В статье исследуется проблема того, каким образом в Русской Правде и Аламаннской правде как ранних регулирующих документах отражался институт частной собственности государств, находящихся на раннем этапе развития. На основе сравнительно-исторического анализа социальной структуры России и Аламаннии в эпоху Средневековья прослеживается ее зависимость от отношения групп населения к частной собственности. Рассмотрены аспекты становления данного института общества с точки зрения триады «владение - пользование - распоряжение». На основе изучения частной собственности в земледелии прослеживается ее связь с уровнем развития государства. Определяются сходства и различия в структуре частной собственности Руси и Аламаннии, отраженные в ранних законодательных документах.
Делается вывод о том, что социальная структура участников экономической деятельности Русского государства была более сложной, чем Аламаннского.
Проблема необходимости при анализе развития производительных сил постоянно актуализируется в процессе смены технологических укладов и появления радикальных производственных инноваций. Такие инновации связаны не только с новейшими достижениями в области автоматизации материального и духовного труда, но и технологическими прорывами далекого прошлого, давно вошедшими в массовое производство и устаревшими к текущему моменту. Анализ онтологии труда раннеклассовых обществ, в русле которой как раз находится проблема необходимости, представляет интерес для последующих интерполяций на более современные явления и поиска их генезиса. Используя сравнительно-исторические и диалектические методы, автор выявляет характерные признаки онтологии труда, распространяющиеся не только на представителей имущего и образованного меньшинства, но и на их лично зависимых работников. Выявление причин долговременного сочетания противоположности экономических интересов и господства общераспространенных представлений в области онтологии труда составляет содержание данной работы.
Автор приходит к выводу о всеобщности онтолого-трудовых представлений и использовании их в качестве механизма пассивной адаптации большинства лично зависимых работников к условиям социального неравенства и технологической среды, обусловленной дефицитарностью экономических ресурсов в условиях становления устойчивых государственных, правовых и частных институтов, регулирующих и определяющих конкретно-историческую систему присвоения.