представляется необходимым закрепить в ст. 117 УПК РФ закрытый исчерпывающий перечень участников уголовного процесса, в отношении которых может быть принято решение о назначении денежного взыскания. Соответствующие дополнения следует также внести в ч. 2 ст. 111 УПК РФ. Для устранения существующих проблем в правоприменительной практике представляется необходимым принятие отдельного специального постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в котором следует дать четкие и конкретные разъяснения судам, на каких субъектов уголовного судопроизводства может быть наложено денежное взыскание.