Статья посвящена концептуальному анализу феномена моральной ответственности. Предварительно дается классификация видов ответственности и указывается, что имеется в виду под моральной ответственностью в рамках данного исследования. Это ответственность, которая возникает внутри межличностных взаимоотношений в рамках современной светской культуры. Затем выделяются два подхода к изучению этого феномена: широкий и узкий. В рамках широкого подхода нас интересует фундаментальная природа моральной ответственности. В рамках узкого подхода нас интересует нюансировка наших представлений о деталях практики возложения ответственности и повышение нашей моральной чувствительности. Дальнейшее рассуждение ведется в рамках широкого подхода. Предлагается анализ акта возложения ответственности: он состоит из морального агента, морального фактора, морального значения и моральной оценки. Затем выделяются две основные интуиции, которые связаны с правильным возложением моральной ответственности: интуиция контроля и интуиция характера. Интуиция контроля указывает, что человек, на которого мы возлагаем ответственность, должен был контролировать то, за что мы возлагаем на него ответственность. Интуиция характера говорит, что нам также важен моральный облик этого человека. Интуиция контроля дает нам три условия правильного возложения моральной ответственности: собственно, условие контроля, эпистемическое условие и условие тождества личности. Условие тождества личности я выношу за скобки. Интуиция характера дает нам нормативное условие правильного возложения ответственности. Затем формулируется определение редукции одного условия к другому. Обосновывается, что эпистемическое условие сводимо и к условию контроля, и к нормативному условию; условие контроля не сводимо ни к эпистемическому условию, ни к нормативному условию; нормативное условие не сводимо ни к условию контроля, ни к эпистемическому условию. В заключении формулируется тезис о двойственной природе моральной ответственности
В статье исследуется функционирование цифровой коммуникации в эпоху семиокапитализма (Франко Берарди) и гиперреализма (Жан Бодрийяр), а также ее влияние на психосоциальное положение современного субъекта (с опорой на психоанализ Жака Лакана). Обсессивный невроз, агрессивность и депрессия рассматриваются автором не просто как превалирующие в XXI веке психические состояния, но как особые типы взаимодействия субъекта со сферами Символического, Реального, Воображаемого и как современные режимы отношений с миром и обществом. Предполагается, что политическая коммуникация выступает проводником диалектики смысла и в эмпирическом плане — источником «здоровой» психики, тогда как семиокапитализм, призывающий к безмерному наслаждению, негативно влияет на сферу когнитивного труда и коммуникацию и вследствие этого провоцирует у субъекта болезненное отсутствие или парализованность инстанции Другого (Лакан), то есть приближает к атрофии желания и смерти в Символическом. В тексте демонстрируется, что цифровая коммуникация также движется в направлении упразднения Другого, дезинтеграции личности и десоциализации, поскольку социальные сети становятся пространством, где никто ни с кем и ничем по-настоящему не связан. Автор развивает мысль Берарди о том, что в современную эпоху возникает «третье бессознательное» — психомутация, тяготеющая к аутическому спектру расстройств. В условиях семиокапитализма депрессивный субъект в своем безразличии к смыслу бесконечно приближается к меланхолическому убийству Другого (хотя структурно иначе стремится к этому и в принципе не в силах этого сделать). В статье делается вывод, что цифровая коммуникация сама по себе не является причиной психических заболеваний современности, однако сегодня она служит инструментом гиперреализма / семиокапитализма / цифрового капитализма, сращиваясь с их принципами и препятствуя диалектике смысла и символическому обмену в коммуникации