Проанализированы особенности формирования системы идентификации “свой - чужой” в образах русских и японских карикатур и агитационных плакатов в жанрах русского лубка и гравюры сэнсо-э периода русско-японской войны 1904-1905 гг. Подчеркнуто значение визуальной пропаганды в контексте восприятия войны со стороны общества, выявлены сходные черты и различия в подходах России и Японии к использованию визуальных источников пропаганды в этом конфликте. Показано, что визуальные средства пропаганды играли важную роль в формировании общественного мнения, помогая скрыть неудобные факты военных неудач и подчеркивая героизм своих солдат. Продемонстрировано, что обе стороны конфликта применяли схожие приемы в визуальной пропаганде, например, уничижительные образы врага, акцент на героизме своих солдат и т. д. Однако Япония использовала в создании образа “своих” элементы, заимствованные из западной культурной традиции, что позволяло ей создать более универсальный и современный имидж. Это в сочетании с традиционными японскими образами помогало Японии позиционировать себя как равного игрока на мировой арене. Россия, в отличие от Японии, выстраивала образ “своих” через резкое противопоставление “чужим” - японцам. Отмечено, что данный подход акцентировал внимание на различиях между культурами и подчеркивал уникальность русской идентичности, ее особую культурно-цивилизационную миссию. Сделан вывод, что противопоставление “своих” и “чужих” в образах визуальной пропаганды способствовало установлению четких границ в общественном восприятии войны и сплочению общества вокруг общей цели.
Исследовано отражение русско-японской войны (1904–1905) в зарубежной кари-катуре через призму образов «свой — чужой». Проанализировано, как визуальная пропаганда в прессе Великобритании, США, Германии и Франции формировала образы России и Японии, выражала отношение третьих стран к участникам это-го конфликта. Отмечено, что, несмотря на существующие исследования, вопрос о специфике конструирования образов «свой — чужой» в карикатурах этого перио- да остается недостаточно изученным. Показано, как внешнеполитические инте-ресы влияли на пропагандистские стратегии: британская и американская пресса поддерживали Японию, изображая Россию как слабого, отсталого противника-варвара; французская пресса в зависимости от политической конъюнктуры могла как поддерживать Россию, так и критиковать ее, создавая противоречивые об-разы; Германия, формально сохраняя нейтралитет, также склонялась к антирос-сийской риторике. Особое внимание уделено визуальным стереотипам: Россия предстает в виде медведя, двуглавого орла, казака, а Япония — в образах солнца, пчелы, борца сумо и т. д. Распространенным сюжетом было высмеивание воен-ных неудач России, подчеркивание ее неготовности к войне. Еще один ключевой нарратив — противопоставление «цивилизованной» Японии и «варварской» Рос-сии, хотя к концу войны в карикатурах также отражается тревога по поводу усиления Японии. Сделан вывод о динамике образов: если в начале войны Япония чаще ассоциировалась со «своими», то к ее окончанию обе стороны конфликта стали восприниматься как потенциальные угрозы. Анализ образов карикатур в категориях «свой — чужой» позволяет лучше понять международную обста-новку этого периода.